По ту сторону Солнца 2 том

Глава 57. Похищение

Длинный день никак не заканчивался, я наблюдала за домом ведьмы в надежде увидеть Андрея, но он так и не вышел. Его безжизненное чужое лицо стояло передо мной. Только глаза, его глаза остались такими же необыкновенными, даже пустые и холодные они поражали своей красотой и глубиной. Благодаря им я узнала в этом человеке Андрея.

Едва дождавшись вечера, я ослушалась Жака и отправилась в дом ведьмы. Я была сама осторожность, и прошмыгнула в калитку как мышка.

В доме было темно, я оставила открытой дверь и разглядела человека на кровати в самом дальнем углу. Запах трав напомнил мне землянку колдуна, мурашки забегали по холодной спине. Каждый шаг издавал скрип то сильный, то едва уловимый. Затаив дыхание, я приблизилась к кровати и, нагнувшись, тихо произнесла: «Андрей, ты спишь?»

Он лежал неподвижно с закрытыми глазами, словно мертвый, лишь его ровное дыхание успокоило меня. Я видела совершенно незнакомого человека, нездоровая худоба пугала и вызывала жалость. Только вспоминая глаза, я убеждала себя, что он — тот самый Андрей. «Андрей», — коснулась я руки, и ее холод заставил непроизвольно отдернуться. Ни жив, ни мертв. Он оказался прав.

Я вспомнила, как сама месяцы лежала под воздействием трав. Она напоила его, и если это та же трава, то к утру ее действие закончится. Что ж в любом случае надо ждать утра. Я попыталась своим теплом согреть его руку: терла и дышала на нее, но это не помогло. Темнота неизбежно наступила, и дверной проем перестал отличаться от стен. Я держала холодную руку дорогого мне человека, не ощущая ни времени, ни пространства. После увиденного, казалось, сон навсегда покинул меня. За всю ночь Андрей ни разу не шелохнулся, и ритм дыхания ни разу не сбился. Наконец на улице посветлело — нам пора в путь. Андрей спал и никаких признаков пробуждения не подавал. «Андрей, проснись, нам надо идти, — прошептала я, склоняясь над ним. — Андрей!» Я потрясла его за плечи, но он лежал словно в коме, не реагировал на мои попытки разбудить.

Утро подступало, причем быстро как никогда. «Андрей, пожалуйста», — попросила я гораздо громче. Я подняла его голову, но не удержала, и она безжизненно упала обратно на подушку. Под столом я нашла ведро с водой и набрала немного в ладони, чтобы вылить ему в лицо, но и это оказалось бесполезным. Отчаянье росло, но с ним справиться было гораздо легче, чем с колдовством ведьмы. Во что бы то ни стало мы должны покинуть дом, пока люди в селении не проснулись. Главное он нашелся, а моей решимости хватит на двоих.

Я вытянула из-под Андрея полотно, служившее простыней, и постелила на пол возле кровати, сверху положила одеяло, которым он был накрыт. Выпив бодрящий напиток, я подошла к изголовью кровати и, приподняв спящего под руки, потянула его к краю кровати. Сдвинуть с места Андрея у меня не получалось, несмотря на его худобу. Собрав все силы, я дернула, попыталась спустить его на пол, но вместо этого сама еле удержалась на ногах. Я вернула голову на подушку и решила опустить на пол сначала ноги, по очереди правую, потом левую. Все тело сдвинулось к краю, и я побоялась повредить Андрею позвоночник, вернула ноги на место и перекатила его к стене. Взмокшая я присела отдохнуть на скамью и подумала, что так же смогу перекатить его и на пол, только нужно смягчить падение. Собрав по дому всю одежду и белье, я постелила их возле кровати, а угол у края накрыла одеялом, свернутым вдоль в три раза. «Извини», — прошептала я и повернула Андрея на бок, на живот, снова на бок, и он с грохотом приземлился на пол. Мне оставалось перекатить его на полотно, что я и проделала с относительной легкостью. Я понимала, что задумала невозможное: дотащить взрослого мужчину волоком до леса, а может и до самого дома. Но, с другой стороны, я прекрасно понимала, что выбора нет, помощи ждать не от кого, а время терять нельзя. Каким бы длинным путем Жак не повел ведьму, он не может вести ее к своему дому месяц или даже неделю, дабы не вызвать подозрения. Ну, день лишний он ее поводит, ну, два. Прогнав из себя реалиста, я связала углы полотна со стороны ног в узел и потянула. Шаг, второй, третий дались с невероятным усилием, я двигалась спиной вперед, упираясь ногами в пол и, помогая всем своим весом, подтягивала Андрея к себе. Под голову ему я положила подушку, но она выскакивала после каждого движения, и пришлось оставить эту затею. Сперва порог дома казался непреодолимой целью, но достигнув его, я утерла пот рукавом и взглянула на такую недостижимую калитку. За углом забора я вздохнула с облегчением и вернулась, чтобы замести следы собранными в веник ветками. Тащить вверх по серпантину оказалось втройне тяжелее. Законы физики работали не в мою пользу, еще и Андрей постоянно съезжал на землю. Мне приходилось подтягивать под него полотно, что возвращало нас на пару шагов назад. Добравшись к вечеру на то место, откуда впервые увидела поселение, я чувствовала боль каждой клеткой тела. Голову сдавливало тисками, руки выкручивало словно штопором, ступни онемели, голени разрывало от обжигающей боли, низ живота тянуло и подергивало. От горячего дыхания горло щипало и сглотнуть слюну с первого раза не удавалось.

Жак действительно оставил свой след на протяжении всего пути, я даже не замечала, когда он это делал. За весь день я ни разу не усомнилась в правильности выбранного направления. Сломанная ветка, растоптанный цветок, примятый куст, без слов говорили о пребывании человека. Я снова восхитилась мудростью и дальновидностью Жака и посмотрела на безжизненное тело человека, за которого когда-то собиралась замуж, позже почти возненавидела, а потом поняла, что потеряла лучшего друга на свете. Я пыталась убедить себя: это он — тот самый Андрей.

Ночь мы провели в лесу, не так далеко от дома ведьмы, как хотелось, но все же. Мышцы ныли, и это мешало уснуть. Сон был беспокойным и поверхностным. Андрей же по-прежнему спал, и ничто не говорило о его приближающемся пробуждении. С первыми лучами солнца я съела горсть сушеных ягод из узелка и выпила глоток напитка, но ожидаемой бодрости не почувствовала, лишь утолила жажду. В кувшине осталось меньше половины жидкости, и она уже не действовала как раньше. Я протащила Андрея несколько десятков метров и упала без сил рядом с ним. Руки затряслись, и от ощущения полной беспомощности горячие слезы хлынули из глаз. Я размазала их по щекам и посмотрела на мокрые коричневые от пыли ладони, под ногтями чернела грязь и меня передернуло от отвращения. Сразу же представилось, как выглядит мое лицо, которого касались эти руки. Андрей тоже был весь испачкан, он столько раз сползал с полотна, что его волосы превратились в паклю непонятного цвета, а лоб неравномерно покрылся пятнами из пыли.