Поцелуй или жизнь (2 книга)

5.2

"Конференция" с участием правителей севера, центра и юга состоялась в харчевне средней руки с нетривиальным названием "Соленый калач", по соседству с не менее примечательной питейной "Зеленый черт", в самом центре нижнего города, неподалеку от веселого квартала. Свежеоткопавшиеся "погребенные", выбравшиеся из аномальной зоны, отрезанной от магических потоков, и прикрывшиеся слабеньким отводом глаз, проследили весь путь Гарета. Вот кто бы мог подумать, что Страх и Ужас всея земли будут возить в ворохе прелого сена, прикрытой ветхой мешковиной! Попутно Галахат пытался прикинуть, кто мог пронюхать о дядиной ахилесовой пяте. Ему самому рассказала мама и взяла с него слово, что он никогда и никому даже полусловом не обмолвится. Граф Ла Виконтесс Ле Грант дю Трюмон знал, что у Бастарда Тьмы есть какая-то непереносимость (да ее просто не могло не быть, у всех сильнейших магов есть, почему у Бесноватого нет?!), но никогда даже не думал расспрашивать друга об этом. Ему было достаточно того, что магия, которой был пронизан Зеленый Горб, никоим образом не вредит Гарету. Методом исключения, конечно же, можно было вычленить из не особо длинного списка не использующихся в его поместье видов волшебства погодную магию. Знал ли сэр Гвейн? Наверное, знал, но никому не проболтался наверняка. Даже под градусом рыцарь Благородное Сердце молчал, как немой, о том, что считал не своей тайной. По всему выходило, что Гарет сам кому-то рассказал. Но кто из тех, кому доверял Тринадцатый Принц Веридорский, мог направить удар ему в спину? 

- А чего гадать то? - пожал плечами Красавчик. - Чернек, сходишь на разведку? Мы и хозяйку этого заведения знаем, - кивок на величественный дом, завлекающе мерцающий цветными фонарями каждую ночь. 

- Да кто ж в нижнем городе не знает Галинду? - осклабился Его Высочество. - Вот бы еще в толк взять, какого такого рожна оглушенного дядю приперли не на постоялый двор какой-то, а в самый знаменитый столичный бордель? Скорее всего, хозяева покрывают похитителей. И ведь не убить же его хотят, иначе порешили бы еще на погосте, и тащить недалеко! 

- Галинда... - задумчиво пробормотал лорд Себастьян, хмуря брови. - Слышал я пару раз это имя от Гарета. Редкое... Дочку его друга так звали, что ли? 

- Хорош друг, - хмыкнул Чернек. - Ладушки, пошел я. 

И вот заседали некоронованные особы втроем, за столом у дальней стены пустующей таверны. Правильно, что делать в "Соленом калаче" народу в послеобеденное время, особенно в день свадьбы будущего короля? А сам жених считал, что ему нечего делать на собственной свадьбе. Спросив у шустрой быстроглазой подавальщицы два эля для северян, сидр для себя и грог для Его Светлости, скривившегося при одном упоминании яблочного напитка, игриво подмигнул зардевшийся молодухе, которая, судя по грозно нахмуренным кустистым седым бровям корчмаря, была хозяйской дочкой. Дождавшись своих кружек, восхищенного девичьего взгляда, окинувшего симпатичное лицо Красавчика, широкие плечи Галахата и тугой кошелек на поясе у графа, и шепотка, что она не прочь поздним вечерком прогуляться вместе с достойными господами до соседней улицы, отгородились двойным пологом тишины, причем Чарли еле удержался от смеха, глядя на то, как его спутники пристально всматриваются в плетения друг друга, пытаясь найти неувязки в чужой защите. Впрочем, осторожность никогда не лишняя, это он усвоил давно. 

- Ваше Змейство, - первым оторвал взгляд от пологов Галахат. - Вы, конечно, можете упорствовать дальше, пытаясь отыскать изъяны в моей работе, но я буду умнее и признаю за вами первенство... как за старшим. В ваши то лета... то есть я хотел сказать, с вашим то опытом... 

"Вот нахаленок," - усмехнулся про себя Чарли, а вслух сказал: 

- Господа, вам не кажется, что совместное погребение - это достаточный повод, чтобы не доводить до конфликта ваши итак напряженные отношения? 

- Ты бы помалкивал, - недобро сощурился на него лорд Себастьян. - И до тебя очередь дойдет. Вот разберусь с Его-почти-Величеством и этим внезапным, абсолютно неуместным и нервирующим меня стремлением поскорее распроститься с холостяцкой молодостью, и уже с тебя спрошу... 

- Вы, Ваша Светлость, прямо таки примерили на себя полномочия Единого, не меньше: всех уважу, всем воздам! - нисколько не убоялся Красавчик, а потом добавил уже серьезно. - У вас же есть способность чувствовать ложь? Да есть, я знаю. Моя северная магия тоже способна отличить правду ото лжи. Я практически пустой, но на одну-две свечи меня хватит, - с этими словами Чарли и правда подтянул к себе одинокий подствечник, который, видимо, достали заранее, еще до темноты, и провел ладонью над фитильком, на котором тут же занялся маленький спокойный огонек. - Откровенная ложь задувает пламя, недомолвка или искажение правды коробит огонек. Более того, я берусь утверждать, что наша северная магия куда лучше артефактов правды и даже чутья василиска, потому как и первое, и второе можно ввести в заблуждение - достаточно того, что "лгун" будет свято верить в то, что он говорит правду. Наша же магия дарована богами только избранным и позволяет выявить абсолютную истину. Можете проверить. 

- Меня зовут Франциск, - подозрительно глядя на свечу, бросил пробный камень Себастьян. 

Свечка тут же потухла. Красавчик понятливо улыбнулся, снова зажигая огонек: он так и думал, что такой убежденный скептик и вдохновенный ученый, как граф до последнего будет сомневаться в том, чего не в силах постичь. А вот Галахат его удивил. 

- Чарли - четвероюродный брат Ники, - заявил принц и удовлетворенно улыбнулся, увидев, как затрепыхалось пламя. Но не погасло.