Под маской принцессы. Случайная истинная

Глава 17. Постучит беда в окошко — подружится собака с кошкой

- Как? Как ты посмела?! – король Себастиан не стеснялся орать так, что стекла тряслись. А я усиленно пыталась вжаться в кресло.

Лекарь оказался прав. Спустя несколько часов я сидела в кабинете его величества, выслушивая негодование в свой адрес.

- Баст, ты кричишь так, что слышно на другом конце дворца, - послышался знакомый голос. Папа!

В кабинет действительно вошел маркиз Померанский. Седина уже посеребрила его волосы, что было совершенно незаметно, учитывая их природный светлый цвет. Светло-голубые глаза посмотрели на меня с теплотой, но совсем не с той, с какой он обычно встречал меня дома.

Конечно, я ведь еще в маске!

- Ро! Если бы ты знал, что она натворила! – даже появление лучшего друга не успокоило короля.

- И что же натворила Ее Высочество? – ободряюще улыбнулся мне мой настоящий отец. Он всегда относился к Масе с особой любовью, не могу сказать, что как к дочери – все-таки его абсолютной любимицей и радостью была я, но мою подругу он тоже очень любил. Как, скажем, племянницу. И неизменно защищал нас с подругой от гнева короля.

- Если бы Ее Высочество! Сними маску, - приказал мне король Себастиан.

Не посмела ослушаться.

Глаза маркиза Померанского расширились от удивления.

- Жоржи?!

- Вот именно! – подтвердил король. – Твоя дочь создала мне такие проблемы!

Лицо отца превратилось в маску абсолютного спокойствия.

- Жоржи, выйди, пожалуйста, ненадолго. Нам с Его Величеством нужно поговорить, - в разговоре с другими людьми папа всегда говорил «его величество», хотя в обращении лично к королю он был единственным, кто мог позволить себе использовать краткое имя.

Бросила взгляд на короля. Тот нервно кивнул, и я сбежала из кабинета.

В приемной было гораздо уютнее. Только секретарь короля, милая мадам Жожетта куда-то вышла. Видимо, не выдержала слушать крики его величества. Я ее понимала – сама бы с удовольствием сейчас куда-нибудь сбежала бы.

Из-за плотно закрытой двери послышалась ругань. Подслушивать, конечно, не мое. Но очень уж интересно. Тем более и дело касается меня напрямую, а потому неплохо бы знать, о чем договорятся главные люди королевства.

Подошла поближе к двери, но ничего не услышала. Точно, полог тишины!

Несколько ловких движений рук и никакого мошенничества, и вот полог тишины, защищающий разговоры короля с посетителями от чужих ушей, приоткрылся для меня. Мой отец к чужим ушам не относился – на бывшего премьер-министра, а ныне министра внутренней безопасности никакие ограничения не распространяются.

- …посмел кричать на мою дочь? Кто дал тебе право?! – папа явно не собирался любезничать с его величеством.

- Я король, если ты забыл! И я могу себе позволить все в рамках этой страны! – король тоже не был настроен на позитивный лад.

- Ты забываешься! Ты король до тех пор, пока наш энтитет согласен на конфедерацию, - а вот и серьезные разговоры о политике пошли.

- Будешь требовать расторжения многовекового договора из-за того, что я кричал на твою дочь? – я даже представила, как выгнулась бровь короля Себастиана. Он умел смотреть так по-особенному, презрительно.

- Буду требовать, если король будет ущемлять права нашего народа, - в этой фразе отца было столько непоколебимой решимости, что мне стало страшно. Он мог! Действительно мог бы добиться выхода из конфедерации, если бы понял, что интересы собак притесняются. Вот только к чему это приведет? Снова постоянные войны и конфликты между кошками и собаками?

- Может, хотя бы спросишь, что она сделала? – уже спокойнее задал вопрос король.

- Я не сомневаюсь, что ничего из ряда вон выходящего. Но так уж и быть, спрошу. Что же сделала моя дочь?

- Применила заклинание последнего шанса!

- О, так у меня теперь есть еще один ребенок?

- Если бы у тебя! Она была под маской Массандры, так что теперь в глазах всех еще один ребенок появился у меня. Сын! Ты хоть понимаешь, чем это грозит?

Папа, кажется, понимал. Впрочем, и я прекрасно понимала. Заклинание последнего шанса – единственный способ спасти того, кого спасти нельзя. Того, кто уже умер. Но настолько недавно, что не успел рассеяться. Применить его может только тот, кто, не являясь плотью от плоти и кровью от крови, искренне захочет спасти чужую жизнь. И тогда эти жизни свяжутся до самого конца, ведь спасенный становится частью семьи спасителя.

Проще говоря, мы с Марселем теперь как брат с сестрой. Вот только если для маркиза Померанского в таком родстве ничего позорного нет – мы оба чистокровные аристократы, то для короля это еще один принц, которого вполне могут захотеть возвести на трон враги короны. А учитывая, что он еще и из собак… Нда, кашу я заварила.

Собственно поэтому Массандре строго-настрого запрещалось использовать заклинание последнего шанса. И вряд ли она стала бы.

Отец и король сейчас наверняка думают о том же самом, что и я.

- Погоди, а почему Жоржи притворялась Массандрой? – вдруг задал отец вопрос вне темы.