Под маской Астры

Глава 13.1. Беспокойное утро.

Всю ночь Лея ворочалась, раз за разом проигрывая в голове прошедший вечер. Ей так и не удалось поспать. До мельчайших подробностей она пыталась вспомнить напавших на неё. Лея упорно гнала даже мысль, что это могли быть люди. Но ни темнота, заволокшая их глаза, ни загадочное исчезновение пока не убеждали её в обратном.

В галактике существовало много обитаемых экзопланет. Равными Совет признавал только расы, покорившие космос. Таких было только четыре. Робкие попытки людей высадиться хотя бы на Луну помогли им получить статус выше, чем неразумным расам, но поставили их на одну ступень с рабами, способными выполнять примитивную и физическую работу. С ними же разумными, но не развитыми, считались проксианцы и кеплианцы. У первых кожа покрыта пластинами, которые при помощи природной биофлуоресценции защищали жителей планеты от вспышек ультрафиолетового излучения, из-за чего они постоянно светились зелёным. А вторые так и не вылезли из Океана и не способны дышать в атмосфере. Остальные многочисленные расы, населяющие галактику, не обладали достаточным разумом.

Оставалась надежда на кровосмешение — были же такие случаи как у Кая и Зиги, — но Лея не могла вспомнить ни одного слуха о полулюдях-полуинопланетянах. Возможно ли это вообще?

В итоге, когда сквозь жалюзи начал пробиваться свет Стрелы, Лея, не дожидаясь перезвона гимна академии, поспешно оделась, не забыв подкрасить корни волос и втереть в кожу крем, и выбежала из комнаты. Соседка, ещё до глубокой ночи переписывающаяся на планшете, крепко спала, и Лея надеялась, что та сможет встать к началу занятий.

Первым делом Лея заглянула в академическую больницу — небольшое здание, часто пустовавшее. Обычно туда заглядывали перепившие студенты полечить похмелье. Там её объяснению о падении поверили более охотно, чем Риана. Только уточнили время удара: по синякам медсестре показалось, что всё произошло гораздо раньше. Лея отмахнулась: Кай знает, какие мази класть в свою аптечку. В тонкий шрам у скулы затянулся порез, осталась пара синяков, и Лею отпустили на учёбу, пожелав быть осторожнее.

До первой пары оставалось больше часа, и Лея решила заглянуть в ещё одно место. В кабинет ректора. Рабочий день только начался, и дверь была заперта, но, судя по табличке, ждать Лее оставалось недолго. Она прислонилась к стене рядом.

— Лея?

Она резко подняла голову — видимо, задремала — и увидела перед собой мнущегося с ноги на ногу Костю. На скуле у того тоже сиял свежий синяк, и Лея рефлекторно дёрнулась к своей щеке.

— Костя, привет, — неуверенно улыбнулась Лея. Были свежи воспоминания, как она гналась за кем-то, кого она приняла за секретаря. — Ректор скоро будет на месте? У меня к нему… вопрос по учёбе.

Как только Лея произнесла его имя, Костя улыбнулся и засиял, покрываясь румянцем.

— Ректор заль Зиан? Мне очень жаль, но сегодня его не будет на месте.

Посторонившись, Лея пропустила Костю вперёд, и он приложил руку к панели, открывая дверь в ректорат.

— Если у вас есть вопросы, вы можете передать их через меня и, пожалуйста, — Костя умоляюще посмотрел на Лею, зашедшую за ним, — в этот раз не заходя в кабинет?

Краска бросилась Лее в лицо, и она поджала губы. Как же неловко получилось тогда!

Костя прошёл за свою стойку и включил технику, проведя над столом руками. Лицо его озарило голубым светом, а зелёные зрачки словно потемнели.

Лея опёрлась на стойку, глядя, как начинает работу секретарь. Многоголосый писк оповестил о множестве пришедших сообщений, и Костя скривился от звука.

— Конечно! Не беспокойся, в этот раз вопрос неважный, поэтому он может подождать до завтра.

— Завтра ректора заль Зиана, скорее всего, тоже не будет, — Костя виновато поднял от экрана голову. — Ректора не будет… несколько дней.

— Несколько? — Лея почти даже не скрывала удивления. — А сколько точно? Он отлучился с Астры?

Костя сжал губы. Рукой провёл несколько раз под стойкой, не глядя. Дверь позади Леи захлопнулась и щёлкнула, подул свежий ветер с потолка. А Костя склонился вперёд, заставляя и Лею приблизиться. Прошептал:

— Официально ректор отправился на Зилон по делам Совета, так что, если тебя спросят, я ответил именно это.

Заговорщицкий шёпот перевёл секретаря на более фамильярное обращение, но Лее так было даже проще, и она, улыбнувшись, тоже зашептала:

— А неофициально?

— Я не должен об этом распространяться, но ректор лечится дома от мигрени. Он часто страдает ей после того… как побывает на нижних улицах. Иногда он отлёживается день-два, а иногда целую неделю. И при этом уверяет всех, что ни капли вещества, дурманящего разум, не попадает в его тело.

Костя захихикал и у его глаз пошли морщинки.

— То есть ты думаешь, что ректор пьёт?

Лея наклонилась ещё ниже, и они почти соприкоснулись лицами. От Кости исходил приятный свежий запах, похожий на аромат мяты, которую недавно посадил в горшок Кай.

Смешинка пропала из глаз Кости, и он смутился.

— Нет, что ты… Просто… — он вдруг снова улыбнулся, но как-то недобро, что дуновение холода пробежало вдоль позвоночника. — Он часто ходит на нижние улицы, объясняя, что охраняет студентов. Но там и без того полно камер и охраны, а после каждого спуска ему плохо. Разве стал бы он так мучаться ради студентов? Звучит неправдоподобно. Я думаю, — Костя заговорил совсем тихо, — что ректор что-то скрывает!