Под твоей защитой

Глава 8 Злата

То, что сделал Белов, меня зацепило. Как-то так получилось, что с детства меня никто никогда не защищал. Братьев у меня нет. Родителям было не до того. Приходилось самой справляться. И даже выйдя замуж, пресловутой мужской спины, за которой могла бы спрятаться, не почувствовала. А вот сегодня ощутила в полной мере. Толком испугаться не успела, как в помещение внесся бешеный вихрь и разметал моих обидчиков в стороны.

А потом Белов прижимал меня к себе, успокаивал и гладил по волосам. Очень мягко, даже нежно. И это никак не вязалось с образом холодного, брутального мужчины. На пару минут я забылась в сильных руках, позволяя себе быть слабой и защищенной. Потом мой спаситель снова принялся раздавать команды, и я очнулась от морока. Но вот это ощущение надежной спины полностью не ушло, свернувшись теплым комочком где-то внутри. Нет, я все еще не готова доверять мужчине свою жизнь. Но разницу с бывшим мужем прочувствовала хорошо.

Дальше все происходит слишком быстро. И вот я уже в огромной машине, которая везет нас ко мне домой. Белов поднимается вместе со мной в квартиру. Собираюсь быстро. Складывать белье и одежду под его взглядом неловко. К тому же я не воспринимаю всерьез слова о том, что мне придется жить у него неделю. Да он и сам устанет от чужого человека на своей территории. Раз уж все равно собрался выставить охрану под моими окнами, я бы тоже могла остаться дома. За пару дней надеюсь уговорить мужчину. И в результате беру самый минимум вещей.

Комнату мне выделяют просторную, с огромной кроватью и шкафом. Все, что я взяла, умещается на одной полке. Разобрав сумку, выглядываю в коридор. Слышу шум из кухни и иду туда. Белов изучает холодильник. На этот раз он почти пуст.

— Что хочешь на обед? Сейчас закажу, — интересуется, окинув меня внимательным взглядом.

— Закажи лучше продукты. Что ты ешь: мясо, рыбу? Я приготовлю, — говорить ему «ты» непросто, но раз уж так получилось, глупо откатывать назад. Про готовку — мое осознанное решение. Пока я здесь, хотя бы так отблагодарю за помощь.

— Я тебя сюда не в качестве кухарки притащил, — недовольно хмурится Белов. Он весь какой-то напряженный или раздраженный. Что в общем-то понятно. Вряд ли рассчитывал на такую компанию.

— На самом деле, готовка меня расслабляет, — отвечаю примирительно. — Мне не сложно.

— Как хочешь, — обдает ледяным взглядом. Тоже начинаю злиться. С ним трудно общаться.

Продукты привозят быстро. Пока занимаюсь обедом, хозяин дома уходит в другую комнату и разговаривает по телефону. До меня доносится его приглушенный голос. Но как только накрываю на стол, Белов появляется на кухне. Аппетит у него отменный, судя по всему, моя готовка одобрена. Помню, что с голодным мужиком лучше не говорить. Жду, когда он насытится, и затрагиваю важную для меня тему:

— Утром к полдесятого мне нужно быть в кофейне. С десяти открываюсь. Я, правда, не могу не прийти, — пытаюсь донести до него.

— Как ты работаешь без подмены? — недоумевает Белов. — А если отпуск? Или больничный?

— Что такое отпуск, я уже не помню, — усмехаюсь мрачно. — И больничный тоже, — ловлю хмурый взгляд и пожимаю плечами.

— Хорошо, завтра я тебя отвезу, — слышу его решение и облегченно выдыхаю. Убираю посуду в посудомойку. Кухня здесь со всей необходимой техникой.

— Я могу воспользоваться душем? — интересуюсь, поворачиваясь.

— Естественно. В ванной чистые полотенца. Стиралкой тоже можешь пользоваться, — он как будто снова недоволен. Непонятно с чего? Шагаю в ванную комнату, захватив домашнюю одежду. Постоянно ходить в рабочей неудобно. Костюм я взяла самый закрытый: трикотажные брюки и футболку с длинным рукавом. Принимаю душ, смываю косметику. Сушу волосы и одеваюсь. Белье забрасываю в стиральную машину. После душа хочется выпить любимого травяного чаю, захватила его из дома. Вытащив пакетик из сумки, иду на кухню и на пороге торможу.

Белов все еще здесь, сидит за столом, изучая бумаги. Он тоже в домашних штанах и футболке. И эта одежда только подчеркивает тренированное тело. Невольно залипаю на выраженных мышцах плеч, груди. И вдруг понимаю, что мне хочется их потрогать. Провести ладонью по коже. Узнать, какая она на ощупь. Странное желание, неуместное совсем. В свою очередь мужчина пристально рассматривает меня. Медленно проходится взглядом с головы до ног. И заметно мрачнеет. Уже собираюсь ретироваться в свою комнату, чтобы ему не мешать, когда слышу:

— Чего застыла? Не стесняйся, проходи.

— Я только чай заварю, — демонстрирую пакетик. Он не отвечает, возвращая внимание бумагам. Быстро кипячю воду в навороченном чайнике. Заливаю травы. Можно идти к себе и наслаждаться. Но как-то неудобно не предложить.

— Будешь? — ставлю на стол заварочный чайник.

— Не любитель, — усмехается мужчина. Ничего больше не добавляет. Он будто хочет, чтобы я быстрее ушла. Шагаю к шкафчику, достаю чашку. Поворачиваюсь, случайно цепляю взглядом его бумаги. И узнаю ту, что у него в руках. Это листок, который оставил мне Кирилл, его брат. То самое зашифрованное послание. Резко передумываю прятаться в комнате. Сам меня сюда притащил, пусть терпит. Устраиваюсь за столом, наливаю чай. Отставляю в сторону, чтобы остыл. И протягиваю руку к листку:

— Можно посмотреть?

Пару секунд мужчина сверлит меня скептическим взглядом, а потом отдает мне бумагу. Внимательно изучаю ее, верчу в разные стороны. Какие-то странные символы, причем корявые. Впрочем, парень был ранен, нетвердая рука понятна. Несколько минут безрезультатно напрягаю мозги и наконец вздыхаю. Загадка так просто не дается. Для этого ее и шифровали, чтобы другие не смогли разгадать.

— Вы с братом в детстве в шпионов играли? — озвучиваю идею. — Может, у вас был свой шифр?

Белов недоуменно смотрит на меня, потом хмурится, уходя в мысли.

— Вообще, было что-то такое, — отвечает задумчиво. — Но сам шифр я уже не вспомню.

— Записи остались?

— Откуда? — произносит раздраженно. — Родители хранили детское барахло. Сейчас в их квартире живет Кир. Все там переделал, старый хлам выкинул.