Поцелуй ледяной магессы

ГЛАВА 5

На стене дул ледяной ветер. Из-за блеклого горизонта, который от вьюжного рассвета просматривался с трудом, утопая в мельтешащих снежинках, проступал мутно-молочный туман границы. И от него пробирало холодом до самых костей, гораздо сильнее, чем от ветра. Пропитанная болезненной гнилью чуждая сила просачивалась в мир, снова и снова протягивала невидимые щупальца в надежде зацепиться за здоровый островок пространства. Это зрелище и эти ощущения всегда завораживали Сильванию. Так было и в Южном Кряже: она любила подолгу стоять на заградительной стене — последнем препятствии между пожирающей границу гнилью и живым, все еще сопротивляющимся миром людей. Но здесь, на севере, это удивительное, завораживающее чувство собственной нужности, даже необходимости, стало особенно острым.

Силь неодолимо тянуло еще ближе — за стену. Хотелось сделать шаг прямо в расползающееся на лохмотья пространство, вдохнуть гнилостный запах чуждой магии и ответить ей всей мощью собственной, ледяной, здоровой и чистой, как снег, обновившийся за эту ночь. Опасное желание — она понимала, потому и стояла здесь, на подобающем расстоянии. А то, что, проспав едва ли три-четыре часа после ночного прорыва, сорвалась сюда, едва успев плеснуть в лицо водой из умывальника и позабыв позавтракать — так это не страшно. Она здесь человек новый, ее желание поскорее осмотреться и обжиться всем должно быть понятно. Стена, в конце концов, ничуть не менее интересна, чем предстоящая беседа с интендантом, поиски пропавшего куда-то ни свет ни заря мужа, кстати, тоже забывшего про завтрак, или продолжение неторопливого осмотра замка в компании Эстена Вильяра.

Караульные, расставленные, к слову, не так плотно, как на юге — все-таки слухи не врали, в Северном Кряже, похоже, серьезно не хватало людей — поглядывали на нее с жадным интересом. Видимо, новости о личной жизни генерала успели облететь крепость и к утру достичь самых ленивых ушей. Силь чувствовала их взгляды даже спиной и затылком: изучающие, откровенно оценивающие. Что ж, пусть: к оценивающим взглядам ей не привыкать. Тем более эти хоть делали вид, что не смотрят, то ли из уважения к генералу, то ли из подобия субординации. Обычно на нее таращились не скрывая.

— Госпожа Торьегори. Какая неожиданная встреча, — протянули позади, и Силь быстро обернулась: этот голос она запомнила слишком хорошо, чтобы не узнать.

— Расслабьтесь, ребята, — полковник Сарнель махнул вытянувшимся в струнку караульным и размашистым шагом направился к ней, — мне не нужны почести, я же не генерал. И даже не его дражайшая супруга.

И вроде бы придраться было не к чему: полковник шутил, вот только за его обманчиво-простоватым тоном Силь чуяла отменную дозу яда. Для той, кто привык читать между строк и слышать между слов, спасибо папиной выучке, это звучало по меньшей мере как наглость, по большей — как оскорбление.

— Полковник Сарнель, — констатировала Силь, холодно глядя в породистое лицо. Тонкие губы дрогнули в странной улыбке. Полковник склонил голову, спросил негромко, видимо, пытаясь создать иллюзию уединения:

— Позволите вашу руку?

— Незачем. Мы ведь не на приеме. Демонстрировать светские манеры на крепостной стене мне кажется излишним. Вы не согласны?

— О, что вы. Полностью согласен. И даже рад, что вы осознаете, куда попали. Но признаться, стена — это последнее место, где я ожидал вас увидеть.

— Почему же? — Силь сочла, что мериться взглядами перед караульными не слишком удачная идея и снова отвернулась к горизонту. Если полковник желает пообщаться — она не станет возражать. Только вот интересно — ему уже сообщили о ее не слишком лестной ночной оценке его талантов и самое главное — о реакции генерала, или все не настолько плохо?

— Неподходящее место для юных красавиц, тем более совсем недавно замужних.

Силь даже растерялась. Сначала оскорбление, потом неприкрытая лесть. Что дальше? Он же не собирается с ней флиртовать, правда? За кого он ее принимает?

Кажется, ее заминку полковник расценил вполне однозначно. Он склонился ближе и проникновенно заговорил, едва ли не на ухо:

— Я слышал, во время прорыва вы были на башне. Наверняка испугались? Не беспокойтесь, мы умеем с таким справляться, но вам все же стоило бы оставаться в замке, в безопасности. И ночью, и сейчас. Я удивлен, что генерал позволил вам так рисковать.

Значит, плохо все-таки не настолько, подумала Силь. Полковник пока ничего не знает. И самое забавное, что, похоже, понятия не имеет, кто перед ним.

— Благодарю за заботу, господин Сарнель, но…

— Раймон, — мягко исправил тот. — Прошу вас. Раз уж мы решили отказаться от церемоний.

— Сильвания, — она пожала плечами. — Но не думаю, что это будет уместно. Особенно, когда я… — так или иначе окажусь под вашим командованием, собиралась она сказать, но позади раздалось еще одно знакомое и на сей раз взволнованное «госпожа Торьегори!», и пришлось отвлечься.

— Где-то пожар? — недовольно спросил полковник, которого при виде приближающегося к ним Эстена заметно перекосило.

— Его превосходительство ожидает вас к завтраку.

Это было, пожалуй, неожиданно. И странно сочеталось с откровенным беспокойством, которое ординарец генерала даже не пытался скрывать. Только ли полковник был ему причиной, Силь пока сказать затруднялась. Впрочем, с Эстеном все было гораздо проще — у него она могла просто спросить.

— Не смею задерживать, — усмехнулся полковник. — Куда уж пожару до эдакой срочности. Но я надеюсь продолжить нашу беседу с того места, на котором нас так бесцеремонно прервали.

— Непременно продолжим, — кивнула Силь. И могла бы поклясться, что следующие негромкие слова Сарнеля, прилетевшие в спину не хуже удара кнута и чуть не сбившие ее с шага, действительно прозвучали. Но почему-то ни Эстен, пробормотавший «я провожу», ни ближайший караульный их будто не услышали.

— За сколько же он тебя купил, прекрасная госпожа Сильвания?

Когда изумление немного рассеялось, а стена осталась позади, Силь спросила: