Под цветущей глицинией. Лисы едят змей

8. — Решил, что ты кузнец своей судьбы, Вэньхуа?

На улице было по-настоящему душно. Вокруг стояла тишина, разбавляемая лишь скрипом деревянных половиц и прогнивших ведер, что почти отжили свое. Как и все, что здесь находилось, впрочем. Трава мягко шелестела под голыми ступнями, протертая рубаха прилипла к телу от пота, а волосы растрепались, ведь за ними с самого начала никто не следил. Одним словом - уныние. Провести здесь всю свою жизнь, словно безвольный раб?.. Это то, чего им хотелось?
Мужчина вновь согнулся, обхватив мазолистыми ладонями старое ведро, переполненное стухшей водой. С силой подняв его, безымянный направился назад, иногда покачиваясь из-за нехватки сил. Сейчас бы отдохнуть.
— Ты чего там бездельничаешь? — перед мужчиной вырос темный силуэт, уперев руки в боки. Выглядел угрожающе, совсем не под стать своему статусу в этой дыре. Этого человека было не разглядеть, ведь тень от дерева укрывала его с головой. Безымянный прищурил свои изумрудные глаза, продолжая молчать. — Что ты пялишься на меня? Работы у тебя мало? Так я могу добавить, — неизвестный вышел на свет, с вызовом смотря на неугодного. Ноздри его широко раздувались от гнева, губы поджались, а темные брови сместились к переносице. Теперь этого мужчину можно было рассмотреть чуть лучше. Ничем непримечательная одежда, потертая от времени, прямо как у безымянного. Смольные волосы, неаккуратно собранные в пучок на затылке, изумрудные глаза, в которых плескались разгневанные крупицы неудач... Прямо как у безымянного. Мужчина отвернул голову в сторону, зажмурившись, когда по щеке проехалась чужая бледная ладонь, оставляя красный след. Пощечина. Он дал ему пощечину? Урод. Тяжелое ведро вывалилось из ослабевших рук, стукнувшись о землю. Вода разлилась, а дерево хрустнуло от такого напора. Все же не выдержало. Безымянный лишь коснулся кончиками пальцев место удара, а после обернулся, провожая обидчика безразличным взглядом. А было ли имя у этого обидчика? Было ли оно у безымянного? Он его не помнил, но, в любом случае... Подобным здесь не пользовались, так зачем забивать себе голову? Закрой рот и отключи голову. Послушно выполняй работу. Не возникай. Кому какая разница, что ты из себя представляешь? Послушно носи воду, чтобы госпоже Юй Янь было приятно. Да вот только кто эта госпожа? Какую она имела власть? Но безымянному не скажут, ведь он создан лишь для грязной работы. А хотелось ли ему этого? Впрочем... Какая разница?

Спать было невыносимо. Уснуть было тяжело, а если тебе все же это удавалось, то царство морфея вышвыривало обратно, не забыв наградить пинком под зад. И теперь ты снова в этом аду. Они лежат на полу, они поджимают конечности к телу и стонут, стонут, стонут от головной боли, от обиды и ненависти. Ведь ОН даже не явил себя миру! Так почему они так мучаются? Почему вынуждены раз за разом, раз за разом наблюдать за ним? Госпожа Юй Янь тоже видит его в своих кошмарах? Она одна из них? А если нет, если она чужачка? Зачем мы падаем ей в ноги, чего мы хотим добиться? Безымянный с трудом сел, подтянув колени поближе к своей груди. Он обхватил мазолистыми ладонями свою голову, стараясь унять невыносимую боль. Нужно выйти на воздух, да... Здесь он точно сойдет с ума. Медленно поднимается, чтобы не потревожить тех, кто бьется в агонии. А правда ли это? Действительно ли он хочет лишь не доставить неудобств? Разве есть ему дело до них? Мучаются они или нет? Скорее, безымянный не хочет привлекать к себе внимания, не хочет, чтобы кто-то его заметил. Когда у тебя множество внимания, сразу появляется множество проблем... Не так ли? Не лучше ли тогда остаться в тени?

Безымянный присел на деревянную доску, смотря в беззвездное небо. Эти небожители... Они сейчас там? Видят ли они его? Так почему им все равно? Считают, что лучше остальных? Ох, это вовсе не так, они заблуждаются... С бледных губ сорвался вздох. Изумрудные глаза пробежались по темным силуэтам деревьев, что расположились впереди. Так тихо... Отсюда не было слышно их мучительных стонов боли. Ведь можно же было всю жизнь жить так... В тишине. В безмятежности. Он мог бы добиться большего, точно знал, что мог. Мозолистая ладонь безымянного господина медленно сжалась в кулак. Хотел бы он им показать... Дадут ли ему шанс? Но зачем ему спрашивать разрешения? Что-то в ту ночь переменилось.
Сколько времени прошло с того злосчатного побега? Он и не помнил. Безымянный оставил позади тех, кто тянул его жалкую жизнь на дно, решившись выживать самостоятельно. Уйти было тяжело, как физически, так и морально. Отбросы общества привыкли сбиваться в стаи. Казалось, без своего дома ты ничто. Обычная букашка, которую может растоптать каждый прохожий крестьянин. Было ли это высказывание так уж далеко от правды? Чтобы покинуть злосчатное место, пришлось прибегнуть к насилию. В первый раз на его руках оказалась чья-то кровь и это было действительно приятно. Этот алый цвет... Он символизировал силу, богатство. Когда безымянный облачен в этот кровавый оттенок, никто не смеет обижать его, ставить ниже себя. Ему определенно нравилось это.

Прохладный ветер ласково игрался со смольными прядями, листва шелестела над макушкой. Босые ноги несмело шли по протоптанной дороге. Нужно было раздобыть еды, желудок уже несколько суток тянуло от голода. И пусть на его долю выпало множество трудностей, безымянный не жалел, что смог освободиться от оков. Стоит только приложить немного усилий и он сможет добиться уважения. Никто не встанет у него на пути.
Дорога его лежала через темный лес. Всюду были густые заросли и острые ветви, от которых приходилось закрываться ладонями, чтобы не пораниться. Найти бы ему что-нибудь острое. Срезать их. Это бы точно облегчило путь. Безымянный выбрался из-за деревьев, наблюдая своими изумрудными глазами за тем, как лес вокруг него медленно сменялся лугами. Он шел все дальше, и дальше, пока не вышел к деревушке. На первый взгляд, та разваливалась на глазах. Дома, построенные из глины и дерева, горбились под тяжестью соломенных крыш, прохудившихся словно решето. Солома выцвела, почернела от дождей и поросла мхом, источая неприятный запах сырости. У некоторых домиков крыша обвалилась вовсе, обнажая темные провалы пустых чердаков, смотрящих в чистое небо. Глиняные стены потрескались, а где-то и вовсе рухнули. Деревянные двери и оконные рамы выцвели и облупились. Здесь все еще действительно жили люди? Безымянный приблизился к одному из домиков, вглядываясь вперед. Рядом с ним никого не было, но вдали действительно виднелись силуэты обычных рабочих. Как они могут жить в этой... Нищите? Подобный вопрос ставил мужчину в настоящий тупик. Неужели они не хотят изменить свою жизнь, сделать ее лучше? Нет? Просто влачить свое жалкое существование? И сколько бы человек без имени не размышлял об этом, он так и не смог осознать один довольно простой факт. Не каждый осмелиться взять судьбу в свои руки.