Под фиолетовым небом, под оранжевым солнцем...

Глава 7. И опасная вылазка на четыре персоны.

Купол появлялся из-за горизонта постепенно. Сначала была видна лишь верхушка, светящаяся, как будто восходит ещё одна луна, а когда стали заметны верхние этажи зданий, они остановились. Дальше должен был двигаться только вездеход.

Передвижение в багажном отсеке оказалась крайне неуютным. Особенно потому, что Ольга старательно пыталась прижаться поближе к Леху. Она уверяла, что иначе ей просто не хватало места. И ему лишь оставалось в это верить.

Эби попала в Купол с легкостью, объяснив, что потерялась из-за сломанного навигатора, который специально вывели из строя при подготовке. Хотя никто не стал проверять, лишь показали, в какой стороне находится ремонтная мастерская и даже предложили помощь в перегоне. Но Эби уверила, что сама справится. Тем более, что туда она и не собиралась.

Трястись в узкой темноте багажного отсека было не слишком приятно, но не стоило выбираться из машины раньше времени. Когда двигатель наконец заглох, и послышался условный стук по обшивке, Лехослав облегчённо выдохнул. Ещё и руки Ольги как-то слишком далеко пробрались по его телу. В первый момент свободы даже распрямиться оказалось сложно. К тому же организм успел отвыкнуть от нормального состава воздуха, голова кружилась от переизбытка кислорода. Лехослав прислонился спиной к обшивке космолета, восстанавливая дыхание. Тёмная, обгоревшая при входе в атмосферу поверхность сливалась с отбрасываемой тенью и отлично скрывала как вездеход, так и силуэты людей в тёмных плащах.

Хотя рядом с такой грандиозного размера техникой можно было потерять и не такое. Корабль носил название «Хоуп» и вёз надежды и тела сотни тысяч человек.

На освоение Рэдли вначале было предусмотрено десять лет, позже сюда должны были прибыть новые поселенцы.

До входа им пришлось идти больше километра, но никто не рискнул бы высаживаться ближе. Они шли друг за другом, держась огромной чёрной стены, и казалось, что она просто бесконечна. Лехослав мог видеть только затылок идущей впереди Эби, но знал, что она очень сосредоточена. Они всё всматривались в ночной сумрак, но с другой стороны корабля располагалась промышленная зона Купола — чтобы далеко не везти технику. Поэтому встретить людей тут ночью было едва ли возможно.

Зато посты охраны на входе в космолёт никто не снимал. Но за пару лет абсолютного спокойствия охранники, похоже, считали свою работу бесполезной. Ну кому может понадобиться ночью попасть в полупустые уже складские помещения или морозильники с людьми? Только абсолютно сумасшедшим людям. То есть им.

Шедшая первой Ольга опустилась на землю, и они все остановились. Волкова перехватила обрез, несколько секунд всматривалась в прицел. Выстрел, отдача в плечо, вдох и ещё один выстрел на выдохе. Так же спокойно она поднялась и двинулась дальше.

На входе их теперь ждало два тела: у одного капсула с транквилизатором впилась в плечо, у другого – в шею. Хьюго усадил охранников, опирая друг на друга. Получилась вполне интересная композиция из двух праздно-охраняющих парней. Леху было не до того — он открывал электронный замок. В какой-то момент ему показалось, что он, имея за столько времени дело только с собственным киборгом, всё забыл. Но шипение открывающейся двери убедило в обратном.

— А вы что, решили за… — Из каморки рядом со входом выглянул ещё один охранник. Глаза его расширились, когда он увидел отнюдь не своих напарников.

Он оказался неожиданностью и для ночных посетителей. Хлопок выстрела и парень упал на пол, дернувшись от резкого выплеска транквилизатора в тело.

— Расслабились тут, — буркнула Ольга, проходя дальше. — На. — Бросила она Леху электронный ключ, взятый со стола охраны. — Прикрой дверь.

Знакомые коридоры корабля вызывали ностальгию. Прикрыв глаза и вслушиваясь в гулкое эхо шагов можно было представить, что полёт всё ещё продолжается. Или они ещё только приземлились на планету, начиная знакомство с разрушения. Но тогда он ещё и не знал девушки, ради которой рисковал всем, что у него осталось – такой мелочью, как жизнь.

Он не бывал в коридорах рядом с общими криокамерами — свой сон он провёл в отделении персонала, но всё тут оказалось абсолютно стандартным. Разве что даже от стен веяло прохладой. На этом этаже поддерживались низкие температуры, облегчая работы камер.

Входной замок оказался аналогом уже открытого. Лех даже приложил ключ от главного входа, но красный индикатор не сменился зеленым. Уверенный в своих силах, Лехослав провозился меньше, чем снаружи корабля. Иногда это прекрасно – иметь встроенные в руку кучу датчиков.

И перед ними оказался настоящий лабиринт. Километры пространства, заполненного стеллажами из замороженных тел. Им пришлось разделиться, чтобы ускорить поиски. Ольга с Хьюго искали родственников Рассела, Лех — сына Стеф, а кого разыскивала Эби, даже не надо было повторять лишний раз. От этого имени у Лехослава уже должен был развиться нервный тик. Больше никто из асоциалов не решился будить своих родственников.

Лех проводил взглядом устремившуюся вперёд девушку. Она практически бежала, зная все повороты плана наизусть. Она была так близка к тому, к чему стремилась столько времени, что её ничего не могло остановить.

Лехослав мотнул головой и двинулся по меткам на стене, отыскивая капсулу 10ef1256. Он обещал Стеф.

Выдвинув несколько отсеков, Лех наконец уяснил систему, подал сигнал поисковым маячком и теперь рассматривал нужную капсулу – короче, чем у взрослых, для экономии пространства. Под прозрачной частью крышки было видно лишь лицо. Спокойное и умиротворённое. Ни дыхания, ни одного движения, как будто восковой манекен ребенка, очень похожего на Стеф. Те же темные волосы, немного курносый нос, широкие скулы и верхняя губа чуть больше нижней.

Лех уселся на пол поперёк прохода. Ноги упирались в противоположенные стеллажи. Тысячи и тысячи людей, даже не подозревающих, что происходит вокруг них. Как, в принципе, большинство и при жизни. Говорят, некоторые даже живут внутри капсул — видят сны и верят в их реальность. Хотя физиологически это невозможно. Лехослав провел в заморозке больше шести лет, но в его памяти лишь обрывки: вот он уснул в полёте и проснулся уже на Рэдли.