поцелуй смерти( отредактированно)

Глава пятнадцатая

Сон так и не приходил. Я ворочалась, мысленно возвращаясь к сегодняшним событиям и поведению братьев. Что со мной происходило? Почему я не могла им противостоять? Эти мысли буквально разрывали меня изнутри.

Подойдя к окну, я уставилась в ночную мглу. Вдруг во дворе мелькнула фигура - человек на коленях медленно подползал к крыльцу. Казалось, он отчаянно нуждался в помощи.

Я бросилась искать братьев, но их комнаты были пусты. Каждая минута промедления могла стоить тому человеку жизни. Не раздумывая больше, я накинула первый попавшийся пуховик и выбежала наружу.

Но крыльцо было пусто. Я спустилась по ступеням, осмотрела двор - ни души. Тот человек исчез, словно призрак, растворившись в ночи.

— Ты глупа!— Его безумный смех снова раздался в темноте, становясь всё ближе. Я застыла на месте, не в силах повернуться и встретиться с этим ужасом лицом к лицу. Ноги будто вросли в землю, а его взгляд буквально прожигал мне спину.

Ледяное дыхание коснулось затылка, и могильный холод сковал всё тело.

— Не хочешь взглянуть?— Знакомый голос прошептал прямо в ухо, и эти слова обожгли, словно яд. Руки задрожали предательски. Медленно, преодолевая животный страх, я начала поворачиваться, чувствуя, как ледяные пальцы ужаса сжимают горло...

— Д... Дима?! — вырвалось у меня потрясённым шёпотом. — Зачем так пугать?— Его привычная добродушная улыбка исчезла без следа. Внезапно он прижался губами к моим — этот поцелуй был холодным, как сама смерть, дарящим не страсть, а предсмертный ужас.

Отстранившись, Дима сделал шаг назад. Я застыла в оцепенении, рука непроизвольно потянулась к нему, но он лишь беззвучно прошептал: "Прости..."

И в тот же миг передо мной материализовался карависс . Мысль о бегстве промелькнула и погасла — я понимала, что не успею. Ноги сами понесли меня назад, шаг за шагом...

— Ты нравилась этому глупцу, и в то же время он хотел убить тебя — лишь за то, что ты так похожа на его возлюбленную.

Он взял в руки косу, провёл большим пальцем по острию — на кожице выступила кровь.

— Но это могу сделать я. — Слизнув алую каплю, он засмеялся — безумно, искажённо. Взмах — и орудие блеснуло в воздухе, оставив на моей руке глубокий порез.

Я вскрикнула от боли, сжимая рану. Что я могла противопоставить этому монстру? Он всегда был рядом… Не могло быть, чтобы это был он!

— Д... Дима, стой! — молящим шёпотом вырвалось у меня. Может быть, хоть сейчас он услышит?

Но в ответ лишь прозвучал ледяной голос:
— Его больше нет. Есть только я!—

Надо мной сверкнула коса, впиваясь в плечо. Острая боль пронзила тело. Неужели это конец?Я зажмурилась, готовясь к последнему удару — к освобождению от этой проклятой жизни, от вечной боли... Но удар так и не пришёл.

Разомкнув ресницы, я увидела Влада — он сжимал лезвие голой рукой, не давая ему опуститься. Кровь струилась по его пальцам, капая на снег алыми пятнами.

— Не трогай её,— прорычал он.

Рыжеволосый с силой оттолкнул Карависса выхватывая косу. Тот даже не успел опомниться — кто посмел встать у него на пути?

Но было уже поздно. Влад, не колеблясь, взмахнул оружием — теперь оно принадлежало ему.

— Это же Дима! — закричала я, но мои слова потонули в хрустящем звуке удара.

Алая дуга рассекла воздух, брызги теплой крови усеяли снег, словно лепестки адского цветка. Влад застыл на мгновение — его пальцы разжались, и коса с глухим стуком упала в краснеющий сугроб.

Сорвав капюшон, он увидел лицо. То самое, родное. И мир рухнул.

— Нет... Нет-нет-нет...– Его крик перешел в животный рык, когда он обхватил тело, впиваясь пальцами в уже холодеющую кожу. Он тряс брата, будто мог встряхнуть жизнь обратно в эти конечности, прижимал к груди так сильно, что кости трещали.

— Вернись! Черт возьми, вернись! — его вопль разорвал ночную тишину, эхом отразившись от черных елей.

Но в ответ — лишь тихий шелест. Под его пальцами плоть начала рассыпаться, превращаясь в пепельно-серую пыль, просачивающуюся сквозь пальцы. Осталась лишь пустая одежда, еще хранящая форму тела.

Когда я осторожно коснулась его плеча, он вцепился в меня с силой утопающего. Его рыдания били конвульсиями, а лицо, мокрое от слез, уткнулось мне в колени — словно последнее прибежище в этом внезапно опустевшем мире.
**— Только ты меня не бросай...** — его голос дрожал, как тонкий лед под ногами. Пальцы впились в мою куртку с отчаянной силой, словно я была последней нитью, связывающей его с этим миром.

Мой взгляд скользнул по смятому пиджаку — из кармана торчал пожелтевший лист.
— Посмотри... Кажется, там письмо.

Влад рванул бумагу с такой силой, что ткань кармана с треском разошлась. Его глаза бегали по строчкам, а лицо постепенно теряло остатки цвета.

"Дорогой Дементий,
Если ты читаешь это, значит тьма настигла тебя. Пришло время правды — у мамы уже были дети от человека когда мы поженились. Я её любил поэтому и взял её с двумя маленькими ангелочками. Ты не чистокровный вампир. Прости за годы лжи. Ты сильнее этого. Помни — я люблю тебя и Владлена, даже сквозь пелену вечности.

P.S. Отец, который навсегда ваш."

Бумага выскользнула из его пальцев, мягко опускаясь на окровавленный снег. Влад застыл — его дыхание стало прерывистым, а в глазах бушевала буря из ярости, боли и... освобождения.

— Всё... Всё было ложью? — он рассмеялся, но звук этот был страшнее любого крика. Его кулаки сжались, — Я даже не его сын...

Я молча обняла его, чувствуя, как дрожит его тело. Теперь он потерял не только брата — рухнула сама основа его существования.

— Значит, вот ради чего мы отправлялись в прошлое...— голос Влада звучал прерывисто, будто сквозь стиснутые зубы. Он сжал письмо так, что бумага смялась в его кулаке. — А он всё скрыл. Солгал, что ничего не нашли...

Я молча держала его под руку, чувствуя, как дрожат его мускулы. Он говорил больше самому себе, голос превратился в хриплый шёпот:

— Он знал... знал, что карависс пожирал его изнутри с каждым днём. Но когда он успел выпить крови невинного?..