Под Завесой. Семь Дней до Тебя

Жрица Завесы

«Если Завет станет ложью —
тело одного треснет.
А Завеса — заговорит вслух.»
(Свиток V, каменная запись, раскрытая впервые за 300 лет)

Храм пах благовониями, старыми книгами и тайнами, которые не хотели, чтобы их находили.

Элия шла по коридору.
Медленно.
В каждом шаге — вес.
В каждом повороте — сомнение.

Она знала: её вызвали не просто так.

Наставница Ирма.
Жрица Завесы.
Хранительница обетов.
Голос — как лёд.
Глаза — как серое небо перед бурей. Тяжёлые. Точные.

— Садись, — сказала она, не поднимая взгляда от свитка.

Элия села.
Руки — в карманах.
Сердце — в пятках.
И в ушах — стук.

— В последние дни Завеса ведёт себя… странно.
Ты чувствовала это?

— Нет, матушка, — сказала она.

Соврала.

Щелчок.

Не в воздухе.
Внутри.

На стене — трещина.
Тонкая. Почти незаметная.
Как паутинка.
Но она пульсировала.

Ирма подняла глаза.

— Правда?

Элия сглотнула.

— Завеса бывает переменчива… в дни Бездны.

— Завеса знает ложь, дитя, — произнесла Жрица. Спокойно. Как приговор.
— Особенно, когда она исходит от тех, кто уже услышан.

Элия опустила глаза.
Не дрожать. Не врать дыханием.

— Есть ли у тебя кто-то… кого ты прячешь?

Удар.
Прямо в грудь.
Словно сердце запнулось о собственный ритм.

— Нет, — сказала она. — Я одна.

Треск.

Трещина поползла по стене.
Как молния. Как предупреждение.
Ирма не заметила.
Но Завеса — услышала.

_______________________________________________________________________________________

Тем временем. Библиотека.

Каэр рухнул.

Без звука.
Без предупреждения.

На груди — отметина.
Кровавая. Яркая.
Словно кто-то оставил отпечаток боли.

Он задыхался.
Взгляд мутнел.
Рука дрожала.

Она солгала.

И он почувствовал это.

Её страх.
Свою боль.
Завесу, рвущуюся между ними.

_______________________________________________________________________________________

Храм. Комната Жрицы.

Ирма встала. Подошла.

— Ты дрожишь.

— Простите… Просто устала.

Холодная ладонь — на плече.
Как гранит. Как вес Завета.

— Я чувствую в тебе что-то новое.
Нерушимое. И опасное.

Будь осторожна, Элия.
Завеса любит правду.
Но разрывает тех, кто врёт себе.

И — отпустила.

— Иди.

Элия кивнула.
Вышла.

Сердце билось так громко, что, казалось, его слышала вся Теарна.

_______________________________________________________________________________________

Библиотека.

Она влетела, захлопнула за собой дверь.
Каэр — на полу.
Пальцы в крови. Губы — в тени.

— Нет… нет, нет, — прошептала она. — Я просто хотела защитить тебя…

Он открыл глаза.
Бледные. Тёмные. Живые.

— Ты… солгала.

— Я должна была!
Если бы я сказала…
— Я чувствовал каждое слово.
Каждую тень.

Она прижалась к нему.

— Прости. Я не знала, что…

— Завеса… больше не тень.
Она — судит.

_______________________________________________________________________________________

И где-то в глубине Храма, в зале с каменным куполом,
свиток сам открылся.
На странице, где было записано не чернилами — кровью:

«Если Завет станет ложью —
тело одного треснет.
А Завеса — заговорит вслух.»