Под охраной Ангела

Глава 5.1

Матвеев взял длительную паузу, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями, которые комариным роем звенели в черепной коробке. Пытался понять, в какой момент стал такой психически неуравновешенной личностью, но успехом этот мыслительный акт не увенчался. "Где юбку потерял, истеричка?" — в голове в попытке посрамить Алекса за никому не нужный всплеск эмоций раздался голос бывшего командира. Что уж тут скрывать, жёсткому капитану удалось добраться до него и вытрясти всю душу даже на другом конце земного шара. Алекс крепко сжал зубы, кляня себя за то, что секунду назад не смог сдержаться и проявил непозволительную слабость. Парень бесшумно выдохнул, опёрся руками о край подоконника и, склонив голову, с силой зажмурился. Оставалось ещё потрясти головой, чтобы избавиться от неприятных осознаний.

Он не ломался в экстремальных условиях, когда над головой свистели пули, но какая-то девушка из клуба смогла задеть его чувства и всего за несколько мгновений выбила из колеи, оставляя в полном раздрае. Идиот ли он? Точно, да. Последние слова хозяйки квартиры встревожили только через три глубоких вдоха — он уловил нестыковку, которая почему-то заставила заранее обрадоваться.

Ксюша стояла позади него и смотрела на широкую мужскую спину, обтянутую серой тканью футболки. Короткие рукава не скрывали мощные загорелые руки с серьёзными бицепсами. Если парень захочет, ему ничего не стоит свернуть ей шею, как крошечном цыпленку. Но у Дашкевич от этого не возникло ни животного страха, ни малейшего отклика волнения. Несмотря на бурную и, как ей показалось, совершенно необоснованную реакцию гостя на её близость, она не чувствовала, чтобы от него шла настоящая угроза. По крайней мере в её сторону. Дашкевич не знала: то ли крыша родительского дома давала ощущение полной безопасности, то ли Алекс совсем её не пугал. Возможно, сама перешла черту. Вот только какую? Они вроде обо всем договорились на берегу: одна ночь и никаких проблем.

Ксюша кусала губы до тех пор, пока не почувствовала металлический привкус крови. Оцепенение, не дававшее пошевелить ни одной конечностью, было вызвано скорее обидой, чем испугом — она к Алексу всей душой, а он царапается, как бездомный кот. Девушка протянула руку, чтобы коснуться мужского плеча и продолжить разговор, но вовремя остановила себя — не хватало ещё первой делать шаг навстречу после того, как парень взбесился. Она себя тоже не на помойке нашла!

— Только не говори, что это была ревность! — сцепив зубы, фыркнула Ксюша и сложила руки на груди, подцепив кончиками пальцев полотенце, едва державшееся на обозначенном месте.

Когда она выскользнула из ванны и увидела, что брюнет хозяйничает на кухне, была приятно удивлена и направилась к нему, совсем не подумав, в каком виде предстанет. Только сейчас собственное распутство начало смущать. Хотя, чего уж стесняться! Ведь именно этого Ксюша сегодня и добивалась — соблазнить красавчика с ангельской улыбкой. Только получалось пока с переменным успехом: парень вот-вот сорвется с крючка.

— Ревность? — Алекс медленно обернулся, смакуя предложенный вариант, сопоставляя его с внутренними ощущениями. Кажется, некоторое сходство всё же стоило отметить в отчёте саморефлексии.

Ксюша увидела его серьёзное, задумчивое лицо и не смогла сдержать улыбки — он был похож на её первоклашек в школе. Те всегда вырисовывали в тетрадях каждую букву с таким видом, будто решают проблемы мирового масштаба. Не меньше.

Матвееву хватило мимолетного взгляда, чтобы заметить каплю крови, застывшую на девичьих губах. Впервые за долгое время он испугался, как обычный человек, чувствуя резкий скачок сердца в груди и тяжесть, сдавившую лёгкие. Алекс молниеносно приблизился к девушке и, нежно обхватив ладонью её щеку, слегка коснулся губы подушечкой большого пальца. Ксюша громко засопела, не понимая, как реагировать на неожиданное вмешательство в личное пространство. Эта игра в кошки-мышки порядком выводила из себя.

— Чёрт... — парень отвернулся в сторону и шёпотом выругался на другом языке, непонятном для Ксюши — по крайней мере, он надеялся, что среди множества её сюрпризов нет знания арабского. Алекс слышал, как девушка шумно дышит: каждый её вдох и выдох, будто острым серпом резали по его совести. — Это моя вина! Прости! — сдержанно сказал он, снова взглянув в её глаза. Те не успели просохнуть от невыплаканных слёз. Он не хотел причинять боль. — Мне лучше уйти!

— Я надеялась, ты из тех, кто доводит дело до конца! — Ксюша грозно нахмурилась, разочарованная услышанным — эта жертвенность в его голосе раздражала. — Знаешь, если мне сегодня уже ничего не светит, ты скажи прямо. Моя самооценка пробьёт дно, потому что, наверное, ещё ни от одной девушки в одном полотенце не убегал любовник. Но обещаю, я смогу это пережить!

Матвеев коротко улыбнулся в ответ на её тираду и впервые скользнул жадным взглядом по ключицам, опускаясь ниже к ложбинке между грудьми. Тогда он невольно облизал пересохшие губы, и, овладев собой, вернулся к созерцанию её карих глаз.

— Тебе больно?

— Да, — она кивнула, честно признаваясь, — но я не умру от этого! Поэтому, если ты не против, давай прекратим об этом говорить! Если нелепая догадка о моём бывшем так взволновала тебя, что ты решился пустить первую кровь, то я хочу обезопасить себя на будущее и сказать, что у меня никого не было полтора года.

На её глазах парень изменился в лице. У него будто и плечи расправились, стали ещё шире, чем обычно.

— Полтора года? — это было не очень вежливо с его стороны, но Алекс позволил себе присвистнуть. — У тебя там ничего мхом не поросло?