Под своим именем. Глава 3. Оставь его, дядя Коля!

Часть 2. Под своим именем. Глава 4. Таинственный бородач.

Георгий Сергеевич Мгеладзе, в просторечии Гиви - как звали таинственного «бородача» - с законом не дружил с детства. В восемнадцать лет его чуть было не посадили в родной Кахетии за торговлю фальшивыми долларами. Сколько стоило «отмазать» отпрыска от тюрьмы отцу Гиви, всеми уважаемому адвокату Серго Мгеладзе в его родном городе никто не знал. Но спустя месяц после выхода из КПЗ Георгий Мгеладзе отправился покорять далекую Москву, имея в активе отцовское благословение и солидную пачку американских денег. Кроме того, отец задействовал свои связи и выхлопотал шаловливому дитяти российский паспорт. И действительно, не прятаться же гордому грузину от миграционной службы по подвалам и закоулкам.

Москва оказалась капризной барышней, постоянно требовавшей больших денег, а адвокатский сын не привык отказывать себе в дорогостоящих удовольствиях. Рестораны и ночные клубы быстро опустошили его кошелек и в один совсем не прекрасный для него день Гиви обнаружил, что остался без гроша. Профессии у него, не считая умения сбывать самодельные «баксы» не было никакой. Образования тоже, ибо за решеткой парень очутился, едва успев окончить школу. Правда имелись пара-тройка друзей-земляков, номерами телефонов которыми его снабдил предусмотрительный родитель. Но и тут горячего южного молодца ждал жестокий «облом». Содержать оболтуса никто из отцовских знакомых не собирался. Ему предложили торговать фруктами на рынке, работать официантом и даже крутить «баранку» такси. Но адвокатский отпрыск презрительно отмел эти унизительные, по его мнению, вакансии. И тогда, сказав на прощание, что на нет и суда нет, земляки оставили лоботряса в покое.

Вначале Гиви решил податься в альфонсы. Парень был неплохо сложен, в детстве увлекался плаванием, приобретя благодаря этому увлечению широкие плечи и спортивную осанку. Не удивительно, что он привык нравиться девушкам. Для солидности Гиви отпустил бороду и, как это часто бывает у южан, лицевая растительность его не подвела. Быстро отрастив стильную «эспаньолку», Гиви на последние деньги приобрел модную одежду и стал околачиваться у дорогих клубов, в надежде «подцепить» какую-нибудь одинокую особу бальзаковского возраста. Но тут ее величество фортуна повернулась к молодому пройдохе филейной частью туловища. Все дамы подходящего возраста, как назло, являлись на вечерние кутежи в сопровождении строгих кавалеров и их мускулистых охранников. За несколько недель своего скитания «по мукам» Гиви лишь поистрепал одежду и приобрел унылую физиономию, на которой все отчетливее проступало щемящее чувство голода. Его совсем недавно модные «рванные» джинсы превратились в настоящие обноски и однажды одна шикарная дама в сверкающем в свете неоновых реклам платье бросила к его ногам зеленую купюру.

- Купи себе поесть, бедняжка, - томно произнесла она и ухватив под руку своего спутника устремилась к ожидавшему их лимузину. Выругавшись на родном наречии, Гиви хотел было пройти мимо, но тут в его животе что-то глухо заурчало, и парень резво нагнулся за банкнотой. Голод, как известно, не тетка. В конце концов осознав, что перед ним, собственно, есть, два пути: умереть с голода или срочно раздобыть наличность, парень решил податься в «щипачи». Но, вопреки его ожиданиям, воровская специальность карманника оказалась дело трудным и требующим определенных способностей, которых у начинающего вора не оказалось. Не случайно, в уголовном мире «щипачи» являются одной из самых уважаемых «профессий». Кроме того, в столице огромной России обладатели толстых кошельков в метро и автобусах не ездили. Первая же попытка вытянуть кошелек их кармана подвыпившего мужика, в вагоне метро на станции Коломенская, закончилась для Гиви увесистой зуботычиной. Ему еще повезло, что подгулявший пассажир не хотел связываться с полицией и отпустил незадачливого воришку восвояси.

Неизвестно чем бы закончились приключения молодого грузина на просторах российской столицы, если бы в один тоскливый осенний вечер, когда Гиви уныло бродил у какой-то пивной в надежде выклянчить у какого-нибудь завсегдатая сигарету, к нему не подошел хорошо одетый незнакомец. Внимательно осмотрев парня, мужчина молча кивнул ему на вход в пивбар. Гиви за время своей нищенской жизни научился по-собачьи понимать не только слова, но и жесты прохожих. Не раздумывая, он шагнул в светлый проем двери. Незнакомец, представившийся Владимиром Анатольевичем, свою фамилию называть не стал, а первым делом угостил парня пивом и сосисками. Дождавшись пока Гиви проглотил первую порцию угощения, Владимир Анатольевич велел официанту повторить заказ. Наевшись «от пуза», адвокатский сын глядел на своего благодетеля взглядом преданной дворняжки.

- А теперь, - велел ему новый знакомый, расскажи мне о себе. Подробно, нам спешить некуда.
И Гиви рассказал Владимиру Анатольевичу все, начиная со своих финансовых «афер». То ли выпитое пиво ударило ему в голову, то ли сказались месяцы одиночества, но парень говорил без умолку больше получаса. Владимир Анатольевич слушал не перебивая, а потом спросил, как бы между прочим:
- Хочешь к делу приставлю?
И добавил внушительно:
- Настоящему делу?

Гиви, который теперь был готов торговать не то, что фруктами, но и собачьими экскрементами, лишь часто закивал головой. В горле у него пересохло от волнения, и он очень боялся, что новый знакомый в последний момент передумает. Из пивной они вышли вместе, и Владимир Анатольевич отвез Гиви на своем черном «Гелендвагене» в недорогую гостиницу. На прощание он вручил парню небольшую стопку банкнот и дешевый кнопочный «мобильник». Затем уточнив имеется ли у него паспорт, велел снять номер.
- По городу не шастай. Питайся в бистро напротив – там дешево и не отравишься. Я скоро тебя найду.
И уже садясь в свое чудо германского автопрома, веско добавил:
- И не вздумай «слинять» отсюда. Накажу.

Гиви сразу ему поверил. Такой и впрямь найдет, хоть и в родной Кахетии, и накажет без всякого сожаления. К счастью, долго ждать ему не пришлось. Незнакомец позвонил Гиви на четвертые сутки и велел выйти в соседний скверик. Там Владимир Анатольевич явил себя парню в новом облике – полицейского майора и строго спросил:
- Про мобилизацию слыхал?
Про недавно начавшуюся войну и частичную мобилизацию Гиви, конечно, знал, хотя политикой интересовался мало. Ну убивают себе друг друга и пусть их, ему-то что до чужих «разборок». Но майор по имени Владимир Анатольевич думал иначе.
- Тебе уже девятнадцать? На фронт не хочешь?