Поцелуй на удачу

49

Цветочек был необычным, красивым, и мне было жалко его выбрасывать. Поэтому мы, не торопясь, шли с Эммой в сторону академии и спорили:

– То есть платить за себя не даешь, а цветочек жалко? – ехидствовала подруга.

– Я таких никогда не видела, – парировала в ответ.

То, что растение выведено магически, было видно невооруженным глазом. Тонкие оранжевые лепестки бутонов отдавали легким перламутром на свете, а на стебле не оказалось ни одного шипа.

– Ой, да в каждой цветочной лавке стоит целая охапка, – закатила глаза Эмма. – Всех цветов радуги на любой вкус и кошелек. Мне сотни раз такие дарили.

– А мне – никогда, – заметила я негромко.

Подруга вздохнула:

– Ладно, если что – скажешь, что я тебя уговорила взять цветок.

– Кому? – не поняла я.

– Ему, – мрачно ответила Эмма, кивнув куда-то в толпу.

Проследив за взглядом подруги, я обнаружила Виктора с парнями, и настроение у них, судя по всему, было приподнятое.

– Опачки! – воскликнул Микаэль. – А вот и наша блудная девочка!

Половина улицы, если не вся, обернулась поискать ту самую «блудную девочку».

– Ш-ш-ш-ш!!! – я зашипела на здоровяка.

Парень громко хохотнул, заполняя собой все немаленькое пространство улицы.

– Я думала, вы на тренировке, – заметила я негромко, когда ребята подошли поближе.

– Мы думали, ты к нам присоединишься, – с недовольной миной произнес Эгилл.

– Завтра утром, – зачем-то пообещала я.

Лекарь такого ответа явно не ожидал: удивление отразилось на красивом лице. Рядом тихонечко вздохнула Эмма – бедолага при виде наших аэренцев теряла всякую связь с реальностью.

– Хорошо, ждем в семь утра, – кивнул Виктор.

Удивительное дело, но команда скривилась.

– Капитан, сжалься! – застонал всегда выдержанный Стефан.

– Никакой жалости к бойцам, – отрезал Виктор.

– Вы куда это идете с таким настроем? – удивилась я.

– В бар, – широко улыбнулся Микаэль.

– Вы вроде еще не победили, чтобы отмечать? – приподняла я бровь.

– Мы, – поправил меня Виктор. – Мы еще не победили. Но победы мы отмечаем иначе. А сегодня другой, не менее приятный повод.

– Какой? – выдохнула Эмма, к которой, наконец, вернулся дар речи.

– У Стефана родилась младшая сестренка, – продолжил лыбиться Микаэль. – И мы идем посвящать его в тонкости бытия старшим братом. Давать наставления!

– Давать наставления здесь будешь только ты, – хмыкнул Эгилл, – мы просто порадуемся за друга и выпьем за его счет.

Судя по лицу Стефана, последнее ему не то чтобы нравилось, но отвертеться он не смог.

– А у тебя большой опыт? – спросила я Микаэля.

– Ну так, – усмехнулся парень, – есть немного.

– А вы откуда? – спросил Виктор, задумчиво рассматривая розу в моей руке.

– Гуляли, – уклончиво ответила я.

– А роза откуда? – прищурился Микаэль.

– Да вот… подарили… – ответила я, чувствуя себя максимально странно.

Как будто снова старшие братья застукали меня за попыткой выколупать камешки из любимого папиного наградного кинжала. Я тогда была очень маленькой, а камешки – очень блестящими!

– Кто подарил? – спросил Виктор без особого интереса.

– Какой-то парень, – пожала я плечами. – Такой рыжий… представился Рональдом.

– Рыжий Рональд? – переспросил Виктор, нехорошо прищурившись.

– Ага… – растерянно ответила я.

– Ри-ри-и-и-и-и! – заржали парни.

Все, кроме капитана. Тот был явно недоволен, но недовольство свое держал при себе.

– Вы знакомы? – удивилась я.

– Отож, – хмыкнул Микаэль. – Ри-ри много у нас крови попил два года назад.

– Да-а-а… – протянул Стефан. – Ненавижу стихийников.

– Он что, тоже игрок в аэрен? – удивилась Эмма.

– Уже нет, – покачал головой Виктор. – Сосредоточился на учебе. Хочет быть капитаном боевого корабля.

– Целеустремленный парень, – задумчиво проговорила Эмма.

– Значит, этот целеустремленный парень подарил нашей блудной девочке розу? – уточнил Эгилл.

– Случайно получилось, – пожала плечами в ответ. – Он наш стол опрокинул… И вот.

Парни хмыкнули. И было не совсем понятно, что это значило. То ли «типичный Ри-ри», то ли «так мы и поверили в случайность». Но от допроса меня спал внезапный вопрос Стефана.

– Пойдешь с нами?

– Я? – удивленно посмотрела на него.

И еще почему-то на Виктора.