Под куполом льда

Глава 8

Мы не можем выбрать время, в которое живем. Мы можем выбрать только то, что нам делать с временем, которое нам дано.

Я иду по городскому парку, на улице раннее утро. Я шагаю с зонтом в руках. Идет сильный дождь, и он полностью описывает мое состояние сегодня. Иду прямо по лужам, сейчас так безразлично, что будет со мной потом, заболею я или нет, промокну я или нет, будет мне плохо или нет.  Хотя, плохо мне уже сейчас. Боль внутри растекалась по всему телу, заполняя его полностью. Я знаю здесь каждую маленькую деталь, все наизусть. И от этого, на самом деле, становится еще грустнее. Сумка свисает с моего плеча, зонт особо не помогает и поэтому она вся мокрая от дождя, как и я. Поняв, что от зонта толку нет, я сложила его и убрала в сумку. Я села на лавочку, опрокидывая голову назад, открывая лицо для капель дождя. Улицы города пустые, ни одной живой души. Тишина и только, это радовала, я люблю быть одной. Время на часах 5:03 утра. Слишком рано? Возможно. Слишком рано, но не для меня. Когда внутри тебя пустота, хочется, чтобы и вокруг тебя тоже было пусто, холодно и мрачно. Вроде… вроде все хорошо, но не сегодня, в этот день я разрешаю себе все, абсолютно. Единственный день, когда я полностью выпадаю из жизни, когда я не отвечаю на звонки и сообщения, когда меня нельзя никому тревожить, когда я разрешаю себе быть слабой. День, когда жизнь отматывается назад. День, когда мой личный ад возвращается.

Я спланировала все заранее, еще неделю назад я купила себе билет на поезд. А вчера вечером, сразу после работы рванула домой, быстро собрала необходимые вещи в маленькую сумочку и уехала на вокзал. С работы и учебы отпросилась также заранее. А девочкам сказала, что приболела и меня не будет на учебе пару дней, я понимаю, что скорее всего на учебе потребуют справку, но сейчас это последнее, о чем я хочу думать. Буду решать проблемы по мере их поступления.

Работу я заканчивала в 23:15, плюс к этому дорога домой, сборы вещей и дорога до вокзала. Там я была уже в районе 2:10 ночи, а сам путь составлял плюс-минус 2,5 часа. Поэтому уже в 5 утра я вышла с поезда и шла по спящему, холодному городу. Дождь добавлял особой атмосферы, той самой, который не хватало в этот день. Погода, место и день, все смешалось в единое нечто. И это нечто я проживала каждый год и честно, мне казалось, что с каждым годом оно проживалось все сложнее. Боль не отпускала и не собиралась отступать, она пустила корни и засела настолько глубоко, что не видно границ. Последние несколько лет мне хочется одного – избавится от нее, вырвать все корни и наконец начать дышать полной грудью.

Сегодня 31 октября, день, когда мой мир родился и умер одновременно. День, когда я обрела и в тоже время потеряла себя. День, когда частичка меня исчезла навсегда.

Я встала со скамейки и медленно, не торопясь направилась в сторону круглосуточного магазина цветов, купив все необходимое вызвала себе такси через специальное приложение, я бы поехала на автобусе, но в такую рань они не ходят, поэтому такси единственный выход.

- Ну, приветик! Меня так давно не было, надеюсь вы не сильно скучали тут. Я вам цветочков принесла! – я еле сдерживала слезы и так бывало всегда, когда я приходила сюда. – Мам, прости, в магазине не было твоих любимых пионов, поэтому решила всем вам купить розы, надеюсь, вы не расстроитесь. – я купила 12 разноцветных роз и разложила каждому по 4 цветка. – Ой, Юрка, я тебе такое привезла! Прямо из столицы, представляешь! Вот смотри… – я достала из своей сумки фигурку человека паука, герой любимого мультика моего брата. – специально для тебя бегала по магазинам искала такого, надеюсь тебе понравится. – я уже не могла сдерживать слезы, они текли по моим щекам ручьем. Я упала на колени прямо на землю и закрыла руками лицо, а слезы все никак не могли остановится.

- У меня вроде все хорошо, правда. Я нашла себе хороших друзей, уже обосновалась в новом городе и нашла хорошую работу. Стараюсь жить как все, дышать полной грудью, но… мне вас так не хватает, честно. С каждым годом становится все тяжелей без вас. Я бы все отдала чтобы увидеть вас хоть раз и крепко обнять. – говорить не получалось, сейчас я способна только на всхлипы, которые не собирались останавливаться. – я так скучаю по тем временам, по вам, по хоккею. Без всего этого моя жизнь кажется пыткой… Так, ладно, хватит тут нюни распускать! Кстати, я тут недавно на каток ходила, представляете! Я смогла пересилить себя и снова встать на коньки. Было так… непривычно. Я отвыкла от это всего, но как было хорошо в тот момент, я будто снова родилась. – я говорила это все с улыбкой на лице, но холод и боль внутри не отпускали. – как все-таки жаль, что ничего не вышло со спортом. Пап, я ведь тебе обещала, что добьюсь невозможного, но это так и осталось невозможным. И мне так стыдно за это. Да, я понимаю, что в травме нет моей вины, но это чувство внутри не дает покоя. А еще тяжелее стало, когда я узнала, что у нас, оказывается, есть команда от университета по хоккею, у них там свои турниры и все такое. Так больно становится, когда понимаю, что если бы не эта несчастная травма, то я бы смогла играть за эту команду… играть и радоваться жизнью. Да и вообще жизнь по-другому сложилась бы, наверное. Еще Жанна недавно звонила, сказала, что всю мою форму выкинула, вот я как чувствовала, надо было ее с собой забрать! Нет, я конечно, понимаю, что мне уже ничего не светит, но… но… я даже не знаю, как свои чувства по этому поводу описать! Да и вообще кто она такая, чтобы выкидывать мои личные вещи, к тому же мою форму! Короче, я на нее разозлилась, сильно! – грозно сказала я.

Так я могла разговаривать часами. Возможно, кому-то покажется, что я странная, ведь по факту я разговаривала просто с фотографиями, но мне так не казалось, совершенно нет. Был период, когда я приходила сюда каждый день, без исключения. Приходила и рассказывала все, абсолютно все. Иногда, я несла такой бред, но мне было важно приходить сюда и говорить, что-то рассказывать, не так важно что, главное не молчать.  Так, я чувствовала нашу еще небольшую связь с родителями и братом. Это было, есть и останется единственным местом, где я могла так много разговаривать и рассказывать все, что со мной происходит, от этого места у меня нет тайн. Никто не мог прогнать меня отсюда, даже под дулом пистолета я не покину это места, пока сама не захочу уйти. На все мои разговоры в ответ была лишь тишина, но мне этой тишины было достаточно. Я чувствовала, что здесь меня слышат, понимают и ждут. Эта тишина была лучшим ответом на все, ведь внутри этой тишины не было. Я могла сидеть здесь часами, да что часами, сутками, я могла сидеть тут сутками. Была бы моя воля вообще отсюда не уходила бы. Первое время я не могла сюда приходить, а если приходила, то билась в истерике, очень сильной истерике, только спустя время я поняла, что это не просто истерика, а паническая атака. Потом, мне стало немного легче, и я наоборот стала приходить сюда каждый день. Я думала, что так моя боль немного отступала, но это работало в обратную сторону.