Поцелуй или жизнь

7.12

Так, спокойствие. Это просто ребенок. Да, на первый взгляд выглядит... хм, необычно. Но я же смогла привыкнуть к внешности Его Светлости, хотя его с первого взгляда заподозришь в самом непосредственном отношении к свежеподнятой кладбищенской нежити. А тут всего лишь девочка на призрака смахивает! 

Глубоко вздохнув, я решилась зайти в комнату, нарочно громко закрыв за собой дверь, чтобы не напугать девочку внезапным появлением. Она и в самом деле уставилась на меня настороженно, но вроде не собиралась ни плакать, ни убегать, ни что еще там может выкинуть испугавшийся ребенок. Кстати говоря, сколько же ей лет? Сперва я решила, что десять. Ну, я, кажется, была примерно такого роста в десять... но, приглядевшись, я поняла, что под свободной рубахой простого покроя угадывается уже частично сформировавшаяся женская фигурка. И в то же время лицо совсем детское, но все равно сходство с леди Никалаэдой очевидно. 

- Привет, - приветливо улыбнулась я ей, присаживаясь на корточки у кровати. Кем бы она ни была, все дети охотнее доверяют таким же маленьким, как они, а не большим взрослым, взирающим на них сверху вниз. - Как тебя зовут? 

- Франсуаза, - ответила девочка, тоже улыбаясь мне. 

Ну да... с умением графов Ла Виконтесс Ле Грант дю Трюмон выбирать имена своим детям, ожидаемее была бы разве что Гвейна. С другой стороны, практически точно отец этого чуда не Гарет. 

- А меня Ника, - представилась я. - Я здесь в гостях. Скажи, а почему ты не живешь в доме? Я тебя здесь никогда не видела. 

- А ты никому не скажешь? 

- Буду нема, как рыба, - искренне пообещала я. 

- Я боюсь страшного лорда. Он хотел убить меня. 

Да такую красоту ночью при плохом освещении встретишь - с перепугу каким-нибудь боевым заклинанием запульнешь. Но интересно, о ком она? Вряд ли о Гарете, он, конечно, весь в шрамах, но должен же отличать своих сородичей от привидений, тем более что это, выходит, его внучка. 

- А кто такой страшный лорд? 

- Змей, - доверительным шепотом поведала Франсуаза. - Он думает, что я умерла, когда была совсем маленькая. Он усыпил меня зельем, положил в ящик и закопал в саду, но меня нашел папа. Мне сказали прятаться от Змея, но я иногда дразню его. Он меня за неприкаянную душу принимает! 

Боги, что за страсти... Лорд Себастьян? Живьем зарыл в саду новорожденную племянницу?! Так, ладно, сейчас разберемся... 

- То есть ты живешь с папой? 

- И с Франциской, - с готовностью выложила Франсуаза. 

Держите меня, кто-нибудь... А Себастьяны там случаем нет? 

- А Франциску тоже хотел убить страшный лорд? 

- Не-е-ет, - протянула девочка. - Он про нее не знал. Мама, - взгляд на леди Никалаэду, - хотела избавиться от нее, но папа не позволил. Теперь мы вместе прячемся от страшного лорда и от мамы. 

- А от мамы то зачем? - не поняла я. 

- Она хочет выйти замуж за Змея, зачем мы ей? 

Мда уж... И что теперь со всем этим делать? 

- Франсуаза, - снова начала я. - Скажи, а кто еще, кроме папы, знает о вас с сестрой. 

- Жак знает, - мигом расцвела улыбкой девчушка. - О для нас всякие вкусности носит с кухни. И еще один лорд подозревает, но от него нам папа тоже велел прятаться. 

- Какой лорд? - спросила, уже предполагая, о км говорит Франсуаза. 

- В шрамах весь, огромный, сильный. Он такой же, как я! Только взрослый! 

- А сколько тебе лет? - интересно все же. 

- Семнадцать. 

С-с-сколько? Кажется, у меня недвусмысленно раскрылся рот, поскольку маленькая демонесса звонко рассмеялась и сказала: 

- Папа говорит, что в начале жизни полукровки, у которых магической крови больше, чем человеческой, взрослеют по-другому. 

Ну, тогда ладно... 

Тут девочка встрепенулась, как будто что-то услыхав, затем вскочила с кровати и, схватив меня за руку, потянула из спальни, а затем и вон из покоев, заявив: 

- Сейчас будет весело! 

О, в этом я не сомневаюсь... 

Оставив меня прижиматься к двери, ведущей в коридор и подсматривать в маленькую щелку, девочка бросила напоследок: 

- Он только что змея успокоил, сейчас пойдет в себе, - выскользнула наружу и встала прямо посередине коридора. 

Послышался звук открывающейся двери и приближающихся шагов, а я, шустро перекинувшись в змейку, тоже выползла в коридор и притаилась в темноте. 

К нам шел Его Светлость, слегка пошатываясь, как от сильной усталости. Оно и понятно, так замотаться за эту ночь. Умаешься тут... Тут граф вздернул голову и узрел девочку, всю белую, только глаза бездонными омутами чернеют на лице, стоящую прямо у него на пути и пристально глядящую на него. Себастьян побледнел так, что это было отчетливо видно даже на его болезненной коже. 

- Что... что тебе нужно от меня? - мужчина явно пытался скрыть страх в голосе. - Убирайся! Убирайся в Царство Мертвых! 

- Я пришла сказать, что сегодня тебе повезло, но недалек тот день, когда ты отправишься в сырую землю вслед за всеми теми, кого ты убил, - медленно, четко проговаривая каждое слово, произнел "призрачный" ребенок. 

- Ты ничего не знаешь! Они заслуживали смерти! 

О ком это он? 

- Я знаю, что ты убивал и этим проклял сам себя! - обличительно бросила племянница ему прямо в лицо. - И ты поплатишься за все! 

- Это все бред, - легендарный вдовец прикрыл глаза и начал лихорадочно шептать себе под нос. - Это все бред... Ты не могла знать, что свечи отравлены, этот яд я разработал лично... Ты не нашла бы тайник, о нем знал только... только... - тут его стеклянные глаза снова распахнулись, вытаращившись на милого ребенка, продолжающего безмятежно улыбаться. - Нет... Нет, он не мог... он... 

Тут граф нечеловечески быстро развернулся и припустился куда-то так, что рванувшая за ним я едва поспевала. Фу ты, никогда не заподозрила бы его в такой прыти, на вид ведь дохлый! 

Сбегая по парадному крыльцу, граф ненадолго притормозил. Остановив ближайший патруль, обходивший по периметру территорию Зеленого Горба, и голосом, к воротам то и дело прорывалось шипение и рычание, проговорил: