По ту сторону метели

Глава 6

Ян Райт.

Кабинет погружен в полумрак, но мне не нужен свет. Я знаю здесь каждый уголок, каждую трещинку на дубовых панелях. Подхожу к окну, прижав ладонь к холодному стеклу. За ним бушует метель, снежная стена такая плотная, что кажется протяни руку, и она исчезнет по локоть в этой белой мгле.

Губы сами собой сжимаются при мысли о том, что могло случиться с той девчонкой, если бы я не нашел ее в лесу.

Дверь с треском распахивается, впуская в комнату поток света из коридора.

— Господин Ян! — Гвен влетает, запыхавшись, ее волосы растрепаны, а на щеках горит нездоровый румянец.

Я отворачиваюсь от окна, чувствуя, как в груди что-то сжимается.

— Что случилось? — спрашиваю, и в глубине души шевелится надежда: может, она передумала? Может, все это безумие наконец закончится?

Мысль вызывает странную смесь облегчения и... чего-то еще, чего я не хочу признавать.

Гвен переминается с ноги на ногу, нервно теребя подол платья.

— Мисс Карт заболела, — выпаливает она, и ее голос дрожит. — Дерк настаивает на переносе свадьбы.

Я застываю, ощущая, как по спине пробегает холодок. Не от слов, а от того, как Гвен избегает моего взгляда.

— Насколько... серьезно? — слова даются с трудом, будто кто-то сжимает мне горло.

Гвен наконец поднимает глаза, и в них читаются волнение и испуг.

— Дерк говорит, что это... необычно, — шепчет она. — Что-то не так с ее температурой.

— И что? — произношу нарочито бесстрастно, засовывая руки в карманы.

Гвен наш местный информационный ураган. Не со зла, просто её эмоции всегда бьют фонтаном, обливая всех в радиусе десяти метров. Сейчас её глаза горят, как у совы на охоте, а пальцы нервно теребят ткань платья.

— Господин Ян, — она качает головой с таким видом, будто я объявил о намерении прыгнуть в вулкан, — вы же не можете так рисковать! Каждый день отсрочки — это...

— Ты уверена, — мягко перебиваю, делая шаг вперёд, — что это нужно говорить именно мне?

Её рот остаётся полуоткрытым. Я вижу, как её зверь, та самая болтливая медведица, вдруг прижимает уши.

— Но...

— Ты уверена, Гвен? — ещё один шаг.

В комнате становится тихо, будто кто-то выключил звук.

Она отступает, спина упирается в дверной косяк.

— Господин Ян... — её голос стал тонким, как паутинка.

— Гвен? — последнее предупреждение звучит в моём голосе, низкое и опасное.

— Ох... простите... — она съёживается, и мне вдруг становится стыдно.

Но лишь на секунду.

— Не забывай, — говорю уже спокойнее, отворачиваясь к окну, — я всё ещё альфа. И не тебе указывать, как мне распоряжаться своей судьбой.

Стекло отражает, как она делает неуверенный шаг назад. Её плечи сгорблены, а взгляд устремлён в пол. Классическая поза подчинённого перед разгневанным вожаком.

— Займись своим делом, Гвен, — обрываю начинающийся поток извинений, не поворачиваясь.

Дверь тихо закрывается. Я остаюсь один со своими мыслями, снежной бурей за окном и странным чувством тяжести в груди.

"Каждый день промедления..." — её слова эхом отдаются в голове.

Пальцы сами собой сжимаются в кулаки. Если бы она знала, как я сам это понимаю. Если бы знала, сколько ночей я уже не сплю, обдумывая каждый возможный вариант.

Но это моё бремя. И только мне решать, как его нести.

И в одном она абсолютно права — эта свадьба действительно определит будущее всей общины.

Я подхожу к камину, опираясь локтем о мраморную полку. Огонь играет на поверхности выпивки в бокале, превращая янтарную жидкость в расплавленное золото.

"Руководствуешься высокими целями, да?" — мысленно спрашиваю себя, наблюдая, как пламя отражается в стекле. — "Благородный спаситель общины, который прячется за юбкой девушки, даже не объяснив ей всей правды?"

Глоток обжигает горло, но не может смыть горечь самоосуждения.

"Способна ли она понять, на что соглашается? — продолжаю внутренний диалог, сжимая бокал так, что пальцы белеют. — И чем ты собираешься платить ей за эту жертву? Своей вечной благодарностью? Золотой клеткой?"

Внутренний голос безжалостно подкидывает аргументы, каждый словно удар кинжала. Я прекрасно вижу всю несправедливость этой ситуации. Девушка, случайно попавшая в наш мир, теперь должна стать разменной монетой в наших клановых разборках.

Но есть ли выбор?

Бокал с глухим стуком опускается на полку. Нет. Нет выбора. Община на грани краха, старые союзы рушатся.

И всё же...

Я снова ловлю себя на мысли, что веду себя как трус. Вместо того чтобы честно объяснить девушке всю ситуацию, я прячусь за формальностями и древними обычаями.

Окно дрожит от очередного порыва ветра. Где-то там, в другом крыле дома, лежит девушка, чью жизнь я перевернул с ног на голову. Девушка, которая даже не подозревает, какая буря надвигается на нас всех.

И самое ужасное — теперь я не уверен, кто из нас в большей опасности: она от нашего мира... или я от её возможного решения.

Тяжелые, размеренные шаги за дверью, и вот Дерк входит, нарушая тишину кабинета. Запах лекарств, чуть резковатый для медвежьего носа.

— Какие у тебя новости? — бросаю вопрос сразу, едва дверь закрывается за его спиной. Голос звучит ровнее, чем я ожидал.

Дерк понимающе кивает.

— Гвен уже была тут. Он ведет носом, будто пытаясь уловить след ее духов — резких, цветочных, как всегда.

— Она как всегда излишне эмоциональна.

— Конечно.

В его тоне слышится привычная усталость. Гвен действительно умеет выматывать.

— Так что с этой девчонкой?

Дерк плюхается на диванчик у стены с таким видом, будто это его законное место. Диван скрипит, принимая его вес.

— Ее зовут Мира Карт, если тебе интересно это, конечно. — Он откидывается на спинку, и кладет ногу на ногу. — Сильно переохладилась во время своей прогулки в лесу. Поэтому сейчас имеем ларингит, жар. Остальное будет ясно чуть позже.