Поцелуй Весны

6.1

— И кто это был? — сказка рушится в мгновение всего одной фразой, брошенной тем, кого я так не хочу видеть.

Поворачиваюсь на голос, и вижу перед собой Олега. Он же — мой бывший, мысли о котором прямо сейчас доставляют больше разочарования, чем досады или печали. Честно сказать, после знакомства с таинственным парнем и танца с ним мне стало как будто проще отпустить все, что когда-то связывало меня с Олегом. Возможно, я стала хотеть чего-то нового?

Или кого-то?

— Диана, кто это был? — повторяет свой вопрос бывший, и я сжимаю губы.

Не хочу отвечать. Но он ведь не отстанет? Продолжая буравить меня упрямым взглядом, лишь подтверждает мои догадки.

— Не знаю, — пожимаю плечами, говоря правду.

Я действительно не знала, кто скрывается под деревянной маской. Не видела и не слышала его раньше. Да вряд ли предстоит когда-либо еще, если только он не вспомнит о своем обещании и не подарит мне последний танец.

— А ворковали вы так, словно очень хорошо знакомы, — в его голосе столько яда, что хочется поморщиться и отойти.

Что я и делаю, незаметно шагая назад. Олег этого, к счастью, не замечает, отвлекшись на мимо проходящую пару.

— Тебя это в любом случае не касается.

Мое бегство оказывается напрасным, потому что после этой фразы Олег резко приближается и берет меня за руку. Ладонь оказывается в цепких пальцах, и я жалею, что крылья не настоящие и не могут меня унести от этого ужаса, что разворачивается прямо сейчас. Понимаю, что парень умело пользуется ситуацией. Мне не вырвать руку, потому что мы стоим в толпе, и я привлеку слишком много внимания, если начну истерить. Позориться на балу, куда можно попасть только раз, не очень хочется, поэтому я стойко держусь, стараясь не смотреть в глаза, что так и норовят поймать мой взгляд.

— Ди, — тихо говорит он, и сердце предательски дергается. Так зовут меня только близкие. Так когда-то он звал меня. — Что, если я хочу все вернуть?

Глаза распахиваются в удивлении и сами собой находят его взгляд. Пытаются прочитать в них, говорит он правду или нет. Я не двигаюсь: слова, сказанные Олегом, слишком ошеломляющие, и какая-то внутренняя часть меня так долго ждала их, что ей хочется в них поверить.

— Прости меня, — продолжает он, пользуясь моим оцепенением и ситуацией в целом.

Краем глаза замечаю, как мы привлекли внимание. Несколько человек уставились на развернувшуюся сцену во все глаза, и будь у них в руках телефоны, это тут же попало бы в сеть. Для полноты картины не хватает попкорна и кресел. И я бы присоединилась к зрителям, если бы совершенно неожиданно и случайно не стала главной героиней развернувшейся драмы.

— Что? — не верю в услышанное.

— Прости меня, — повторяет он.

Уже громче.

И тут я замечаю, как свободной рукой он тянется к своей маске. Хочет снять ее? Но для чего?

— Я был не прав, Ди. Мне очень жаль. И я, Олег Ливнев, — свое имя он произносит еще громче, и в голове начинают работать шестеренки, складывая все детали воедино. — Хочу официально принести свои извинения и попросить тебя дать мне второй шанс.

Картинка складывается окончательно, когда я понимаю, что мое имя он не произносит.

— Нет, — во мне просыпается ярость, и я выдергиваю свою ладонь из его холодных, скользких пальцев. — Ты опять мной пользуешься, Олег. Но в этот раз просто иди к черту. А вы все, — оборачиваюсь к толпе зрителей, которых стало больше, — будете идиотами, если решите распиарить этого засранца!

Не сдерживаю эмоций и чувствую, как трясутся за спиной крылья. Мне всю бьет дрожь, а пальцы сами собой сжимаются в кулаки, которые так и чешутся в желании ударить по этому смазливому лицу.

— Что ты творишь? — шипит он, окончательно нарушив мое личное пространство и оказавшись непозволительно близко.

Пытается обхватить меня за плечо и развернуть к себе, параллельно клея улыбку на лицо и кивая поймавшим его взглядам из толпы. На меня он даже не смотрит. Я, оказывается, даже не главная героиня. Я декорация: прожектор, что должен подсветить его триумф. Если бы мозг так и не заработал, то план Олега смог бы воплотиться жизнь, и уже утром в сети появились бы первые новости о том, какой он любящий и жертвенный. И даже фотографии были бы не нужны, хотя я сейчас была уверена, что он позаботился и об этом, — Олег Ливнев и без них довольно известная личность. Хватит одного упоминания о том, где он был и что делал, чтобы его профиль привлек новых подписчиков и рекламодателей.

Я уже это проходила.

И поплатилась за свое доверие.

— Это, что, Диана?! — шепчут совсем рядом.

Инстинкт требует развернуться и найти обладателя вопроса. Но это лишний раз сыграет на руку Олегу. Я уже прокололась, проявив излишнюю эмоциональность. Поэтому отстраняюсь и, бросив гневный взгляд на этого клоуна, произношу то, что должно убить его спектакль:

— Еще раз повторяю. Мне не интересен ваш контент. Будьте добры отстать от меня. Не хотелось бы стать жертвой вашего, — бросаю ментальный плевок в его душу, — пранка.

— Ди…, — он снова пытается остановить меня, и я уже прокручиваю в голове, как отсюда свалить.

— Она вроде сказала, что не хочет с вами общаться, — уже такой знакомый приятный голос приходит на помощь. И я чувствую, как пальцы моего спасителя обхватывают талию, придавая уверенности. — Может, пора понять, что разговор окончен?

— Ты кто такой?

Мой защитник его игнорирует. Разворачивает нас спиной и выводит прочь из толпы, не обращая внимания ни на взгляды, ни на попытки Олега продолжить свою игру. Мы покидаем главный зал и оказываемся в зимнем саду. Здесь тепло и много растений, свежий воздух сам собой заполняет легкие и требует сделать глубокий вдох.

— Спасибо, — тихо шепчу я, выдыхая и все еще ощущая теплое прикосновение.

— Всегда рад помочь, принцесса, — наклонившись к самому уху, шепчет спаситель. — И, кажется, я обещал тебе последний танец. Ты не против?

Он мягко разворачивает меня к себе, а я подстраиваюсь под его движение и позволяю нашим пальцам переплестись. Свободная ладонь ложится на его плечо. Музыку почти не слышно, но я уже знаю, что мой партнер хорошо чувствует ритм и превосходно умеет вести, поэтому отдаюсь ему в этом танце, искренне желая, чтобы он не заканчивался.