Последнее, что помнила Алиса, — это духота московского метро в час пик. Она втиснулась в вагон, лицом в чей-то рюкзак, в носу щипало от смеси запахов пота, духов и бензина. В ушах играла бодрая попса, она пыталась отключиться, мечтая о горячей ванне и выходных. А потом… потом резкий толчок. Не как при торможении поезда, а как будто само пространство сжалось и выплюнуло ее. Ощущение падения с высоты, свист в ушах, и — хлоп!
Вместо духоты ее обдало влажной прохладой. Вместо грохота колес — щебет незнакомых птиц и шелест листьев. Вместо запаха метро — аромат хвои, влажной земли и чего-то цветочного. Алиса неуклюже приземлилась на что-то мягкое и мокрое — на мох у кромки воды. Она лежала, не в силах пошевелиться, уставившись в ослепительно-синее, без единого облачка, небо.
«Где я? Контузия? Галлюцинации после переработки?» — пронеслось в голове. Она медленно поднялась, отряхивая свои любимые рваные джинсы и черное худи с принтом популярной рок-группы. Перед ней расстилалось озеро невероятной, почти химической, бирюзы. Вода была настолько прозрачной, что на дне виднелись разноцветные камешки. Лес, подступавший к берегу, состоял из гигантских деревьев с фиолетовыми листьями.
И тут ее взгляд упал на воду. А точнее, на двух мужчин, которые застыли по пояс в воде и смотрели на нее с одинаковым выражением шока на лицах.
Алиса ахнула и протерла глаза. Это были не просто мужчины. Они были… зелеными. И огромными. Но не теми уродливыми, корявыми тварями из фильмов ужасов. Нет. Этих следовало бы назвать богами дикой природы. Оба были невероятно мускулистыми, с кожей оттенков благородного мрамора — от темного малахита до светлого нефрита. Их черные волосы были длинными и влажными, спадая на мощные плечи.
Тот, что повыше, а рост его должен был быть под два с половиной метра, смотрел на нее широко раскрытыми глазами цвета молодой весенней листвы. Его лицо с резкими, но идеальными чертами выражало чистейшее изумление. Второй, чуть ниже — метра два, не больше — был стройнее, с более острыми чертами лица и пронзительными янтарными глазами, которые горели любопытством.
Алиса замерла, не в силах издать ни звука. Она была мышь перед двумя горными львами. Красивыми, мускулистыми и, если судить по тому, что виднелось под водой, явно очень голыми.
Изумление на лицах орков прошло так же быстро, как и появилось. Их взгляды из ошалевших стали пристальными, изучающими. Зеленые глаза высокого орка медленно скользнули по ее фигуре, от мокрых кед до спутанных длинных белокурых волос. В его взгляде не было агрессии. Было… восхищение. Жгучее, плотское любопытство.
Янтарные глаза второго орка сузились, на его губах появилась легкая, хищная улыбка.
— Горан, — произнес он, не отводя от Алисы взгляда. Его голос был низким, с приятной хрипотцой. — Ты видишь то же, что и я? Или солнце ударило мне в голову?
Высокий орк, Горан, медленно покачал головой, не отрывая от нее своих зеленых глаз.
— Вижу, Копар. Но что это? Дух озера? Заблудившаяся небесная дева?
— Небесные девы не носят таких… странных одежд, — Копар сделал шаг к берегу, и вода с шумом хлынула с его мощного торса. Алиса невольно ахнула, увидев всю его стать. Он был идеален, как греческая статуя, выточенная из зеленого камня. Каждая мышца была видна под гладкой кожей. И его возбуждение, уже явно заметное, заставило кровь прилить к ее щекам. — Она пахнет… чем-то незнакомым. И страхом.
Горан последовал за братом, выходя из воды. Если Копар был статуей, то Горан был настоящей скалой. Его плечи были такими широкими, что, казалось, могли заслонить собой солнце. Мускулы на его груди и прессе переливались на свету, и его собственное достоинство, еще более внушительное, чем у брата, ясно давало понять их намерения.
Алиса отполза назад, упираясь в ствол дерева, ее лицо пылало огнем смущения.
— Стойте! Не подходите! — выдохнула она, поднимая руки в защитном жесте и отчаянно пытаясь не смотреть ниже их пояса. — Я… я не знаю, где я! Кто вы?
Орки переглянулись.
— Она говорит, — с удивлением констатировал Горан. — На нашем языке, но со странным акцентом.
— Еще интереснее, — Копар подошел к ней так близко, что его тень накрыла ее полностью. Он присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. Его янтарные глаза изучали каждую черточку ее лица. — Не бойся, маленькая. Мы не причиним тебе вреда. Я Копар, а это мой старший брат, Горан.
— Я не маленькая! Я Алиса! Я откуда-то… издалека, — сказала она, стараясь говорить твердо, но ее голос дрожал.
— Алиса, — произнес Горан, и ее имя на его языке звучало как ласка. Он присел рядом с братом, и теперь она была зажата между двумя гигантами. От них исходило тепло и дикий, пряный запах леса, кожи и чистой мужской силы. Несмотря на панический страх и жгучее смущение, ее тело отреагировало на эту близость предательским трепетом где-то глубоко внизу живота. Это чувство было таким же диким и незнакомым, как и все вокруг.
Копар медленно, как бы боясь спугнуть, протянул руку и коснулся пряди ее волос.
— Как солнечный свет, — прошептал он. Затем его пальцы скользнули по ее худи. — Что это за ткань? Странная, но мягкая.
— Это худи, — автоматически ответила Алиса, замирая от его прикосновения. — Вы… вы орки?
— Орки? — Горан нахмурил свои густые брови. — Мы — Уруки, дети Великого Леса. А «орки» — это, видимо, ваше слово. Звучит… брутально. Мне нравится.
Копар ухмыльнулся.
— Так значит, ты знаешь о нашем народе, Алиса? Тогда ты должна знать, что мы ценим все прекрасное. А ты… ты определенно прекрасна.
Его слова повисли в воздухе, тяжелые и недвусмысленные. Горан кивнул, его зеленые глаза потемнели от желания.
— Ты пришла к нашему Священному озеру. Это знак. Духи послали тебя нам. Мы не отпустим тебя.
— Послушайте, ребята, — попыталась она говорить твердо, но ее предательски подведший голос звучал как писк. — Мне нужно вернуться. Понятия не имею, как, но… Может, вы хотя бы наденете штаны для начала?
Отредактировано: 02.01.2026