По ту сторону метели

Глава 3

Ян Райт

Резкий звонок вырывает меня из раздумий. На экране – Джейк. Уже предчувствую головную боль.

— Что ты несешь? – мой голос превращается в низкое рычание, от которого по столу рассыпаются карандаши.

— Г-господин Райт, – голос Джейка дрожит, будто он стоит на краю пропасти, – уверяю вас, это идеальный кандидат! Вы точно не пожалеете...

Мои когти сами собой выдвигаются, впиваясь в деревянную столешницу.

— Я предельно ясно объяснял, – цежу сквозь стиснутые зубы, – никаких женщин на должность личного помощника. Какое слово было непонятно? "Нет"? "Никогда"? Или ты всерьёз предлагаешь привести человеческую женщину прямо в берлогу?

За окном завывает ветер, предвещая метель. В трубке – мучительная пауза.

— Но... – Джейк глотает, и я буквально чувствую, как он потеет на другом конце города, – я уже... отправил её на такси. Она должна быть у вас через...

Стекло телефона трескается под моими пальцами.

— Идиот.

Бросок – и осколки разлетаются по кабинету. Пара из них вонзается в ладонь. Вытаскиваю их, наблюдая, как раны затягиваются за секунды – сначала алыми нитями, потом лишь розоватыми полосками, которые исчезнут до утра.

За окном снежная пелена уже скрыла дорогу. Хорошо.

Не доедут.

Отряхиваю руки, сбрасывая последние осколки в урну. Джейку завтра предстоит очень неприятный разговор. А пока... пока мне нужно решить, что делать с незваной гостьей, если она всё же проскочит сквозь разбушевавшуюся стихию.

Я распахиваю тяжелую дверь, и ледяной воздух бьет в лицо, обжигая легкие. Глубокий вдох - и на языке остается знакомый привкус магии, смешанный с хвоей. Всего в нескольких десятках километрах отсюда разлом магической жилы искривляющий не только рельеф, но и погоду, превращая наши зимы в нечто среднее между арктической бурей и магическим проклятием. В городе сейчас, наверное, слякотно и серо, а у нас снег искрится, как алмазы, и мороз рисует на окнах узоры.

— Господин, — раздается робкий голосок.

Оборачиваюсь — местный мальчишка, лет двенадцати, с корзиной, полной... Это что, там? О медвежий бог, опять молодежь собирает всякую дрянь. Мальчонка замирает, широко раскрыв глаза — он явно почуял мое настроение.

Кивок. Всего лишь короткий кивок, но мне приходится сжимать челюсти до хруста, чтобы не рявкнуть на него. Внутри все кипит — злость пульсирует в висках, раздражение скручивает желудок в тугой узел. Шерсть уже пробивается под кожей, когти норовят вырваться наружу, но... нет. Не сейчас. Не здесь.

Особенно сейчас, когда какая-то дурочка-человек направляется прямиком в самое логово оборотней. Будто мало проблем с нашим молодняком, который и так шарахается по лесу, не в силах справиться с гормонами. Черт бы побрал этого идиота Джейка и его "идеального кандидата"!

Глаза сами собой желтеют, когда я всматриваюсь в лесную чащу. Где-то там, в снежной пелене, возможно, уже бредет ничего не подозревающая жертва... то есть, кандидат на должность. Мне бы только не пришлось объяснять ее родственникам, куда делась их дочь.

Метель.

Подхожу к своему внедорожнику, резко распахиваю дверь, и порыв ветра тут же засыпает сиденье колючим снегом. Бездна бы побрала эту погоду! Левой ладонью смахиваю с лобового стекла снежную корку, чувствуя, как лед крошится под пальцами. Сажусь за руль, кожаное сиденье холодом пробирает даже сквозь толстую ткань брюк.

Ключ поворачивается с характерным щелчком, и двигатель оживает с низким урчанием, ровным и мощным. Тахометр вздрагивает, стрелки на панели приборов оживают. Эти стальные "лошади" никогда меня не подводили.

Но природа сегодня явно против.

Ветер воет, как раненый зверь, швыряя в стекло снежные заряды. Каждая снежинка будто крохотное ледяное копье. Воздух вокруг буквально искрится от магия из разлома смешанной с метелью.

Зверь внутри меня недоволен. Он ворочается под кожей, вздыбливая шерсть.

"В такую погоду нормальные оборотни сидят в берлогах, а не катаются по лесам!"

Бездна побери, я с ним согласен.

Но благодаря "заботливому" Джейку, оставшемуся в городе, теперь мне приходится играть в спасателя.

Руль холодный даже сквозь перчатки. Разворачиваю машину, шины с хрустом проваливаются в свежий снег. Видимость — ноль. Белая пелена за окном сливается с небом в одно молочное месиво. Приходится сбросить газ, хотя каждая клетка моего тела требует двигаться быстрее.

Даже моя звериная реакция сегодня бессильна. Внедорожник периодически срывается в опасные скольжения, и я чувствую, как тяжелая машина живет своей жизнью, будто пытаясь вырваться из-под контроля.

— Всего несколько километров, — бормочу я себе под нос, вцепившись в руль так, что кожаные перчатки скрипят.

Но в этой белой тьме километры кажутся бесконечностью.

Спустя полчаса езды вижу перевернутую машину на дороге. В голове проносится: “Не успел”.

Резко торможу, внедорожник скользит на обледенелой дороге. Не дожидаясь полной остановки, выпрыгиваю наружу. Снег сразу же забивается за воротник, ледяными иглами впиваясь в кожу. Подбегаю к искореженной груде металла. Следы на снегу рассказывают всю историю - сначала занос, затем несколько переворотов, и финальный удар в массивный дуб у обочины. Стекло разлетелось на тысячи осколков, осыпавшись крошкой. Сомневаюсь, что здесь кто-то смог выжить. Схватившись за покореженную дверь, чувствую, как металл поддается с противным скрипом. Одним рывком отрываю ее, будто это картонная коробка. Внутри на водительском сиденье мужчина, повисший вниз головой на ремне безопасности. Лицо в крови, но я слышу стук сердца, значит жив, но без сознания. Быстро осматриваю салон. Больше никого. Где же она?

Заметив торчащий из кармана его потрепанной куртки телефон, ловко достаю его. Прикладываю палец хозяина, чтобы разблокировать. Набираю по памяти номер.

— Йен, — произношу как только гудки сменяются рассерженным сопением на том конце.