Под приютом мира

Пролог

Странно. Я всегда думала, что буду путешествовать всю свою жизнь. Пусть в детстве я и не особо любила гулять и выходить из дома, но в какой-то момент это стало неотъемлемой частью моей жизни. Я даже успешно вступила в один из отрядов гильдии исследователей, чтобы посещать неведомые ни мне, ни кому другому закоулки.

Но после того как мне пришлось устроиться в фито-бар, я чувствовала, что нахожусь не на своём месте. Посетители приходили и уходили, рассказывали, о погоде, о мелких зверьках, о том, как вчера они побывали в горах, с которых открывается восхитительный вид на цветущую поляну. Приходили и авантюристы из соседних городов и деревень, и по их лицу было видно, что они счастливы странствовать. Я кивала и улыбалась слушая их истории, смешивала им настои, но с каждым разом мне всё труднее было сдерживать эмоции. Гильдия до сих пор не проводила набора участников и я была готова бросить всё и стать авантюристкой в одиночку. Но предупреждения моих друзей и близких и осознание того, насколько это опасно, останавливали меня от импульсивного решения.

Обычно успокаивающие запахи трав с каждым днём всё больше начинали казаться мне пресными и привычными и от того наоборот раздражительными. Я уже знала наизусть как они раскрываются в горячей воде, в холодной, какой вкус создают при сочетании друг с другом или в соло. Знала постояльцев, и их предпочтения. Всё в моей рабочей рутине было привычно, а удивлялась я лишь проделкам пьянчуг, которые путали фито-бар с таверной.

Тогда, в юности, я вступала в гильдию исследователей не ради стабильности или славы. Я хотела путешествовать. И с течением времени я ещё больше поняла насколько это азартное занятие: видеть новое, отмечать на карте места, о которых раньше никто не знал, идти туда, где ещё нет протоптанных троп.

Всего несколько месяцев назад я и представить не могла, что буду сидеть на одном месте больше недели. Тогда я чувствовала лишь удовлетворения от своего любимого дела. Дорога вызывала во мне устойчивое чувство правильности происходящего: всё шло так, как и должно. Усталость после долгих переходов воспринималась мною как подтверждение того, что день прожит не зря. Я отмечала это состояние, принимала, даже берегла, потому что именно оно служило доказательством того, что я на своём месте.

Наш отряд часто собирался полным составом даже туда, куда можно было пойти одной командой. Всё потому что мы были друзьями, нежели профессионалами.

В одной экспедиции мы шли по еле заметной тропе, обрамлённой высокой травой и редкими деревьями. По словам Демиана, перед нами раскинулась новая зона для картографирования – редкий лес аралии, по которому торговцы, если повезёт, ходят. Отряд состоял из более чем двадцати участников: тогда я всех знала поимённо, но сейчас вспомню лишь половину тех, кто запомнился своим ярким характером. Со стороны мы были похожи просто на толпу друзей, объединённые общей целью. И именно эта дружба делала нас сильными.

– Чоко, опять смотришь на карту вверх ногами? – поддразнивала меня Фейлинн, мельком бросая взгляд на лист, который я держала в руках.

Я улыбнулась, хотя внутренне всё ещё концентрировалась на зарисовке окраин и приятном ощущении, когда хаос постепенно выстраивается в порядок в моих руках.

Демиан шёл впереди, оценивая путь, и иногда останавливаясь, чтобы поговорить со своими закадычными друзьями.

– Крон, у нас есть все шансы внести наши имена в учебники истории! – воодушевлённо беседовал он. Именно в такие моменты были видны его приливы энтузиазма, но Крон, даже будучи его помощником, не разделял взгляды лидера, а лишь дежурно льстил. Смех был слышен лишь позади от тех ребят, которые вслушивались в разговор.

Но смеялись в основном не из-за перспектив, а из-за того, что мы были вместе. Командная атмосфера была дружной, почти домашней. Мы могли подшучивать друг над другом, спорить о том, какой тропой идти, но в нужный момент каждый действовал чётко и слаженно.

Я шла прямиком за Омарой – старшей девушкой в отряде, которая использовала такой же магический катализатор, что и я – диск. Разве что, мой ещё не был приспособлен к тем заклинаниям, которыми пользовалась она. От части дело было связано с устройством диска: в своём ядре её катализатор содержал редкий и ценный материал – космилит, который и позволял взаимодействовать с магическими потоками гораздо проще, чем любое другое вещество. Но и моего хватало, чтобы использовать базовые заклинания.

– Чоко, покажи, что у тебя получилось? – спросила у меня Рима, стоя рядом и заглядывая в мои заметки.

Я молча протянула ей свою полевую книгу с закреплёнными листами. Рима пробежалась взглядом по пометкам, а затем по округе, хмыкнула, кивнула и снова уставилась на свои чертежи.

– Как аккуратно, – сказала она наконец. – Лучше, чем у меня, – тихо завидовала она, склонив голову, – Каждый раз поражаюсь твоему вовлечению.

Я смутилась и пожала плечами. Я помню тот переломный момент, когда я поняла, чего хочу. Это было несколько лет назад, когда я была маленькой девчушкой, а мир казался мне слишком большим и чужим.

Я шла по узким улочкам незнакомого города, сжимая в руках маленький чемодан, и мне хотелось только одного – вернуться домой в деревню к игрушкам. Высокие дома казались стенами тюрьмы, запахи уличной пряной еды давили на нос, а толпы прохожих вокруг только раздражали. Я ворчала на родителей за то что они взяли меня с собой, и постоянно спрашивала когда мы уже поедем домой, но, конечно, они не слушали. Каждый мой протест растворялся в шуме города. Всё это казалось одновременно ярким и от того давящим, манящим и от того отталкивающим.

Но одним вечером они повели меня за черту города смотреть как небосвод переливается от бликов колоссальных космический червей, которые бороздят в мезосфере. Долго сопротивляться уловкам взрослых я не смогла, поэтому и пошла за ними. Тогда, в чистом тёмном поле, лишённом городских огней, на небе я увидела небывалых красот яркое сияние, которое заставило меня пищать от восхищения. Фиолетовые и бирюзовые волны скользили по небу мерцая, словно живые. Тепло, обволакивающее грудь, головокружение и чувство лёгкой тяжести вдоха – всё это одновременно пугало и завораживало меня. Свет космилита в хитине небесных существ пьянил разум, но я всё равно не могла сполна насладиться. Но, тем не менее, именно тогда я поняла, что впредь хочу путешествовать, чтобы узревать всё больше подобных красот природы, будораживших мои чувства.