По ту сторону от счастья

Глава 1

— Татьяна, ты обещала приехать за мной на дачу! — голос свекрови такой сердитый, словно я нарушила какую-то клятву на крови. — Я что, одна повезу все эти помидоры, огурцы? Как есть, так все хотят, а как тащить, я одна!

— Мария Николаевна, но я работаю. Позвоните Диме, пусть приедет, — слежу за карамелью в небольшой кастрюльке на водяной бане, жду, пока загустеет, непрерывно помешивая. — Вы же знаете, что я не могу уйти раньше.

— Ты просто не хочешь! — как всегда недовольна свекровь. — И придумала тоже, Дима. У моего сына спина, ты разве не знаешь? Тем более он сегодня пошел на собеседование. Разве не ты хотела, чтобы он работал?

— В смысле я хотела? — удивленно смотрю на карамель, перестаю мешать.

Трубку телефона прижимаю щекой к плечу, неудобно, но не ответить свекрови нельзя, будет названивать, пока не добьется своего.

— А ничего, что он уже полгода не может найти работу!

— Татьяна, мой сын гений, какая-то работа ему не подойдет. Никто не виноват, что их институт закрылся. Дима ищет работу, чтобы прежде всего работать своим умом, а не руками, как плебеи.

— А, ну да… — отвечаю ей, снимая карамель с водяной бани. — Оставьте тогда там свой урожай, завтра у меня выходной, я приеду и заберу.

— Что значит свой?! — снова начинает свекровь, но я уже не могу слушать.

Быстро прощаюсь и занимаюсь шоколадными пирожными, заливаю заготовки карамелью, посыпаю дробленым арахисом. Сверху еще добавлю полоску белого и темного шоколада. Это самое ходовое пирожное в нашем небольшом кафе, где я работаю уже почти год кондитером. Мне очень нравится, говорят, у меня талант к выпечке и десертам. Хозяйка кафе у нас строгая, но меня ценит, я надеюсь на это. Где она еще найдет такого кондитера за смешные деньги?

— Таня, закончила? — администратор из зала заглядывает на кухню. — Через сколько их можно выставить на продажу? У нас почти все пирожные ушли за утро.

— Минимум через час, Алла.

— Хорошо, поторопись.

И она уходит, цокая каблучками по плиточному полу. Вздыхая, оглядываю недоделанные пирожные. Мне еще нужно их остудить, чтобы карамель с орехами схватилась, а только потом поливать шоколадом, иначе сползет.

Домой прибегаю поздно вечером. Свекровь уже спит, муж тоже. Быстро мою посуду, которая накопилась за весь день, ставлю варить суп на завтра. В дверях появляется сын, хлопает сонными глазами.

— Ма, чего шумишь? — недовольно ворчит Максим. — Я вообще-то уже спал.

— Извини. — Прижимаю к себе сына, ерошу непослушный чуб каштановых волос.

Макс у нас с Димой единственный, мной выстраданный. Не в смысле того, что долго ждали, а то, что я его носила все девять месяцев, почти не выходя из больницы. Лежала все время на сохранении. И потом, когда Макс родился, столько намучилась с ним. Постоянно болел, слабые легкие. Но сейчас все хорошо. Нам посоветовали отдать его в плавание, и вот результат. Сын вырос высокий, широкоплечий. Немного еще угловатый, как все дети в десять лет, но это пройдет. Ему еще расти и расти, будет красавцем.

— Ты не знаешь, что у папы с работой? — наблюдаю, как сын режет себе хлеб, затем вареную колбасу. Делает бутерброд.

— Понятия не имею, — фыркает Макс. — Ты долго еще?

— Суп сварю и все.

— Ладно, — уходит из кухни, подтягивая широкие отцовские трико, что достались по наследству от Димы.

— И тебе спокойной ночи, — улыбаюсь, наблюдая, как сын скрывается в комнате свекрови.

Эта квартира Димы и его матери, я тут на птичьих правах. Вышла замуж по залету, да, такая дурочка была в восемнадцать лет. Родила, потом училась на кондитера, совмещая работу в столовой и воспитание ребенка. Дима работал преподавателем в институте легкой промышленности, который не прошел аккредитацию, а вскоре и вообще закрылся. Так что наша семья держалась на мне и пенсии Марии Николаевны. Но я не жалуюсь.

Поэтому на следующий день с утра сажусь на электричку и еду на дачу, забирать помидоры и огурцы. По телефону получаю инструктаж от свекрови, что именно взять еще, кроме укропа и листьев для закруток.

На даче управляюсь быстро и спешу домой, пока Макс не вернулся из школы. Свекровь с утра куда-то умчалась, сказала, что в поликлинику, поэтому нужно что-то еще приготовить к обеду, кроме супа. Кроме меня это сделать некому. Мария Николаевна никогда не умела готовить, да и не получается у нее.

Открываю дверь своим ключом, выпускаю тяжеленные сумки из рук с облегченным вздохом и спотыкаюсь о чужие туфли. Симпатичные такие, на высоком каблуке, цвет капучино. У меня таких точно нет, да и куда мне? Я в кроссовках все время бегаю, не до каблука.

Стягиваю с себя кроссовки и прохожу в нашу с мужем комнату. Слышу оттуда тихие голоса, смех. Рывком открываю дверь, и вот она, картина маслом, стара как весь наш мир. Муж и соседка с третьего этажа. В нашей с мужем постели, голые и ужасно довольные жизнью.

— Таня?! — приподнимает голову муж и испуганно смотрит на меня. — А ты разве не на работе?

— Как видишь, — с трудом отвечаю ему, разглядывая довольно милую блондинку лет на пять моложе меня. — А вы, Анна, каким ветром в моей постели?

— Да я… — теряется она, но тут же возмущенно вздергивает подбородок. — Ну скажи ей, что молчишь?

Муж мнется, что-то там шикает на Анну.

— Тогда скажу я. Вы, Татьяна, можете уходить из этого дома. Теперь мы будем жить здесь с Димой. У нас ребенок будет, а вы уже слишком старая, чтобы рожать.

Смотрю на них и чувствую, как челюсть сама собой ползет вниз. В смысле ребенок?! У Димы и этой молодой нахалки?!

💋💋💋

Дорогие мои, приветствую вас в моей новинке!

💝 Что нас ждет: 💝

💔Предательство близких💔

🥺Любовь, которая, казалось, никак не могла возникнуть между героями, что такие разные🥺