Поцелуй или жизнь

9.3

Разговор с тетушкой был не в пример дольше, чем с Красавчиком Чарли, однако итог его был примерно таким же: мне, как будущей королеве-матери, без надобности еще и Северный Предел, так что я могу отписать его своей ближайшей родственнице, тем более что она позаботилась об расширении границ наших владений, коллекционируя поместья своих мужей. Я кивала и со всем соглашалась, так что уходила Гертруда, донельзя довольная мной и собой. 

На сей раз брат даже вылезать не стал и, вольготно развалившись на полу и заложив руки за голову, единственно высовывающуюся из-под кровати, внимал мне. До появления очередного родича я успела рассказать Галахату все: о своем Даре Прорицания, который недавно проявил себя с неожиданной стороны, о своих видениях, о том, что оказалась единственной для демона Гарета... и о своей второй сущности и своем истинном. 

- Дядя лучше, - авторитетно заявил с пола брат. - Уж не обессудь, сестра, но если этот змей переступит границу с Веридором, я в лучшем случае "вежливо" попрошу его проваливать подобру-поздорову. А в худшем Его Светлости представится исключительная возможность изнутри изучить казематы королевского замка и сравнить со своими пыточными. 

- Галахат, ты же сам слышал, вас с лордом Себастьяном по-любому стравили специально. Представь, что это твоих невест травили одну за одной, что и твоя мать попала под действие "проклятия". Ты бы тоже бросился мстить. 

- Веришь, Ник, я его понимаю. Кроме всего перечисленного тобой, я его понимаю как правитель. Граф - фактически король юга, он обязан защищать свою землю и свой род. Тут все ясно: Веридорские, вольно или невольно, десятки раз устраивали покушения на невест Его Светлости, более того, воткнули кинжал в спину союзников, оборвав жизнь леди Индии. Такие преступления искупают только кровью. Так что да, понять я графа могу, но вот простить... никогда. Также как и он никогда не простит наш род. Если кто-то и наладит по-новой добрососедские отношения между Веридором и юго, это будем уже точно не мы, а наши дети, может, даже внуки. 

Мне как будто пощечину дали... Конечно же, теперь "проклятия" нет, вон, Себастьян даже внешне преобразился. Он женится. Естественно, женится. Мы с ним не закрепили связь, у него есть возможность выбрать другую девушку, тоже стройную невысокую златовласку, которая окажется для него кем-то вроде избранной для демона. Как только что упомянул Галахат, Себастьян - правитель, граф, глава и единственный представитель рода, и у него есть долг: составить достойную партию и дать графству наследников. Да, у него будут дети, внуки... Может, кто-то из них даже родится василиском... а еще, возможно, у кого-то из них прорежется серебряный голос и чудесное умение играть на лютне так, что сердце замирает... И конечно же, они будут такими же гениальными учеными и благородными лордами... и унаследуют прекрасные изумрудный глаза... 

- Ник, ты чего, опять ревешь что ли? - недовольно поморщился брат. - Подумай, ты сама то сможешь, скажем, целовать его, зная, что эти самые губы радостно улыбались, когда по всему миру разнеслась весть, что наш отец безвременно отошел в Царство Мертвых, а следом за ним и моя мать? Он ведь искренне верит, что смерть лорда Седрика Монруа была справедлива! 

Да понимаю я все, понимаю... но ничего с собой поделать не могу. Боги, кому же под силу распутать этот клубок и прекратить этот пир ненависти?! 

Озарение пришло внезапно - Гарету! Именно ему! Себастьян почитает его, как второго отца, Галахат послушает дядю. Облегченно вздохнула. Видят Боги, словно камень с души упал! Надо было всего лишь вспомнить о Гарете! Уж не знаю почему, но присутствие Тринадцатого Принца Веридорского внушало незыблемую веру, что все будет хорошо... 

За разговорами мы чуть не пропустили явление третьего примечательного северянина, а все потому что лорд Бартехальд, призрев общепринятые нормы этикете, сдвинул со своего пути Жака и вознамерился лично объявить о своем прибытии. Заслышав тяжелую поступь за дверью, Галахат скрылся с глаз, как раз вовремя, чтобы непонятно каким чудом вписавшийся на такой скорости со своим ростом в дверной проем, ворвавшийся в комнату мужчина не заметил его. И вот эта здоровенная туша неописуемого сложения, даже не шкафоподобного, а скорее кубического, кинулась на меня, словно таран на ворота. Не знаю, как я не вскрикнула, ведь такое не просто сшибет - насмерть задавит! Однако лорд Бартехальд исхитрился остановиться в последний момент, рухнув на колени прямо передо мной - мне показалось, или половицы жалобно скрипнули? - и возопил дурниной на весь трактир: 

- Пощадите, госпожа!!! 

Мамочки... так и подмывало спросить, что я, некрупная девчушка в полтора раза ниже визитера и в чертову дюжину раз меньше в обхвате, могу сделать этому громиле, которого, готова биться об заклад, и берсерк бы испугался? Разве что поцеловать... И это он еще без двуручного топора... 

Как оказалось, вымаливал прощение лорд Бартехальд не для себя. 

- Умоляю вас, спасите мою Иви от гнева Его Высочества! 

Хм... 

- Встаньте, лорд, - попробовала я внести долю адекватности в ситуацию. 

- Не встану! - гаркнули мне в ответ, неведомым образом соблюдя умоляющую интонацию. - Не встану, покуда вы не сжалитесь над несчастной влюбленной девушкой и не пообещаете защитить от неминуемой кары! 

- Давайте по-порядку. Что натворила Иви? 

- О, моя несчастная дочь! - завыл этот бизон, встряхивая львиной гривой и отпущенной до середины груди бородой. - Не смотрите так, моя леди! Всем уже давно прекрасно известно, что Иви - плод нашей греховной связи с Гертрудой! В глаза никто ничего не говорил только из уважения к моему всеми уважаемому брату - да упокоится его душа в Царстве Мертвых! Благодетель наш, племянницей называл... Но теперь за нее даже некому заступиться, кроме вас, ее старинной подруги!