Под Маской Солдата

Пролог — Ильза "Мёртвые не скажут"

Здесь, за стеной Роза, вдали от селений и городов, до самого горизонта раскинулась бескрайняя степь — вольная и безмолвная, пустынная и величественная.

Разведчики, облачённые в тёмно-зелёные плащи, преодолели крутой овраг и осадили лошадей. На востоке медленно поднимался рассвет, окрашивая небо и землю в огненно-кровавые тона. Простор, внезапно открывшийся перед глазами новобранцев, впервые покинувших стены, ошеломил их. Но Ильза с тревогой всматривалась вдаль, ощущая, как сердце наполняется гнетущим беспокойством.

Красный…

Тошнотворный. Отталкивающий.

Цвет рубцов и мозолей. Цвет цветущих маков, помад на холодных улыбках светских дам, королевских знамён — и, наконец, крови, которой в её жизни было слишком много. Ильза не любила этот цвет: он вселял суеверный ужас и пробуждал дурные воспоминания. Обветренные руки покрылись мурашками. Пальцы стали ледяными.

Отряд Ильзы следовал по заранее разработанному маршруту, и по пути им не встретился ни один титан, что уже было удачей. И всё же что-то внутри настойчиво подталкивало Ильзу вернуться за стену. Предчувствие? Возможно. А может, усталость или излишняя бдительность — та самая, что заставляла её, ответственную за чужие жизни, всегда быть начеку. Обычно Ильза доверяла своей интуиции, но сейчас сомневалась.

Стоит ли поворачивать назад? Видимой угрозы нет, до леса гигантских деревьев всего три часа пути.

Что она скажет Эрвину?

Ильза в сомнении закусила губу и, обернувшись, оглядела солдат. Старые вояки старались крепиться, но их лошади заметно устали, а новобранцы едва удерживались в сёдлах. Она вновь всмотрелась в красный горизонт, затем закрыла глаза, пытаясь отстраниться от зловещего зрелища и унять беспокойство, но мысли о недобром предчувствии не отпускали, наполняя её неуверенностью. Внутри нарастала тяжесть — груз ответственности, который она несла на своих плечах. Решение предстояло принять сейчас, и от него зависели жизни людей.

Разведотряд был в пути больше суток — Ильза понимала: отдых необходим. Придётся пересечь долину. Игра ли это воображения или предупреждение, которое нельзя игнорировать, — выбора всё равно нет. Они должны двигаться дальше.

— Что-то не так, командир? — заметив её колебания, спросил Ганс. Его лошадь поравнялась с лошадью Ильзы. — Титаны?

Ильза не ответила, продолжая вглядываться в мёртвую степь. Ветер, играя с её волосами, отбросил пряди на лицо. Каштановые, цвета жжёной карамели, на фоне алого рассвета они теперь тоже казались красными.

— Отряд — в строй дальнего обнаружения, — приказала она. — Пересечём степь и в лесу устроим привал. Новичкам занять позиции в центре для защиты. Если вернёмся с потерями, капрал с нас шкуру сдерёт. Он в последнее время не в духе.

— А он когда-то был в духе? — усмехнулся Ганс.

Ильза бросила на него неодобрительный взгляд. Тот тут же стушевался.

— Хватит языком чесать. Выполняй.

— Да, мэм!

Они скакали без остановок всё утро, и только когда впереди показался лес гигантских деревьев, колючая тревога в душе Ильзы немного ослабила хватку. Под копытами лошадей ломались молодая трава и жёлтые одуванчики. Конница постепенно перешла с галопа на шаг, когда в безоблачном небе уже вовсю полыхало солнце.

— Чёрт возьми, как же жарко! Зной просто невыносимый! — выругался Дитер Грайс и потянулся к сумке за бурдюком.

Плеснув водой на голову и шею, он небрежно провёл ладонью по густым золотистым волосам. Грайс был весь потный и пыльный, но Ильза, заворожённая этим простым движением, вновь не могла оторвать от него глаз.

Да, Дитер был мужчиной видным. Из-за таких, как он, девушки готовы были драть друг другу волосы от ревности. Сколько битв они пережили вместе, сколько лет она знала Грайса, а всё равно — втайне — не переставала восхищаться его безупречным воплощением мужской красоты. Её взгляд прошёлся по широким плечам, сильным рукам, уверенно сжимающим поводья, и остановился на узких, подтянутых бёдрах, плавно покачивающихся в такт шагу лошади.

Конечно, в Разведкорпусе любовные отношения не запрещались, но женщин здесь было так мало, что их буквально можно было пересчитать по пальцам. Возможно, суровая служба не располагала к романтике. А может, дело было в самой Ильзе — воспитанной отцом в строгости, с аскетичной, почти пуританской моралью. На самом деле, в глубине души Ильза всё ещё мечтала выйти замуж по большой любви, прожить долгую счастливую жизнь и умереть в один день — как в старых сказках.

Ильза грустно усмехнулась и покачала головой, отгоняя эти мысли.

Глупые мысли. Несбыточные мечты для тех, кто служит в разведке. Нет. Скорее до нелепости девичьи. Заикнись она о них кому-нибудь вслух — её точно подняли бы на смех. А Ильза чётко отличала мечты от реальности. На службе она умело держала себя и благодаря упорному труду и самодисциплине заслужила уважение среди подчинённых.

Вопреки пересудам Ильза не стремилась к вершинам военной иерархии и не мечтала о славе героя. Её желания были просты: защитить семью, сохранить родной дом — ту деревушку, где она выросла. Ради этого она была готова на всё: пожертвовать будущим, похоронить свои мечты и отдать Разведкорпусу — нет, вернее, человечеству — самое ценное, что у неё было: свою жизнь. Эрвин когда-то сказал ей, что солдаты свободы не уходят на пенсию. И Ильза, вероятно, тоже не уйдёт.