Под маской власти когда рушатся стены

Глава 2. Пахнет презрением и дорогим парфюмом

— Он в твоём расписании. Каждый день, Лебедева.

Диана смотрела на своё расписание, не сразу осознавая смысл слов Марты. Только после паузы мозг уловил суть. Влад Волков. Каждый день. Минимум три пары. И не просто как студент — он вписан как ассистент преподавателей. Официальный представитель Совета, неофициальный хозяин.

Диана почувствовала, как внутри скребёт холод.

Каждый день. С ним. С тем, кто смотрит на неё, как на что-то временное. Как на ошибку системы. Как на вызов, который он обязан раздавить.

— Кто? — спросила она, словно надеясь, что ослышалась.

— Волков, конечно. — Марта откинулась на стул. — С ним на одной скамье — всё равно что сидеть с тигром. Вроде не трогает, пока сам не решит, что ты интересная добыча.

Диана отвела взгляд.

Она не боялась его. По крайней мере, старалась в это верить. Но от одного воспоминания о том, как он смотрел на неё в библиотеке, по позвоночнику пробежал ледяной ток. Это был не просто взгляд — это была угроза, выданная с ленивой полуулыбкой. И хуже всего то, что в этом было… нечто неуловимо личное.

«Ты нарушаешь мои правила», — прозвучало у неё в голове. Он говорил это тихо, но внутри отозвалось громом.

Он не видел в ней человека. Только точку в системе, которую нужно исправить. А может, стереть.

Но у Дианы была своя боль. И свой страх. Только она научилась прятать их так глубоко, что даже зеркало не отражало.

Она положила ладони на колени, чтобы не выдать дрожь в пальцах.

Ты не сдадись, поняла? Ни одной слабости. Ни шагу назад. Он может быть чем угодно — богатым, умным, влиятельным — но ты сюда пришла не случайно. Ты добилась этого. Ты заслужила быть здесь.

И если ему это не нравится — тем хуже для него.

На паре, когда Влад сел рядом, Диана почувствовала, как напряжение обрушилось на неё волной. Не физически — ментально. Словно его присутствие отнимало кислород. Он был слишком близко. Он не смотрел — он наблюдал.

Она не хотела видеть, как его пальцы обводят обложку блокнота. Или как он лениво улыбается преподавателю, подкидывая остроумный комментарий в нужный момент. Но замечала. Всё. Каждое его движение. И это злило её. Потому что означало: он уже как-то попал ей под кожу.

А потом — сцена с кейсом. Её вызов. Его реакция.

И вдруг — победа.

Небольшая. Почти случайная. Но настоящая. Она увидела, как Влад замолчал. Как на секунду моргнул. Как губы чуть сжались. Он не проиграл. Но он не победил. И это, похоже, было для него в новинку.

Когда лекция закончилась, Диана думала сбежать. Просто выйти первой, раствориться. Но он встал первым. И не ушёл.

— Удивила, — сказал он. — Не думал, что у тебя есть зубы.

— А я думала, ты привык, что все перед тобой стелятся.

Сердце стучало, как у барабанщика. Он был рядом. Слишком. Глаза, голос, дыхание. Она не боялась — и в то же время паниковала. Потому что знала: всё это опасно. Не только его власть. Но и… то, что происходит внутри неё.

Когда он ушёл, Диана осталась одна в коридоре. Опёрлась на стену. Провела рукой по лицу.

Что он делает? Почему смотрит так, будто видит её насквозь? Почему, вместо облегчения от конфликта, она чувствует возбуждённое напряжение — как перед прыжком в ледяную воду?

«Он просто враг. Враг, который играет. Не поддавайся.»

Когда вечером она нашла в комнате конверт — сердце сжалось. Рука дрогнула, когда она открывала его. Список студентов. Её имя. Программа обмена. Престиж. Редкий шанс.

И короткая записка. Почерк — мужской. Без подписи.

«Надеюсь, ты умеешь держаться на плаву, когда шторм не заканчивается».

Он. Конечно, он.

Это было предупреждение. Или вызов. Или оба сразу.

Он бросил ей перчатку — и в то же время поднял её на уровень, о котором мечтают. Подарок с лезвием внутри.

Диана положила бумагу на стол и посмотрела в окно. Ночь была тёмной, небо — глухим. Внутри снова зазвучал страх.

А если она не выдержит? А если всё это — ловушка, которая выжмет из неё всё и выкинет?

Но затем внутри вспыхнуло другое: злость. Гордая. Чистая. Спасительная.

«Если он думает, что может манипулировать мной как игрушкой, он ошибается. Я не уйду. Я не прогнусь. Я — не ошибка. Я здесь, чтобы остаться.»

И, как тогда, в первый вечер, она сказала себе вслух:

— Пусть попробует вытолкнуть меня.