Поцелуй с подвохом для дракона

Глава 16. Тревога

Утро наступило неожиданно, и судя по яркому свету в окно — давненько.

Я проспала!

Тут бы вскочить и начать метаться в попытках быстрее собраться и добежать до нужной аудитории, но сил у меня хватило только на первый пункт. С кровати я подорвалась — и стены тут же принялись разъезжаться в разные стороны. Что бы я там вчера ни попробовала на этой вечеринке, а эффект у него оказался сногсшибательный, хоть и сильно отложенный.

Впрочем, такого следовало ожидать. На меня даже лечебные зелья действовали не сразу или не совсем так, как обещали в пометках к рецепту.

С трудом я доползла до умывальника, побрызгала на лицо ледяной водой, стараясь взбодриться, пока вспоминаю поддерживающие и успокаивающие заклинания.

Заодно мысленно ругалась на Зои, которой уже и след простыл. Ведь ей ничего не стоило разбудить меня, но она не потрудилась этого сделать. Хоть из жалости к цветочку, что ли…

Я вздохнула. На первом курсе у нас был такой магический сигнал, что его при всем желании не проспишь, а здесь… С ненавистью глянула на руку. Эта штука должна была меня разбудить, но, похоже, я оказалась совершенно невосприимчива к ее сигналам. Слишком хорошо сплю, когда не остается сил ни на что другое.

Одеваясь, я припоминала наказания за опоздания и прогулы. В столице на это почти не обращали внимания — отыгрывались на сессии, да и то не на всех. Сложно поддерживать дисциплину, когда половина адептов знатнее своих преподавателей. Им просто наплевать, а в случае конфликта еще и родители заявятся, чтобы защитить свое невинно обиженное дитя с тяжелым похмельем.

В гадких шуточках о Восточной академии дисциплиной, скорее, пугали как чем-то, возведенным в абсолют. Не заметила я тут до сих пор никакого абсолюта, но проверять на своей шкуре не хотелось.

Зато я подмечала плюсы этого места. Даже Зои не показалась мне такой уж плохой. Она говорила то, что думала. Неприятное для меня, но без прикрас. Уверена, что здесь будет столько же грязи и подстав, как в столице, но местные предпочитали плевать в лицо, а не в спину. Гораздо честнее.

Я сбежала по лестнице с верхнего этажа, где располагалось общежитие, и затормозила, разглядывая ребят.

Мне повезло. Сегодня никто не заметит мое опоздание.

В коридорах было шумно и людно. Хлопали двери. Старшекурсники будто собирались куда-то. Что-то приносили, передавали друг другу. Раздавались короткие команды, скорее, похожие на шифры: их понимали все, кроме меня. Были здесь и преподаватели. Мелькнула сгорбленная спина ректора.

Остальные адепты повысовывались из дверей и с интересом наблюдали за происходящим. Кое-кто даже пытался помогать, но большинство просто старались не мешаться под ногами.

Я посторонилась, прильнув к стене. Придвинулась к паре шушукающихся девчонок и спросила:

— Что происходит?

— Тревога на границе.

У меня возникла куча вопросов, но я постаралась удержать их при себе. В общих чертах я знала, что адепты формально считались частью гарнизона. Очень формально: вспоминали об этом, только если кто-то погибал. Тогда академия могла перекинуть вину на военных, не признавая, что ставит под угрозу жизни своих адептов. Об одном таком случае я читала в газетах. Богатые родители пытались возмутиться, привлечь внимание общественности, но дело быстро замяли. Магов было мало, а Империя хотела спать спокойно.

Затем меня привлекло нечто другое.

Я увидела Эйдана, и от одного взгляда на него что-то внутри перевернулось. В черной военной форме, совсем не похожей на ту, что носили адепты, он казался не только прекраснее, но и страшнее. Серьезный, сосредоточенный, уверенный в себе. В желтых глазах — настоящее пламя. Он отдавал приказы, и его слушали, подчиняясь беспрекословно. Не было в нем сейчас ничего легкомысленного, дерзкого, забавного. Из того парня, к которому я обратилась за помощью, он в один миг превратился в кого-то другого, и сомнения не возникало, что за таким пойдут. Он родился для этой роли, а сейчас чувствовал себя на своем месте. Происхождение выше моего, соответствующее ему воспитание, но главное — нечто, что нельзя натренировать. Внутренний огонь.

Я уставилась на Эйдана и откровенно любовалась, не в состоянии оторваться. Он притягивал меня.

Правое запястье с браслетом вдруг обожгло так, что я вздернула руку, сжимая его пальцами. Скривилась, из глаз брызнули слезы. Затем все прошло, а старшеклассники как по команде покинули здание.

Я постояла еще немного, восстанавливая дыхание. Человека два вопросительно покосилась на меня, но никто ничего не сказал. Оставшиеся адепты сбивались в кучки и разбредались, обсуждая тревогу.

Пары до обеда отменили. Насколько я смогла понять из разговоров, нападение грозило оказаться серьезным и в академии готовились принимать раненых.

Не раздумывая, я поторопилась в лечебное крыло.

Сегодня и в нем оказалось людно. Кроме магистра Рейси нашлось еще несколько целителей и парочка адептов. Тревога заставляла их ожидать в полной готовности.

Я молча прошла к шкафу, достала с полки и нацепила запасной белый фартук. Халаты целителям ни к чему, а вот руки порой приходится вытирать, да и прислоняться формой к чему попало не хочется.

— Вам не хватило нашего первого разговора, чтобы что-то понять? — уставился на меня магистр Рейси, но в его голосе я не услышала неприязни или даже удивления.

— Не хватило, — покорно подтвердила я и без ложной скромности продолжила: — Мои знания обширнее, чем требуется на втором курсе, я много занималась, хоть и теоретически. И у меня очень большой магический резерв. Однажды я стану прекрасным целителем, с вашей помощью или без нее, но и сейчас могу помочь.

— Самоуверенно.

— Возможно. Но я вам докажу. Если я уже решилась бросить столицу и приехать в Академию уродов, — повторила я его же слова, нагло глядя ему в глаза, — то никакая «радушная встреча» меня не напугает.

— Посмотрим, — вдруг согласился он. — Надеюсь, в ваши обширные знания входят хотя бы элементарные стерилизующие заклинания?