Под покровом астры

Глава 4

Сайрес

Что же мне теперь делать?

Я прислонилась затылком к дереву, под которым сидела и промассировала виски пальцами. После неоднократных попыток расслабиться, не увенчавшихся успехом, я силилась сосредоточиться на дальнейших целях. Получалось это не особенно хорошо, в частности, потому что никаких целей то и не было. Стоило преодолеть преграду в виде особняка Дарквудов, как меня тут же окрылило идеей о свободе и независимости своих действий, только вот я запоздало поняла: каждое решение ведет за собой последствия и мой побег когда-нибудь сыграет против меня самой.

Конечно, возраста самостоятельности я давно достигла и могла ходить по улицам спокойно, не опасаясь стражников. Но унять мои взвинченные нервы этот факт отнюдь не мог. Свобода – это конечно хорошо, но что с ней делать, когда тебе некуда податься? Дома у меня нет, денег, еды и прочих запасов едва хватит на пару дней. Для работы у меня слишком мало умений: без связей и хорошего опыта в работе никто не примет меня даже на стажировку.

Мысли о дальнейшем будущем были неутешительны, поэтому оставалось сосредоточиться на настоящем. Предположим, во время похода я нахожусь со всеми в равных условиях. Здесь мне грозит и сулит все то же, что и остальным участникам. Однако судить о том, насколько поход рискован или опасен, я не могла, что крайне затрудняло положение дел.

Я вздохнула и покосилась на спящего рядом парня. Стефан явно знал куда больше меня, но наотрез отказывался сообщать подробности. Я надеялась, что так он пытается меня уберечь или не давать ложных надежд до прихода Сейди и ее компаньона, однако в глубине души я знала, что это не так. Мне было неприятно думать о том, что с Сейди Стефан связан куда крепче, чем со мной. Вероятнее всего, он не говорил мне только затем, чтобы девушка сама решила, что мне знать можно, а что нельзя.

Я пододвинулась и взяла в руки прядь его волос. Накручивая прядь на палец, я надеялась, что он не проснется. Винить его за скрытность было бессмысленно, ведь идея похода принадлежит Сейди, а значит и информацией распоряжаться должна именно она. Однако отрицать, что мне было бы приятно услышать подробности от Стефана, я не стану.

Парень всхрапнул во сне и перевернулся на другой бок, лишив меня возможности думать об этом. Тогда и я отодвинулась, снова опершись спиной о массивный дубовый ствол. Неровные кочки неприятно кололи кожу, но одеяло я подкладывать не стала. Сейчас куда важнее сохранить тепло ногам, нежели думать о комфорте.

Мы ждали Сейди и того подозрительного стражника уже около пяти часов. Сообщая мне время встречи, Стефан упоминал, что нам с ним придется подождать несколько часов. Причины столь раннего прибытия на место встречи он не называл, и я решила, что он хочет о чем-то поговорить. Однако он сказал лишь, что наши спутники придут в назначенное время, а пока что мы можем поспать и набраться сил на дальнейший путь.

Только вот он не подумал, что после самого грандиозного побега в своей жизни, о котором я мечтала со времен младшей школы, меньшее, чего мне захочется – это спать.

Я сложила руки на груди и снова посмотрела на Стефана. Нагрудные ремни ослаблены, Руки мирно лежат вдоль тела, нагрудные ремни ослаблены, а дыхание мерное и слегка сиплое – парень спал как убитый. Мне до безумия хотелось дотронуться до него, спросить, что происходит и как мне теперь быть со всем, что я натворила, но рука не поднималась будить его. Должно быть, Стефан только вернулся с рабочей смены и снова не спал несколько ночей. Уж чему-чему, а его целительской деятельности не позавидуешь.

Мало того, что на его плечах и так лежала ответственность за сотни раненных и больных солдат, так в последнее время его все чаще вызывают для инструктажей и снабжения медикаментами войск. Однажды, когда мне удалось выбраться из дома на пару часов, посыльный нашел Стефана прямо в лесу и велел всем врачам срочно собираться на противоположной стороне города. Несколько часов изнуренного бега без припасов, медикаментов и должной подготовки кого угодно могли выбить из строя. Но только не Стефана.

Держу пари, что после этого он еще в одиночку отбивался от вражеских солдат и поднимал на ноги десятки раненных, жертвуя собственным здоровьем. За последние месяцы, что участились нападки Льюиса, парень исхудал и даже темные круги под глазами считались чем-то обыденным. Он все чаще выглядел усталым, носил изношенную одежду и забывал приводить в порядок растрепанные волосы. Однако нельзя не отметить, что мускулов у него тоже прибавилось. Бег и усиленная боевая подготовка давали о себе знать.

Вдруг я кое-что вспомнила, и мое сердце пропустило удар. Дрожащими руками я схватила свою сумку и перевернула ее вверх дном, напрочь позабыв о тишине и скрытности. Все взятые с собой вещи вывались на землю, и я стала перерывать их пальцами в поисках одного единственного…

Я выдохнула, убедившись, что не оставила этот предмет в поместье Дарквудов. Сейчас находка лежала на моей ладони и приятно холодила кожу. Я пропустила длинную золотистую цепь между пальцев, и мой взгляд уперся в драгоценный камень, чуть поблескивающий в лунном свете.

Стоимость украшения я оценить не могла: знала лишь, что как бы плохо мне ни было, и насколько бы я ни была истощена – я не продам его. На первый взгляд оно выглядело совершенно обычным: прозрачный кристалл, окантованный золотистым металлом и длинная цепь. Только вот была в этом кулоне одна деталь: в темноте выточенный камень превращался из прозрачного в ярко-сиреневый, почти алый кристалл.

Магия ли это или обыкновенное свойство какого-нибудь редкого металла я тоже не знала. Ожерелье досталось мне от родителей и Дарквуды все еще не отняли его у меня только потому, что каждый из их знакомых знал, что с этим украшением на шее меня когда-то нашли посреди леса. Увидь кто-нибудь, что это ожерелье не при мне, и о Дарквудах тут же поползут слухи о мелочности и жадности. Только поэтому я смогла сохранить украшение, хоть практически никогда не носила его дома.