Почему боги не любят бабочек

Глава 3

– Значит, так, – Лиам провел руками по дредам, зачёсывая их назад. Я замер, не зная, чего от него можно ожидать. Хотя, кажется, ничего хуже он уже не скажет. – Если отец узнает, что ты догадался о том, что тут происходит… Нас с тобой сильно накажут. Особенно меня. Сейчас я проведу тебе небольшую ознакомительную экскурсию, чтобы ты хотя бы примерно знал, что тут где находится. Ты сделаешь вид, что тебе очень интересно, а потом… Потом я что-нибудь придумаю. Идёт?

         Я кивнул. Как бы то ни было, умирать мне ещё нескоро, я ведь только приехал. Пока есть возможность, нужно брать от жизни всё, так? Вот только как я возьму от неё всё, что захочу, когда меня держат взаперти, я ещё не придумал.

         Лиам, не церемонясь, направился к лестнице. Я лениво посеменил за ним, как цыплёнок за матерью, очень стараясь не отставать – ещё не хватало потеряться в первый же день. Как только мы покинули крыло, он начал увлеченно рассказывать мне обо всех местах, что мы проходили мимо, казалось, совсем позабыв о том, что помимо него тут есть кто-то ещё. Например, я.

         – Это столовая, – он махнул рукой в сторону очередной железной двери с двумя стеклянными оконцами. Оттуда пахло смесью чего-то отвратительного и ещё более отвратительного, чем что-то первое.

Я взглянул на Лиама. Он кивнул, подтверждая мои мысли.

         – Не переживай, на вкус еда будет не такая противная. Я уже проверял.

Я снова вздохнул, прикрыв нос ладонью. Если уж меня так воротит от одного запаха, я просто не могу представить, что случится, когда хоть один кусочек этого нечто окажется у меня во рту.

         – Боюсь, меня вырвет прямо в тарелку, едва я её увижу.

Лиам лишь рассмеялся, утешающе похлопав меня по плечу. Он развернулся на каблуках ботинок и пошёл дальше, что-то тихо напевая и снова забывая обо мне. Почему-то это меня даже обидело.

Прохаживаясь мимо множества разного назначения комнат, Лиам останавливался только у некоторых и объяснял мне, что находится за каждой дверью. На первом этаже находились только ванные комнаты, большая столовая и комнаты отдыха для работников. На втором большую часть помещений составляли лаборатории, например, такие же, которую я уже видел раньше, библиотека и несколько балконов. Для того, чтобы попасть на третий и четвертый этажи, нужно было воспользоваться лифтом. Туда, кстати говоря, пускали только рабочий персонал по пропускам со специальным штрих-кодом. У каждого он был особенный, индивидуальный, так что подделать его по словам Лиама было очень и очень тяжело.

– У тебя тоже такой есть? – осторожно поинтересовался я, догоняя парня. – Ну, ты ведь сын мистера Бэррона. Наверняка он тебе тоже его сделал, чтобы ты не просто так тут бродил.

Лиам согласно кивнул и запустил руку в карман брюк. Выудив оттуда пропуск, он без особых опасений протянул его мне. Я повертел пластиковую карточку в руках, рассматривая всё, что на ней напечатали.

На задней стороне в самом деле был штрих-код. Конечно, не такой большой и прямоугольный, как на упаковках в магазинах, а чуть поменьше и интереснее. Тонкие линии складывались в какую-то замысловатую геометрическую фигуру, которую я не могу даже сравнить с чем-то из того, что видел. На лицевой части пропуска красовалась фотография грозной мордашки владельца, а рядом небольшой список данных. Фамилия, имя, возраст, рост и вес, ничего особенного. Только в графе «Должность» стоял длинный прочерк. Значит, Лиам тут просто так? А я-то думал.

Я отдал пропуск обратно. Лиам подошел к какому-то маленькому экранчику на стене и прислонил к нему карточку задней частью. Из динамика раздался какой-то писк, после чего массивные двери лифта разъехались в разные стороны. Мы с Лиамом прошли внутрь. Лифт дрогнул и медленно пополз наверх. Заиграла какая-то веселая музыка, чтобы ехать было не скучно, но стало наоборот ещё хуже.

С тем же самым писком дверцы лифта открылись, и мы с Лиамом наконец-то вышли наружу. В отличие от других этажей, на этом был всего один длинный коридор. Дверей в нем было куда больше, казалось, они были гораздо толще предыдущих, потому что часть выходила за стену. На секунду мне показалось, что там держат зверей, а не подростков.

– Это… их палаты, – Лиам развел руками, тяжело вздохнув. – Я думаю, ты и без меня догадался, кто там. Это моё самое ненавистное место со всей больницы. После лаборатории, конечно. Сюда рабочие их заводят втроем, связанными, чтобы не сбежали. Внутри – белые стены, матрас и скрытые камеры. Тех, что сидят за компьютерами и смотрят, все зовут Наблюдателями. Я думаю, они никогда не спят, следят за каждым твоим шагом и сообщают моему отцу, если что-то вдруг идет не так. Жуть, правда?

– Ага, – я слабо кивнул, пряча руки в карманы, и глубоко вздохнул, чтобы хоть немного успокоиться. От одной мысли, что совсем скоро я буду там же, меня начало тошнить. Лиам краем глаза взглянул на меня, но даже в этом коротком взгляде я уловил его беспокойство.

– Ты весь бледный. Всё хорошо?

«Да, разумеется, всё супер, а почему ты спрашиваешь? Просто меня скоро закроют в этой клетке, я никогда не вернусь домой и, вероятнее всего, умру, потому что я просто не такой, как другие!» – подумал я, но в ответ лишь неуверенно закивал:

– Просто тут душно. Можно я…

– Лиам!

Мы резко обернулись. Опираясь на трость, к нам медленно ковылял горбатый старичок. Подойдя к нам, он внимательно осмотрел меня, поправляя толстые очки на сморщенном носу. От таких линз его глаза были такими нелепо большими, что у меня едва хватило сил сдержать смех. Лиам пихнул меня локтем и натянуто улыбнулся, взглянув на старика. Последний смотрел на меня так пристально, что мне стало не по себе – по коже пробежался холодок, а дыхание участилось. Казалось, будто бы он смотрел не на, а в меня.