Под чужим именем

Пролог

— Подпишите.

Лист бумаги лег на стол с тихим шелестом.

Мила не сразу посмотрела на него. Вместо этого она перевела взгляд на мужчину напротив. Четыре года она заходила в этот кабинет почти каждый день. Четыре года приносила ему кофе, готовила отчеты, переносила встречи, прикрывала ошибки отдела, задерживалась до ночи и искренне считала, что работает с человеком, которому можно доверять.

Сейчас этот человек даже не смотрел ей в глаза.

За панорамными окнами медленно моросил осенний дождь. По стеклу лениво стекали капли, размывая очертания города.

В кабинете пахло дорогим кофе и древесным парфюмом.

Все было как обычно.

Кроме одного.

— Андрей Викторович…

Ее голос прозвучал удивительно спокойно. Настолько спокойно, что она сама себе не поверила.

— Это какая-то ошибка?

Он устало потер переносицу.

— Нет.

— Тогда объясните.

Он молчал.

Мила никогда раньше не замечала, каким тяжелым может быть чужое молчание.

Оно буквально давило.

Заставляло сердце стучать быстрее.

— Вы же знаете, что договор подписывали вы.

Он кивнул.

— Знаю.

— Вы знаете, что документы в бухгалтерию передавала не я.

— Знаю.

— Тогда почему увольняют меня?

На этот раз пауза затянулась.

Настолько, что Мила уже решила: ответа не будет.

Но он все-таки заговорил.

Тихо.

Буднично.

Будто обсуждал погоду.

— Потому что совету директоров нужен виноватый.

Она нахмурилась.

— И вы решили выбрать меня?

— Я ничего не решал.

— Правда?

Она нервно усмехнулась.

— То есть сейчас меня увольняет не человек, который сидит передо мной?

Он впервые поднял взгляд.

— Не усложняй.

Мила медленно покачала головой.

— Нет.

Она почувствовала, как внутри поднимается обида.

Горячая.

Едкая.

Такая, от которой начинают дрожать руки.

— Это вы не усложняйте.

Она наклонилась вперед.

— Четыре года назад вы сказали, что цените честность.

— Ценю.

— Тогда будьте честны хотя бы сейчас.

Он отвел взгляд.

И этим ответил лучше любых слов.

Мила горько улыбнулась.

— Значит, вот как выглядит благодарность.

— Мила...

— Не надо.

Она подняла ладонь, останавливая его.

— Не называйте меня по имени.

В кабинете повисла тишина.

Слышно было только, как за окном барабанит дождь.

— Вы ведь понимаете, что после такого мне будет почти невозможно найти работу?

Он тяжело вздохнул.

— Со временем все забудется.

— А вы бы забыли?

Он ничего не ответил.

Она смотрела на него несколько секунд.

Потом тихо рассмеялась.

Совсем не весело.

— Знаете…

Она поднялась.

— Самое страшное даже не увольнение.

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Самое страшное, что еще вчера я была готова за вас в огонь.

Она взяла со стола приказ.

Подписала его.

Аккуратно положила ручку на место.

— А сегодня понимаю, что для вас я была всего лишь удобным человеком.

Она развернулась и направилась к двери.

— Мила.

Она остановилась.

Но не обернулась.

— Простите меня.

Несколько секунд она стояла неподвижно.

Потом тихо сказала:

— Нет.

И вышла.

Дверь закрылась за спиной почти бесшумно.

Коридор оказался непривычно длинным.

Или это ноги вдруг стали ватными.

Мила медленно шла к лифту, чувствуя, как десятки взглядов скользят по ней.

Коллеги.

Те самые люди, с которыми она пила кофе.

Смеялась.

Работала ночами.

Теперь они делали вид, что заняты документами.

Никто не подошел.

Никто не спросил, все ли в порядке.

— Мила…

Она подняла голову.

Из бухгалтерии выглянула Света.

Нерешительно.

Будто боялась, что ее тоже могут увидеть.

— Прости…

— За что?

— Мы… мы ничего не смогли сделать.

Мила слабо улыбнулась.

— Ты здесь ни при чем.

Света виновато опустила глаза.

— Все знают, что это несправедливо.

— Знают?

— Да.

— И что?

Ответа не последовало.

Потому что его не существовало.

Лифт тихо звякнул.

Двери открылись.

Мила вошла внутрь.

Нажала кнопку первого этажа.

И только когда двери окончательно закрылись, позволила себе сделать глубокий вдох.

— Только не плачь…

Она посмотрела на свое отражение в зеркальной стене кабины.

Красные глаза.

Побледневшее лицо.

Дрожащие губы.

— Только не сейчас…

Но одна-единственная слеза все-таки сорвалась.

Потом вторая.

Третья.

Она быстро стерла их ладонью и горько усмехнулась.

— Ну вот…

— Тушь все-таки водостойкая.

В этот момент телефон завибрировал.

На экране появилось одно сообщение.

Кира

"Ну что? Ты уже свободна?"

Мила долго смотрела на экран.

Потом медленно набрала всего два слова.

"Да. Навсегда."