Поцелуй или пощечина

Глава - 31

- Не-е-е-т, - едва слышно выдохнула я. Подо мной затрясся пол, в руках уже была неконтролируемая энергия. Я просто не могла следить за тем, что было дальше. Чувствовала лишь, что через меня проходят огромные потоки энергии, которые сдерживать я была не в силах.

Еще раз посмотрела на профессоров: профессор Энзор отчаянно пытался меня успокоить, подойти ко мне, а вот профессор Шанталь удивила больше всего. Как бы не была она грустна, она сохраняла спокойствие, лишь сочувственно смотрела на меня, скрестив руки на груди.

Вокруг все затряслось. Профессор Энзор подошел поближе, но с ног его сбил стеллаж, опрокинувшийся из-за землетрясения. За спиной услышала крики профессоров и студентов, случайно оказавшихся рядом. А мне было все равно, мой мир рухнул, стоило ректорше произнести два заветных слова «Кристоф погиб». Теперь все потеряло свой смысл. Я так долго желала быть счастливой, что судьба, подарив мне минуты счастья, тут же отняла его у меня, оставив в груди огромную дыру.

Поток слез, и внутренний голос «нет! Не может быть», заставляли забыть обо всем. Чему меня учили? Для чего меня учили? Зачем мне магия, если нет его? Зачем самоконтроль, если больше нет цели в жизни. Я обречена на вечные страдания, пока он ждет меня по ту сторону грани! Так зачем ждать? Можно просто пустить силу на самотек, и будь что будет!
Смотрю на все вокруг, и понимаю, что я уже не в силах что-либо контролировать! Ну и пусть! Возможно, смерть станет моим избавлением!

Вокруг все рушится, а я стою на коленях в дверном проеме. Вокруг какая-то суета, а мне все равно. Мир потерял для меня свои краски, приобретая безжизненный серый цвет. Я вытянула перед собой руку, держа в ладошке огромный сгусток энергии, что так и норовит быть выпущенным наружу.

Пустить вход вокруг или уничтожить саму себя? Что лучше? Что быстрее? Что избавит меня от этой боли в груди? Уже собираюсь выпустить поток на волю, бах! Падаю на пол, ощущая пульсирующую боль в затылке.

***

Почему так больно? С огромным трудом разлепляю тяжелые веки. Опять! Ну, почему я вновь в этой лечебнице? За то время, что я нахожусь в академии, мне уже порядком надоело это место. Оно так и притягивает меня к себе!

Огляделась, вокруг никого. Попыталась встать, но обнаружила, что прямо-таки прикована к постели магическими путами. Это что еще за новость такая? Чуть стало плохо, так сразу нужно привязывать меня?

- Эй! – крикнула я, - есть кто живой?

Повертелась на месте, изгибаясь от неудобства, и тут появился немного напуганный Вареус. Медленно, словно крадется, подошел, осмотрел со стороны, и лишь тогда решил подать голос.

- Добрый вечер, Данниэлла, как вы себя чувствуете?

Вечер? Я целый день повела тут? Нет уж, я явно загостилась!
- Нормально, а что не так? И почему меня привязали? – моему возмущению не было придела, но я все же немного себя сдерживала.

- А вы не помните? – с опаской произнес он, так и не решаясь подойти ближе. Я отрицательно покачала головой. – За прошлые полторы недели вы неоднократно пытались уничтожить все вокруг!

Полторы недели??? Это я уже столько времени здесь? Да не может такого быть!

- Повторите, сколько я уже здесь?

- Полторы недели, - заикаясь, произнес он. Он мне напоминал запуганную крысу, метавшуюся из угла в угол.

- И что же произошло за столь не малый срок?

Вареус поведал мне о том, что с момента, когда я узнала о гибели Кристофа, я несколько раз пыталась выпустить магию наружу, уничтожив все вокруг. Я как с цепи сорвалась, не щадя никого!

Некоторые профессора настаивали, что необходимо обо всем доложить совету, но профессор Шанталь, на удивление, заступилась за меня, и сказала, что мне просто нужно время.

Магическими путами меня приковали к кровати, не позволяя выпускать энергию. Мне ставили уколы с успокаивающим лошадиными дозами. Очевидно, это из-за него я все очень смутно помню. Точнее, не помню, но некоторые образы моего дикого поведения всплывают в моей памяти. Вот и как после этого людям в глаза смотреть?

Хоть Вареус и поведал мне желаемое, путы снимать не стал, оставив последнее слово за профессором Шанталь, которая явилась лишь к утру.

- Доброе утро, Данниэлла, как ты себя чувствуешь? – она вновь уселась на край кровати, аккуратно поправляя свое платье.

- Хорошо, если не считать этого! – я показала руки, скованные путами, и злобно уставилась на ректоршу. Та в свою очередь неоднозначно покачала головой.

- Прости, но это действительно необходимо! Ты была настолько потеряна, что хотела уничтожить все на своем пути. Прости, но если бы профессор Анерос не ударил тебя в тот день по голове, ты бы на всех убила!
А вот такого я совсем не ожидала. Я, конечно, слышала, что у меня огромные запасы магии, но не думала, что способна на подобное. Внезапно для меня самой вспомнила тот день, когда мне сообщили страшную новость. На глаза вновь навернулись слезы.

- Тише, дитя мое, не нужно слез, ничего уже не изменишь! Ты должна свыкнуться с той мыслью, что его больше нет!
Вот, зачем она это сказала? Во мне вновь проснулась сила, которую сдерживать я не в силах. Вокруг все вновь затряслось, настольная лампа рухнула на пол и разбилась, а я зажмурилась как маленький ребенок, не желающий ничего видеть и слышать.

- Нет-нет, Данниэлла, не нужно так делать! Успокойся и усмири свою магию, иначе она быстро выжжет тебя изнутри, тогда тебе уже точно никто не сможет помочь. Поверь, Кристоф бы не обрадовался, узнав, что ты так быстро сдалась!

- Я не могу ничего с собой поделать! – сквозь зубы прохрипела я. Мне все еще больно. Где-то внутри что-то очень упорно старается пробить во мне брешь и выбраться наружу, но теплые руки профессора действуют как успокоительный настой, медленно забирая эту боль.