Поцелуй или жизнь (2 книга)

2.10

Помощь подоспела в течение двадцати секунд, за которые моя змейка разыскала источник отравления: на небольшом чайном столике между двух кресел обреталась большая роскошная ваза со свежими фруктами, которой однозначно не было, когда мы с Чарли уходили. Несколько виноградин обуглились на моих глазах... Только в самой вазе ничего отравленного не было: единственным напитанным ядом фруктом было крупное краснобокое яблоко, наверняка сладкое и сочное, откатившееся в угол комнаты из руки Иви. Значит, тот, кто прислал сей презент, точно знал, что из всего разнообразия плодов фруктовых деревьев, от тривиальных груш до порсульских парагваек и южной хурмы, я совершенно точно выберу именно это яблоко... 

Ладно, потом поделюсь своими соображениями с Галахатом, Гаретом и Франциском, вместе подумаем, чьих рук это дело. Сейчас главное помочь Иви. 

Змейка успокоила меня, что Франциск делает все правильно. Признаться, когда в его руке прямо из воздуха возник длинный кинжал, в следующий миг расчертивший черным руку подруги и алым - ладонь Франциска, и он соединил раны, смешивая кровь, я забеспокоилась. Не заразится ли он сам? 

"Нет, я тоже иммунный к большинству ядов, - хмыкнул у меня в голове Франциск. - Но приятно, что беспокоишься. Даже очень..." 

Не став ему ничего отвечать, наконец обернулась, чтобы посмотреть, кто так вовремя поддержал меня. Сзади меня стоял Чернек, только смотрел он не на меня, а куда-то в сторону. Проследив за его взглядом, увидела Чарли, которого даже не заметила в общем переполохе. Кузен опустился на одно колено недалеко от окна, так, что в его светлых волосах путались и блестели солнечные лучи, и, сложив перед собой руки, как будто собирался зачерпнуть воды из ручья, и едва заметно шевеля губами, низко склонил голову. Кому-то эта поза показалась бы нелепой и смешной, но все, кто хоть раз был на севере, понимали сразу: он молится. 

- Интересно, к кому он обращается, - почему-то шепотом спросила я. 

- Чарли поклоняется Матери-Пряхе и Змеице-Агнешке, - уверенно отвечал Чернек. 

Праматери, вяжущей судьбы, и ее дочке, богине удачи и зажигающей путеводные звезды? Удивил, однако... Обычно мужчины просили покровительства у Кровавого Хонора, бога войны и гнева, или у Фаррана-Кузнеца, громовержца, кующего молнии и боевые топоры. 

- Чарли говорит, что женский пол его любит куда больше мужского, будь то люди или же боги, - слегка улыбнулся Чернек. 

- А сам ты в кого веришь? 

Парень замолчал, и я уж думала, что не получу ответа, но тут Красавчик, закончивший молитву, подошел к нам и едва слышно прошептал: 

- Отец наш - Мрачный Бог. 

О, тогда понятно, о том, что поклоняешься Нечестивому, вслух не говорят. 

Смутило меня другое: Мрачного называли отцом существа, зародившиеся под огненными небесами Хаоса. Но Чарли и Чернек - люди... люди ведь? Ну да, люди, ничего, указывающего на то, что в них течет хоть малая доля магической крови, нет, кроме отсутствия усов, бороды и бакенбард. Хотя... Красавчик же мне, как-никак, родич. Может ли быть, что он тоже наг. Змейка откликнулась, что вряд ли, у полукровок резерв ниже среднего не бывает, но все же взглянула на кузена через мои глаза. Фыркнула: конечно, не на это! Нет у него второй ипостаси, причем не только змеиной, но вообще никакой! 

Вот что я прицепилась к этим словам? Может, это интуиция, а может, - понимание, что неспроста Чарли так сверкает на меня глазами, в которых так и пляшут чертята. Вот неспроста он это сказанул, ой неспроста! Стала думать, кого еще породил Мрачный, кроме сынов Хаоса... Хм... Было же что-то, было... 

Озарение накатило, когда мой блуждающий взгляд зацепился за склонившегося над Иви Франциска, со спины очень похожего на своего дядю. Гарет... Тринадцатый Принц Веридорский, Страх и Ужас всея Веридора, прогневавший Богов и навлекший проклятие на весь королевский род... Точно, проклятие! Чернокнижники! Они же формально люди, второй ипостаси у них тоже нет... 

"Но резерв у них больше, чем демонический, - прилетел очередной комментарий от Франциска. - Хотя мысль, скорее всего, верная. Дядя обмолвился, что он не может читать мысли ни Красавчика, ни чернявого, а он так, к слову, менталист с развитым Даром и прокаченным демоническим резервом". 

Пока говорил, меня посетила другая дельная мысль: надо будет попросить Гарета поставить на мое сознание ментальный щит, а то это ж невозможно! 

В моей голове насмешливо хмыкнули.