Поцелуй или жизнь. Охота на невесту (3 книга)

4.6 (продолжение)

- Только этого мне не хватало! Сегодня что, день женских истерик?! То волчицы психованные попались, то, вот, невеста припадочная!... Леди! Леди, ну вы же не сука, прости Единый, и не в зюзю, чтобы слюнями-соплями мне штаны заляпывать! А ну прекращайте, госпожа, прекращайте!... 

Но мне было все равно и на то, что именно мне пытались втолковать, и на то, кто занимался этим неблагодарным делом. Я просто ревела. Некрасиво, как селянки, с соплями пузырями, подвываниями, задыхаясь от собственной истерики. 

- Чего это вас так разобрало?... – гнев и досада сменились обеспокоенным удивлением. 

- Он ушел… Он ушел!... Он не хочет меня видеть! – только и смогла выговорить я. 

- Полюбовник, что ли, ваш? – ехидно усмехнулся Жоффрей дю Голэ, а это был именно он. – Так было бы о чем горевать, новый отыщется, у нас этого добра навалом, да и вы себе можете кого хошь позволить: хоть северянина, хоть веридорца, хоть вообще викинга… можно и южанина какого сманить, или раба в Порсуле прикупить, там на любой вкус есть… 

- Дурак! – в сердцах крикнула я и резко села. 

Ничего себе, не болит ничего, а ведь было плохо до темноты в глазах… Осмотрелась: да, не показалась, какая-то Богами и людьми забытая лачуга, а лежала я, завернутая в подбитый мехом плащ конунга, на волокушках, на которых меня, должно быть, сюда и доставили. Правильно, по следам кареты пройти легко. Обух Волоокий нашелся тут же, слава Создателям, живой. «Ненадолго,» - мстительно подумала я, представив, что будет после того, как обо всем узнает Шингарр… и снова поразилась самой себе: что это со мной?! То плачу навзрыд, то приступы кровожадности ни с того, ни с сего одолевать начинают… 

- Может, вы беременны? На сносях всегда так: то слезы, то угрозы, то карамель с помидором, то сельдь с рассолом, - гаденько так улыбаясь, снова вмешался в ход моих мыслей Жоффрей. – Выберемся – обязательно лично поздравлю Его Высочество! 

Я и пикнуть не успела, как меня рывком взвалили на плечо, как мешок муки, и, не особо церемонясь, вынесли на улицу. Спасибо хоть головой о покосившийся дверной косяк не приложил! 

- Вы…! – начала было возмущаться я, когда мое тельце не очень то деликатно сгрузили на подножку колесницы, но меня опять прервали. 

- На! – мне в руки сунули в руки пушистый клубочек, который тут же заворочался, распрямился… 

Это был волчонок! Совсем маленький, еще слепой! Да ему всего несколько дней от роду! 

Оглянувшись, увидела еще полдюжины маленьких зверьков. Такие милые! Забравшись с ногами в колесницу, начала их всех по очереди тискать! Отвлекшись на волчат, не сразу заметила, что мы тронулись, и вспомнила о том, что у нас тут, собственно, гонка, только когда наше транспортное средство подбросило на какой-то коряге или кочке. 

- Прошу прощения, не заметил, - отозвался Жоффрей, который, оказывается, шел пешком и правил «тройкой». Ему же из-за детенышей и рассевшейся меня места не досталось! 

- Сидите спокойно, леди, - заранее оборвал он мои извинения и неуклюжие попытки встать. – Сейчас выедем из леса, и все равно придется прятаться. 

- Почему…? – начала было я, но тут услышала зловещий вой, который порой издает метель. 

Откуда метель посреди лета?! 

Откуда, я так и не узнала, да и это сейчас было не главное. Преодолев последние деревья и увидав плотную белоснежную пелену, заволокшую все плато, и проносившиеся где-то вдалеке снежные воронки типа ураганов, я поняла, что любопытство может пока подождать и насущный вопрос сейчас один, который я и озвучила, пытаясь рассмотреть хоть что-то на расстоянии трех метров: 

- Куда нам ехать?!