Под снегом дышит весна

11 Любовь похожа на обман

Подложив под спину подушку, Влад лежал на широкой кровати, пытаясь смотреть в раскрытый учебник. Доносившийся из соседней комнаты смех жены и пришедших в гости подружек мешал и сбивал с мыслей.

Наконец, голоса стихли, из ванной послышался звук льющейся воды.

Альбина вошла бесшумно, короткий халат едва прикрывал ей попу, на голове возвышался тюрбан из скрученного полотенца. Не обращая внимания на Влада, сразу подошла к туалетному столику. Повертевшись немного перед зеркалом, взялась за пояс и медленно потянула его.

Влад смотрел на жену, не в силах отвести взгляда. А та уже скинула халат и стояла в чёрных кружевных трусиках и бюстгальтере. Затем неожиданно резким движением сдёрнула полотенце и взъерошила короткие светлые волосы.

Влад шумно вздохнул и отвернулся. Затем всё же спросил:

– Ну и зачем?

– А тебе что, не нравится? – Альбина подошла к окну. Усмехнувшись, положила руки себе на груди и начала потихоньку их сжимать. Затем нежно погладила живот и провела ладонью по бокам. Зацепившись большими пальцами за трусики, на секунду замерла, а затем медленно стала оттягивать резинку то в одну, то в другую сторону.

– Я ведь для тебя стараюсь, милый, – она смотрела с вызовом, на губах ехидная усмешка, а глаза холодные и злые. – Да ладно, брось, я же знаю, как ты хочешь заполучить это тело, хотя бы в мечтах. Мешали только мои длинные волосы. Ведь правда?

– Что тебе от меня надо?

– Ничего. Абсолютно ничего. – Альбина медленно повернулась к нему спиной и, подняв руки, завиляла попой.

Влад молча лежал, взгляд метался по её загорелому телу и, наконец, остановился на ритмично подрагивающих ягодицах. Вдруг округлая попка неистово задёргалась, её упругие половинки сначала весело подпрыгивали, а потом, устав, плавно закачались из стороны в сторону. Альбина виляла попой самозабвенно, словно пытаясь попасть в такт с биением его сердца, затем резко ускорилась, неожиданно замерла, и стала медленно-медленно поворачиваться.

Влад был готов к этому и, сглотнув, быстро закрыл глаза. Сердце бешено стучало, он всё ещё видел прямо перед собой тёмную фигурку. Постепенно она, словно фотография, начала проявляться, и вскоре на лице можно было различить довольную улыбку. Во всём её облике была ничем не прикрытая похоть, она отлично знала, что он до безумия жаждет её.

Скрипнула кровать, Влад поспешно раздвинул ноги и она, по-кошачьи грациозно переставляя ладони, подобралась поближе, уперев коленки в его пах. Её руки невесомо, едва касаясь, погладили его по внутренней стороне бёдер и, не останавливаясь, нырнули под рубашку, соединились на животе и поспешили дальше, исследуя уже его грудь, то с силой сдавливая её, то нежно теребя пальцами соски.

Он почувствовал горячее, прерывистое дыхание и тут же её руки бесстыже скользнули по его животу вниз. Влад не выдержал, обхватил ногами её бёдра и немного придвинул к себе.

– Я хочу твоих ласк, я хочу твоих поцелуев, – бормотал он, уже не сдерживая свои чувства.

Неожиданно раздался хриплый смех и острые коготки быстро-быстро побежали по его бокам. Подскочив, Влад толкнул Альбину в сторону, она не удержалась на постели и свалилась на пол.

– Дура, – Влад заметался по комнате.

Альбина лежала на ковре и хохотала, внимательно наблюдая за ним.

– Ну что, во всех подробностях её представил? Успел насладиться? Тебе только это и остаётся, потому что ты никогда не будешь ей нужен. Понял? А не нравится, можешь валить в свои Липяги.

– За что ты так ненавидишь свою мать?

– За что? Она отняла у меня любимого мужчину, вот за что! – Альбина, словно обиженная девочка, сжалась в комочек и всхлипывала, уткнув лицо в колени.

– Но женат я на тебе, – Влад рухнул в кресло и бросил раздражённый взгляд на жену.

– Да больно ты мне нужен! И маме плевать на тебя, ведь у неё был лучший мужчина на свете!

– Но он умер! – крикнул Влад и, вскочив на ноги, подошёл поближе. – Его больше нет! Мне надоело, что ты постоянно нас сравниваешь. Сколько можно? Знаешь, мне надоело быть его неудачной копией. Ясно тебе? Я не хочу, чтобы меня наделяли несуществующими чертами характера, к тому же покойника. И даже если это твой отец.

– Никто не любил меня так, как он. Я с чего-то решила, что если ты похож на него внешне, то и любить меня будешь так же сильно, как и он. Мне кажется, это просто сон. А когда настанет утро, он снова будет рядом. Только я не хочу, чтобы всё было, как прежде. Сейчас я бы его не потеряла.

Альбина уставилась на него, а затем, широко раскрыв рот, завыла навзрыд, захлёбываясь слезами.

– Можешь не стараться, не верю, – процедил сквозь зубы Влад и вышел из комнаты. В ванной, смочив лицо холодной водой, долго рассматривал в зеркале своё мрачное отражение. Широкие брови, нависающие над пронзительными серыми глазами, срастались на переносице и добавляли взгляду жёсткости. Грязно-жёлтого цвета кожа густо покрыта красными пятнами, на подбородке выпирает из кожи багровый прыщ.

Влад усмехнулся – он не строил иллюзий по поводу того, как выглядит – и вышел в коридор. Там шагнул было в сторону комнаты, но, махнув рукой, быстро выбежал из квартиры.

Некоторое время он простоял у подъезда, разглядывая редких прохожих и вытирая моментально вспотевший лоб, а затем медленно побрёл прочь от дома. Солнце било прямо в глаза, воздух обволакивал и давил на плечи. Дворы были пугающе пусты, у каруселей не слышны детские крики. Даже голуби курлыкали нехотя и лениво, прохаживаясь в тени деревьев.

Влад шёл по аллее, мимо бесконечного ряда старых вязов, задевая листву головой. Деревья, словно пристыженные великаны, печально склонили макушки и опустили ветви почти до самой земли. Дойдя до сквера, он выбрал на тенистой стороне лавочку и долго сидел на ней, не замечая ничего вокруг. Затем, не торопясь, гулял по улице, размышляя, как лучше вылезти из того угла, в который сам же себя и загнал. Идти домой не хотелось совершенно. Альбина была занозой в пальце – следовало давно её вытащить и выкинуть, но уж слишком глубоко она вонзилась в тело. А он упрямо ковырял и ковырял в ранке, которая ныла, не переставая. Иногда ему казалось, что проще оставить ситуацию как есть и ждать, когда вскроется нарыв.