Поцелуй или жизнь (2 книга)

9.1

Ты освоил науку легко строить замки из воздуха, 

Не надеясь найти ответ, задаваться вопросами, 

Парой слов обменяться, когда для беседы нет времени... 

Шаг за шагом границу стирать - может быть, не намеренно? 

Так случается постоянно: 

Что посеешь, то и пожнешь. 

Для героя второго плана 

Может, слишком ты был хорош? 

Только шел не своей дорогой, 

И мечтал - что греха таить - 

Взгляд поднять и ещё немного 

Расстояние сократить. 

Ну на кой чёрт тебе сдались эти глупые принципы? 

Неужели так плохо быть нужным но не единственным? 

Хоть с иллюзиями никогда расставаться не хочется. 

Сказка вечной не может быть - ей придется закончиться. 

Жаль, до главного персонажа 

Тебе точно не дотянуть. 

Ты бы с этим смирился даже, 

Если б был поскромней чуть-чуть. 

А кругом все одно и то же: 

Не понять, кто свой, кто чужой... 

Быть хорошим со всеми может, 

Только дурень или святой. 

Можно всё объяснить словами 

Только прока нет в тех словах. 

Пусть осудят все те, кто сами 

Вечно совестью не в ладах. 

Ты бы мог поступить иначе, 

Не сжигая последний мост 

Под ногами своей удачи, 

Затерявшейся между звезд... 

Он слонялся по дворцу, потеряв счет времени. Не сказать, что у него не было дел. Были, да еще сколько... Как говорят северяне: "Не утащим сами, подавайте сани!" Надо было просмотреть отчеты эмиссаров, как свежие, так и за последний год, чтобы понимать картину в целом, еще не мешало бы глянуть все досье, теснящиеся в шкафах теперь уже его кабинета. В конце концов он мог заглянуть к Франциске и Франсуазой или приобщиться к общедворцовому кутежу, продолжившему после того, как новобрачных довели до их супружеской спальни. Приложиться к доброй бутылочке вина, перекинуться со случайным знакомым в карты, в шутку поставив на кон какое-нибудь редкое украшение, ценой в целое состояние, самодовольно ухмыльнуться про себя, ловя на себе восхищенные и голодные взгляды прекраснейших дам высшего света... Не удержался от горькой усмешки: разве не об этом он мечтал? Именно об этом. Получите и распишитесь. Почему же не радоваться хочется, а волком выть? 

Ноги сами привели его в картинную галерею, где с портретов величественно взирали великие короли Веридора, его предки... Нет! Рагнар, Веридора, Персиваль, Персия, дядя, мама... Их потомок и их продолжение - это Галахат, а не он! Это Галахат - будущий великий король из славной династии Веридорских. А он - так, сбоку припёка, случайность. Никому не нужная случайность. Ведь он и к графскому роду имеет весьма посредственное отношение. Преемник сэра Гвейна Благородное Сердце - Себастьян... А ему места нет ни здесь, ни на юге... 

И рядом с Никой ему тоже нет места. Кем он может стать ей? Мужем? Нет, это место Себастьяна. Любовником? Нет, Ника не такая. Братом? Тоже мимо, у нее уже есть брат, и не один. Другом? Смешно... было бы, если бы не было так грустно. Как ни посмотри, выходит, что он своим присутствием только путает все. Может, и правда было бы лучше и легче для всех, если бы его не было вовсе... 

- Эк он тебе голову задурил, - неожиданно раздался тихий хрипловатый голос у него прямо над ухом. 

Резко развернулся, одновременно выхватывая кинжал... и увидел перед собой сизый полупрозрачный мужской силуэт. Прямо напротив портрета основателя династии Веридорских парил призрак, собственно, самого Рагнара, а через мгновение рядом с ним появилась и его супруга. 

- Ваши Величества, - церемонно поклонился он первым великим королям. Он слышал о том, что духи Рагнара и Веридоры обитают во дворце, поэтому если и удивился, то только тому, что они показались перед ним, ведь смертные нечасто удостаивались такой чести. 

- Приветствуем тебя, Франциск, один из великих королей Веридора, - чуть склонил голову призрачный король. 

- Мы рады видеть тебя, - добавила, тепло улыбаясь, Веридора. 

- Для меня честь видеть Ваши Величества, однако, осмелюсь заметить, вы ошиблись... 

- Назвав тебя одним из великих королей? - скептически изогнул бровь Рагнар. - В чем же мы ошиблись? Ты - наш правнук и соблюдаешь все пять заповедей великих королей. Жаль только, что служил ты до сих пор не Веридору, а Северному Пределу. 

- Мы с мужем расслышали твои мысли и такого молча стерпеть не могли! - неожиданно пылко оборвала его скромная благовоспитанная Веридора. - Как тебе могло такое в голову прийти? Ну, ладно, ты мог усомниться в любви и родственной привязанности Веридорских, хотя Пенелопа спасла тебе жизнь и помогла тебе незаметно устроиться рядом с твоей единственной, все как ты хотел, то есть чтобы и она была в поле зрения, и тебя ей было не видно. А Галахат с ходу поверил тебе и без задней мысли принял тебя в род, пожаловав титул кронгерцога. Откуда ему знать, что от тебя не прилетит кинжал в спину и он не нажил себе жестокого соперника, которому он сам предоставил все возможности, чтобы скинуть младшего кузена с шаткого трона? А Гарет? Мало он сделал для тебя, как, впрочем, для всех детей сэра Гвейна? Ну, ладно, предположим, мысль о том, что ты чужой для семьи Веридорских, имеет право на существование, но как ты мог подумать такое о своем отце?! Неужели сэр Гвейн был плохим родителем? Чем он обделил тебя? Или он любил тебя меньше, чем Франсуа и Себастьяна?