Под фиолетовым небом, под оранжевым солнцем...

Глава 2. Лехослав. Спасательная операция прошла успешно, а мириаподы остались без ужина…

Дневная жара начала спадать, и Лех выпрямился, потягиваясь. Он очень быстро выпил несколько глотков воды, чтобы не ощущать её теплого железистого вкуса. Учёный работал весь день и уже не думал, что ему удастся восстановить порванные мириаподом контакты.

— Всё готово, Ини, проверяй, — разрешил он.

Радостно замахав металлическим хвостом, киборг подхватил крылья. Он едва не поскуливал, стыкуя их к спине. Лехослав приставил руку козырьком и посмотрел вверх на взлетевшего Ини. Похоже, он вложил в него слишком много эмоциональной программы. Но исправить это рука не поднималась.

Лех приложил левое запястье к губам.

— Спускайся, одонаты уже могли вылететь на охоту, — скомандовал он.

Сделав мёртвую петлю, Ини неохотно пошёл на снижение. Лапы коснулись твердой земли, и киборг пробежал несколько метров, пока не остановился, поднимая клубы пыли.

— Отстань, ты слишком горячий, — беззлобно оттолкнул Лехослав своё детище, теперь крутившееся вокруг создателя. — Пошли лучше проверим гостью.

Ини первым забрался под сплетённую из веток сетку. Он положил голову на руку девушки, и она дернулась, очевидно, почувствовав горячий металл. Это хорошо. Яд мириапод непредсказуем, противоядие могло быть введено слишком поздно, но чувствительность к девушке возвращалась.

Лех развернул к себе голову Ини и просмотрел выведенные на экране данные. Все жизненные показатели были в пределах нормы. Сейчас она уже просто спала, восстанавливая силы. Лехослав приподнял термоодеяло, чтобы осмотреть ногу. О чём вообще думала эта пигалица, забираясь так далеко от Купола? А тем более, зачем выходила ночью из своего вездехода? Лететь почти два десятка лет сквозь космос, чтобы покормить собой местных зверушек? Если бы не обувь и ещё что-то, помешавшее мириаподу впиться в неё сильнее, она могла лишиться ноги. Если вообще оставалось бы что спасать. Хотя, может, так было бы лучше? Мириаподы поели бы, Леху не пришлось бы убивать и так вымирающее насекомое, не надо было тратить часть своей аптечки. И крылья Ини не пострадали бы, вытаскивая эту самоубийцу буквально из-под носа ещё одной недовольной сороконожки. Хотя как раз носа у них не было.

Девушке повезло, что они с Ини пролетали мимо и заметили вспышки бластера. Но они искали не это, а веспул. Последний отряд, за которым он наблюдал, уже вымер, а приближаться днём к непредсказуемым насекомым было неразумно.

И теперь поиски придется отложить, пока их гостья не придёт в себя. Спасать, чтобы снова бросить на съедение было абсурдно. И не рационально. А местные насекомые гибли каждый день. Да, они сбили настройки аппаратуры, замедляя изменение планеты, но оно шло всё-таки быстрее, чем могли приспособиться столько видов живых существ. Они убивали ещё одну планету, чтобы выжить самим. Земли оказалось недостаточно.

— Сторожи́, — приказал Лех киборгу и вышел убрать инструменты.

Им ещё повезло взлететь вчера ночью. Учёный крутил в руках перегоревший драйвер двигателя. Стоит взять с гостьи компенсацию деталями. Наверняка из её вездехода можно что-нибудь изъять. Координаты брошенной машины остались в Ини, а доставить девушку до Купола они могли и сами.

Перебирая оставшиеся запасные детали, Лехослав поморщился их скудности.

Насколько же проще было собирать Ини на корабле. За свои обязательные шесть лет вахты, свободное время надо было чем-то занимать, и конструирование было не самым плохим способом. После приземления, вернее, прирэдливания, оставалось только внести несколько изменений, чтобы обезопасить киборга от переизбытка азота на планете. Сначала Рэдли даже прозвали Смайли, так как на планете можно было умереть со смеху. Закись азота, иначе говоря — веселящий газ, не мог убить, зато смеющийся человек был не способен успешно стрелять по местным жителям. Сейчас эта концентрация осталась высокой лишь у болот севера.

Теперь реконструкции Ини обратно, может, и были нужны, но оказались недоступны. Вырастить искусственные органы не было возможности, и киборг больше напоминал робота. Оставалось поддерживать что есть. Хотя так было удобнее добираться до нужных элементов, да и трансформация проходила проще.

Лехослав защелкнул последний замок ремонтной сумки, когда Ини подал сигнал. Очевидно, их гостья проснулась. Очень вовремя: они ещё могут успеть вернуть её до ночи и заняться своими делами. Лех откинул полог. Девушка сидела, прикрываясь одеялом, и удивлённо рассматривала Ини. Да, в последнее время киборгов покрывали искусственной кожей или даже шерстью. Так что можно было сказать его пёс был несколько обнажён.

— Очнулась, — констатировал Лехослав. — Ногу чувствуешь?

Девушка перевела не менее удивлённый взгляд на учёного и натянула одеяло ещё выше. Но это не могло скрыть покрасневшие щеки. Она послушно пошевелила ногой, перед тем как кивнуть:

— Да, чувствую.

— И целоваться больше не тянет? — саркастично уточнил Лех.

Ему пришлось срезать штанину, осматривая её ранение, а потом стянуть и куртку, чтобы убедиться в отсутствии других травм. И он совершенно не ожидал, что девушка так крепко обнимет его за шею и притянет к себе. Стоило признать, целоваться она умела.

Даже от воспоминаний желание дрожью прокатило по телу. Похоже, у него слишком давно не было женщины, раз его так потянуло к бредившей девушке. По крайней мере ещё никто не называл его с придыханием «Мэттом». На какой-то миг он позавидовал неизвестному парню.

Гостья смотрела на Лехослава, слегка приоткрыв рот от удивления. Она явно не помнила, что творила с ним, а он поймал себя на том, что рассматривает её губы.

— Может быть, проверим? — хрипловато произнес Лех, приближаясь к девушке. Глаза её расширились, и он сразу добавил: — твою ногу.

Хотя думал совершенно о другом. Очевидно, это было слишком заметно, потому что девушка подскочила и отодвинулась подальше, кутаясь в одеяло.

Отвратительно. Он похож на маньяка. Хотя это должно быть нормально для асоциала. Под Куполом у них наверняка репутация убийц, теперь станут ещё и растлителями.