По ту сторону света.

Ничего не предвещало беды...

Наступило время, которое я так не хотела. Наступила ночь. Именно ночью мы остаемся наедине со своими мыслями, неважно, хотим мы этого или нет. И иногда эти мысли очень душат человека изнутри, выворачивая его  наизнанку. Я привыкла даже в самой тяжелой и сложной ситуации находить свои плюсы, я нашла их и здесь. Именно ночью человек может выплеснуть все свои эмоции слезами, не стесняясь того, что кто-то может увидеть или услышать его. Мне удалось  воспользоваться этим преимуществом. Я лежала на холодном полу, не моргая, по моим щекам медленно скатывались капельки слез. Говорят, попытка не пытка, но в моем случае это оказалось наоборот. Почему это все происходит именно со мной? Почему сейчас кто-то лежит в теплой и мягкой постели, а я здесь, на этом холодном и твердом полу? Когда это, наконец, все закончится? И закончится ли вообще? Что будет со мной дальше? Кто спасет меня? И спасет ли? Столько вопросов, на которые у меня просто нет ответов. Я не знаю, что будет со мной завтра и если ли у меня вообще это «завтра»? Я опять не спала всю ночь, задавая себе все эти вопросы по многу раз. Я обдумывала их все вместе, и в то же время, каждый по отдельности.

Прошло пять дней, пять мучительных и очень долгих для меня дней. Мои руки посинели от наручников, под глазами появились мешки от недосыпания, я сидела, лежала, ходила, смотрела на горы, держась за решетки на окнах и так по кругу. Единственным моим спасение было то, что ко мне приходила Лора. За это время мы стали с ней родными друг другу, она приносила мне еду, одежду, и хорошее душевное тепло, которого мне вполне хватало до следующего ее прихода. Ко мне заходил и Аргон. Иногда он просто заглядывал в темницу, иногда мог постоять, и посмотреть в окно, один раз даже спросил как я, но скорее всего это был просто сарказм. В один «прекрасный» день, меня с самого вечера не покидала слабость. Ночью я не могла уснуть, хоть мне и хотелось  хоть немного, но поспать. Меня-то кидало в пот, то мне становилось холодно, как никогда, у меня был сильный жар, видимо я начинала заболевать. Под утро мне стало совсем плохо, я еле удерживалась на ногах, поэтому все это время  просто сидела, и пыталась унять свои дрожащие от холода руки. Мне было даже трудно открыть глаза, поэтому я сидела, закрыв их, часто и устало дыша. Вдруг неожиданно для меня дверь темницы начала открываться. Я подумала: Лора, придти еще не должна, слишком рано. Мои догадки подтвердились, в дверь вошел Аргон. Он решительно и быстро начал приближаться. Я не хотела показывать то, что мне было плохо, поэтому, глубоко выдохнула, и облокотила голову на стену.

-Ты решила угробить моих людей? – с напряжением сказал он.

Тут я вспомнила, что на днях мне принесла еду не Лора, а стражник, мы с ним не поладили. Он мне нагрубил, а я ударила его наручниками по голове, видимо поэтому Аргон  сюда и пришел. Мне было трудно говорить, поэтому я предпочла промолчать.

-Ты так и будешь молчать? Или может, скажешь что-нибудь? – напряжение в его голосе нарастало. Я продолжила молчать, тогда он подошел ко мне и прошипел: Еще раз подобное повториться, пойдешь спать на улицу. Развернулся и ушел, я выдохнула. Потом встала на ноги, ноги еле держали меня, но шатаясь, я все-таки стояла. Не успел Аргон выйти, как с радостным лицом в дверь вошла Лора. Она подбежала, чтобы обнять меня, но тут холод, недосыпание, стресс все-таки сказались на мне, я упала на пол. Я все еще была в сознании, но уже не в силах была держать себя на ногах. Я медленно закрыла глаза. Лора в испуге подбежала ко мне и начала трясти меня, говоря: Дина! Дина! Что с тобой? Очнись! Дина! Но я даже не пошевелилась. Тогда она подбежала к двери и, запинаясь от страха, позвала еще не ушедшего Аргона: Аргон! Аргон! Там, там, Дина! Он вошел в темницу, и когда увидел меня, лежащей на полу, подбежал ко мне.

-Дина! Дина! Ты меня слышишь? – произнес он, пошевелив меня. Я не реагировала. Тогда Аргон  видимо почувствовал, что температура моего тела больше, чем должна быть. Он тыльной стороной руки потрогал мой лоб и приказным тоном произнес: Она горит! Быстро приготовьте мою комнату! Принесите туда тазик с водой, тряпки, что там у нас еще есть, чтобы сбить температуру? Бегом! Все побежали выполнять его приказ, а он тем временем стал поднимать меня на руки со словами: Сейчас, сейчас, подожди чуть-чуть. Подняв меня, он куда-то долго поднимался, или спускался по лестницам, но в итоге, я почувствовала, как меня положили на мягкую и очень теплую кровать, и приложили мокрую тряпку ко лбу. Я начала тяжело дышать, меня било в лихорадке. В бреду я стала быстро поворачивать голову то на одну сторону, то на другую, при этом  крича: Тетя! Тетя! Помоги мне! Деньги! Аргон! Отпустите меня! Что вы делаете? Лора! Тут я услышала голос Аргона: Тише, тише. Потом я начала то терять сознание, то снова приходить в себя, то кричала, то успокаивалась. Надо мной кружилась Лора и еще кто-то, кого я не знала. Они перекладывали тряпки, очень быстро, моча их в холодной воде. Только через несколько часов, мне все же сбили температуру, и я уснула. Сквозь сон я поняла, нет, я почувствовала на себе взгляд Аргона. Он простоял надо мной минуты две, а потом, придвинув стульчик к кровати, на которой я сейчас лежала,  сел на него. Долгое время Аргон просто наблюдал за мной, но затем, взяв мою правую руку, он покрутил ее, видимо рассматривая раны, запеченную кровь и синяки от наручников. Положив ее, он тихо подозвал к себе Лору: Лора. Когда она подошла к нему, склонившись в знак уважения, Аргон коротко сказал: Обработаешь ей руки. Кивнув, она ушла.

-Я ведь должен тебя ненавидеть, а не спасать и заботиться – он говорил это себе, но по какой-то причине сказал вслух. Усмехнувшись, поправил на мне одеяло и ушел.