По ту сторону клятвы – 1

Глава 5. Я буду писать тебе письма

Стрела со свистом сорвалась с тетивы — и рикошетом отлетела в землю. Кожа — словно древесная кора. Даже с магией не пробить. Демон отвлекся от туши животного, медленно, почти лениво, повернул к Агате оленью голову с зубастой пастью. Украшения-подвески на ветвистых рогах тихо звякнули.

Утробно зарычав, демон резко развернулся и бросился на Агату. Она выругалась, накладывая новую стрелу, наполнила ее магией. Прицелилась. Выстрелила.

На этот раз стрела глубоко вошла в плечо демона. Он отшатнулся, мотнул головой и поднял на нее полыхающий гневом взгляд. «В местах суставов кожа тоньше», — отметила Агата. Снова прицелилась, надеясь попасть в шею. Ранение лишь разозлило — демон бросился в сторону Агаты с еще большей прытью.

— Проклятье, — прошептала она, уже жалея, что ввязалась в бой.

Демон оказался перед ней в два прыжка — барьер опасно дрогнул от удара рогами, пошел паутиной трещин. Агата отбросила лук и достала кинжал, напитывая его магией. Встала в стойку. Демон перебрал лапами, готовясь ударить. Барьер вспыхнул и исчез. Агата рванула вперед, метя под челюсть демона. Удар. Тяжесть тела сбила ее с ног.

Плечо прошило болью, когда острые зубы демона сомкнулись на нем. Агата сдавленно зарычала и, вывернув руку, вогнала кинжал подмышку противнику. От боли он разжал челюсти и отшатнулся.

Вспышкой магии Агата отбросила демона от себя и поднялась. Левое плечо отзывалось пульсирующей болью. Тяжело дыша, она приблизилась к оглушенному демону. Он пытался подняться, мотал головой, чтобы прийти в себя. Агата резко ударила — напитанный магией кинжал вошел в сердце по самую рукоять. На этот раз броня демона поддалась — с мерзким хрустом, будто ломалась сухая ветвь. Демон вперил в ее лицо взгляд желтых глаз, скреб когтями грудь, но довольно скоро обмяк. Теперь глаза его выглядели как две стеклянные бусины.

— Еще и цапнуть успел, зараза, — Агата с силой выдернула кинжал, и из раны демона хлынула черная кровь с едким запахом смолы.

Сердце колотилось, а руки подрагивали. Плечо болезненно ныло. От мысли, что эта битва вполне могла стать последней, по телу разлилась слабость — облегчение вперемешку с запоздалым страхом.

Она присела перед демоном. Его рога были причудливо украшены бусинами, птичьими косточками и сухими цветами. Забавно — неразумное лесное создание, а украшает себя. Агате это было непонятно. Она срезала кусок кожи-коры — за нее можно было выручить немного денег у алхимиков.

«Лучше бы бумажки перекладывала», — усмехнулась про себя Агата, вспомнив про письма Энни. Почти в каждом подруга писала, что с удовольствием поменялась бы местами с Агатой и посвятила жизнь охоте на нечисть. Агата же… нет, она вряд ли променяла бы свободу странствующей заклинательницы на скуку Верхнего царства. Срезав все, что можно продать, Агата сложила добычу в сумку и обтерла руки об траву.

— Отвратительно, — заключила она, рассматривая остатки липкой черной крови под ногтями. От постоянного контакта с демонической кровью ногти и кончики пальцев окрасились в черный. — Зато теперь в лесу снова безопасно.

Почти звенящая тишина и спокойствие стали подтверждением. Хриплый выдох. Агата вздрогнула и приняла оборонительную позу, но, осмотревшись, угрозы не обнаружила. Напрягла слух — снова чье-то дыхание. Взгляд переместился на тело оленя — звук определенно шел от него. Присмотревшись, Агата поняла, что животное еще живо.

Она медленно направилась в его сторону. Олень попытался вскочить, но обессиленно рухнул обратно и тяжело задышал. На боку и ноге виднелись следы от стрел, сами стрелы лежали рядом. И трава — размятая, растертая в грубую кашицу, намешенная прямо на камне.

Агата присела на корточки. Олень снова дернулся. Он определенно видел в заклинательнице угрозу, но был слишком обессилен, чтобы сбежать.

— Я тебя не обижу, — вкрадчиво сказала она животному, протягивая руку.

Агата положила ладонь на бок оленя и пропустила через нее немного магии. Исцеление ей не давалось, но кровь остановить она вполне могла. Олень, видимо, почувствовав, что боль утихла, подскочил на ноги и резко сорвался с места, скрываясь в лесу.

— Тебе нельзя так носиться! — крикнула Агата ему вслед, — да чтоб тебя, неблагодарная животина.

Она бросила взгляд на стрелы и кашицу из трав. Помедлив, обмакнула палец, растерла, принюхавшись. Ромашка, полынь и что-то еще, что Агата определить не смогла, — эти травы, видимо, должны были снять воспаление и ускорить заживление ран. Агата взглянула на труп демона, все еще лежащий под деревом. Странно — олень боялся ее, но не боялся демона. Вел себя рядом с ним настолько спокойно, что ей показалось, что животное уже мертво.

Демоны заслуживают смерти. Ее учили этому всю жизнь. Так было правильно. И все же — впервые за все время она не чувствовала удовлетворения от убийства.

— Даже если ты и помогал этому оленю, на меня напал без раздумий, — с упреком сказала Агата мертвому демону.

Будто бы в подтверждение ее слов, рана снова дала о себе знать. Сейчас, когда азарт битвы прошел, ощущалась боль особенно сильно. Демон есть демон. Опасное существо.

Агата протяжно выдохнула, приложив ладонь к плечу и влила остатки магии. Магический резерв был почти на исходе. Хватит разве что приглушить боль, чтобы добраться до города. Но сначала — сообщить, что с демоном покончено. Она закрепила сумку на седле и отправилась в путь.