Под пеленой огня и смерти

Пролог

Что за черт? Кто все эти люди?

Я стояла посреди выжженного поля, а в голове — звенящая пустота. Ни одной зацепки, ни единого воспоминания, будто кто-то аккуратно вырезал куски моей жизни раскаленным ножом. Память не просто стерлась — её выжгли.

— Какая, к черту, пелена?! — рявкнул парень, стоящий напротив.

Я назвала его Калебом. Сама не поняла, откуда это имя всплыло на языке, ведь я видела его впервые в жизни. Он выглядел разъяренным, диким, и эта ярость пугала меня до дрожи. Хоть и на вид он не был ужасным, внутри мне становилось дурно от одного его взгляда.

— На такое способны только соколы, — прошептал второй, черноволосый.

Он назвался моим братом, Тео, но для меня он был всего лишь незнакомцем с печальными карими глазами.

Парни судорожно оглядывались. Со стороны поселения доносилось лишь затихающее эхо криков. Там была война? Кровь, гарь, смерть — что здесь произошло? Страх, липкий и первобытный, сковал легкие. Я не знала их. Я не знала себя.

Ноги сами понесли меня прочь, к темной стене леса.

— РИТА! СТОЙ! — ударило в спину чьим-то отчаянным криком.

Я бежала, не разбирая дороги, пока не услышала за спиной тяжелое, стремительное дыхание. Обернулась на бегу и закричала так, что птицы с шумом сорвались с веток. На меня несся белый волк. Огромный, пугающий зверь с горящими глазами.

Три секунды — и я уже на дереве. Вцепилась в самую верхушку, обдирая ногти в кровь. Сердце колотилось так быстро, что в ушах стоял сплошной гул. Волк замер внизу, подняв голову.

— Слезай, сокол! — прорычал он.

У меня подкосились колени. Звери не разговаривают. Этого просто не может быть!

В следующее мгновение его тело окуталось серой дымкой, и на месте хищника снова появился тот самый альбинос — Калеб.

— Слезай, прошу тебя, — его голос теперь звучал почти умоляюще.

Я яростно замотала головой. Нет. Я боюсь. Я до смерти боюсь всего, что здесь происходит!

К дереву подбежал Тео вместе с каким-то мужчиной. Они задрали головы, глядя на меня, как на безумную.

— Бога ради, Рита! — выкрикнул Калеб, и в его голосе было столько боли, что мне на секунду стало не по себе. Что я могу поделать? Я не имею ни малейшего понятия кто он, и что происходит.

Мужчина резко развернул Калеба к себе, его пальцы впились в плечи парня:

— Что с ней случилось? Почему моя дочь в таком состоянии?!

— Пелена... — Калеб зажмурился, будто от физического удара, и резко развернувшись, зашагал прочь. Его кулаки дрожали, а сбитое дыхание было слышно даже с моего ракурса с дерева.

Тео, мой названный брат, сделал шаг вперед, не сводя с меня глаз.

— Слезай. Мы не причиним тебе вреда, Рита. Шла война... между охотниками, нами — соколами — и оборотнями. Калеб — твой возлюбленный. Неужели ты совсем ничего не помнишь?

Но я молчала. В моей голове не было ни любви, ни войны. Я не знаю никакого Калеба, Тео и других. Я своего имени не помню, не то, что окружающие меня события.

Огонь со стороны домов стал медленно угасать и оттуда в буквальном смысле бежали люди с завязанными глазами. Они бежать в лес, по полю, лишь бы скрыться. Они виновники или жертвы?