Поцелуй и проклятие в одном флаконе

16

– Не узнаешь? Даже ты должен знать это лицо!

На лице мужчины искривилась усмешка, меняясь в свете магических всполохов на красивую улыбку неотразимого «Матиу», а затем вновь обратно, демонстрируя настоящие эмоции – иронию, досаду, сдержанность. И глядя на эти два лица, сменяющие друг друга, я осознавала, что только благодаря магическому факелу мы все увидели того, кто скрывается под личиной, – никакие подсказки, похожие жесты или голос никогда не привели бы нас к правильному выводу.

Описывая эти два лица, мы бы использовали одинаковые слова: черные прямые волосы, высокий лоб, густые черные брови над пронзительными глубоко посаженными глазами цвета цитрина, прямой нос, четко очерченные губы правильной формы, а подбородок не выпирает вперед, при этом оставаясь с остальными чертами лица в гармонии. Одно описание, а подходит к обоим лицам. Только они совершенно разные – эти два лица. И тот мужчина, что под личиной, был не такой идеально-красивый, как «Матиу». Шероховатый, с хмурым взглядом, с неожиданными мимическими морщинами на лбу, с небритостью на подбородке. И он был гораздо привлекательнее «Матиу», скорее всего, из-за этих вот не идеальностей. Он был живым…живым воплощением моих обид и претензий.

– Позвольте представиться официально, – мужчина тем временем снял с шеи цепочку, на которой мерцал темными всполохами черный бриллиант в массивной брутальной оправе, и учтиво поклонился. – Юнатан Старракс, дракон, наследный принц Хассийского королевства.

– Лучший из победителей прошлого пятилетия, – с придыханием прошептал Сат и принялся с благоговением рассматривать живую легенду Сердца Колей. Кажется, еще немного, и руки друга потянутся к мужчине, чтобы убедиться, что тот настоящий, а не очередная иллюзия.

– И кузен этого слизняка Гранта, – зло прошипела подруга, заставив меня вздрогнуть, а Юнатана – помрачнеть еще больше.

– Осторожнее, жеалет Марьям, – процедил мужчина, и даже с нашего места было видно, как сужается зрачок, а на висках проступает рисунок, похожий на чешую. Наверняка из-за этого рисунка в их мире таких, как Юнатан, называют драконами. Кстати, у Гранта такой рисунок не появился ни разу, хотя были моменты, когда он злился так, что чуть ли не пар из ушей шел. – Грант сейчас в камне и не может за себя постоять. Разве вас не учили, что о том, кто на грани жизни и смерти, не говорят плохо?

Наверняка у моей подруги в родне были такие, как Юнатан, ведь прямо сейчас Марьям готова была выдыхать пламя и крушить все вокруг.

– И не подумаю! Он жив – это подтвердили все маги, каких приглашали в академию отец и король Варанн. А раз так, то говорю открыто: он слизняк и мерзостный паскудник. Но вообще-то, если бы не ты, то ничего бы и не было!

– Что же я такого сделал? – удивился мужчина, нависая грозной скалой над моей подругой. От удивления он даже перестал выглядеть устрашающе, хотя не отступил. – Мы виделись-то всего один раз, не так ли, принцесса?

Так, все верно. Но та встреча имела ошеломляющие последствия.

Шесть лет назад, турнир Сердца Колей

– Ши, давай снимем эти блестки – не стоит привлекать чрезмерное внимание к твоей персоне, – говорила сестра и магией приглушала сверкающую вышивку, которую специально создала для меня подруга, с которой мы уже через несколько месяцев будем учиться вместе в академии.

– Кас, не будь такой…наседкой! – хохотнул наш брат Виттор и щелкнул пальцами – вышивка вновь замерцала серебром. – Нашу малявку сегодня представят как следующую принцессу Сердца Колей. Сама же была на ее месте десять лет назад. Я еще помню то фееричное платье, которое разве что искры не раскидывало. А какое там было декольте, м-м-м-м…

Виттор и Кассандра – близнецы, и вместе учились в академии Сердца, хотя Виттор умолял отправить его к драконам или пегасам, подальше от родительского надзора. В отместку родителям брат чудил, прогуливал, нарывался на неприятности. Уверенно могу сказать, что Кас была с ним во всех его проделках, и только во время турнира эти двое были по разные стороны стадиона.

– Я сменяла Глори, – напомнила Кас, вновь приглушая блеск моего платья, – а у Ши предшественницей будет Валетт. Как думаешь, кто из этих двоих опаснее?

– Ха! Это все равно что сравнивать маленькую аквариумную рыбку и морского дракона. Н-да, задача. Ши рядом нашими родственницами вообще малек маленькой аквариумной рыбки. Безобидная, как котенок.

Сравнение брата меня расстроило, ведь я-то себя считала чуть ли не роковой красавицей, к ногам которой упадут все участники турнира, а не только один победитель. Но да, Валетт – это даже не дракон. Она, старх побери, – гарпия из бездны. Перейду ей дорогу сегодня хоть в чем-нибудь, и могу не дожить до начала обучения (образно, конечно). Наша кузина умеет сделать жизнь невыносимой, мило при этом улыбаясь, так что никто из старших, родители или дяди с тетями, ничего в ее поступках плохого не увидят. Она подставляет подножку, при этом магией лишая возможности не попасть впросак, а параллельно еще делает так, что меня же обвинят в случившемся, а ее пожалеют. Я в свои шестнадцать так и не научилась избегать ловушек Валлет. Даже артефакт предсказания, подаренный в шутку братом, не помогал, словно кузина придумывала свои пакости одномоментно, на ровном месте.

– Сегодня турнир пятилетия, и это помимо основного турнира, – проговорил брат, помогая сестре приглушать узоры на лифе и ожерелье из опалов, что специально для этого дня заказал отец у королевского ювелира. – Так что Валетт надеется обратить на себя внимание не только близнецов-фейри, но и Юнатана.

– Кто такой Юнатан? – спросила я с тяжелым вздохом, потому что отражение в зеркале меня совершенно не радовало: блеклое, невыразительное, приглушенное.

– О, дорогая, это легенда Сердца Колей, – с мечтательной улыбкой проговорила сестра, помогая мне подняться по лестнице на помост, где нас уже ожидала Валетт – яркая, блестящая, роковая красотка.