Под знаком Меркурия.

Обрубая канаты.

Рита терпеливо выждала, когда закончился заплыв Гриши с Женей, где они занимались, укрепляя её спину, и разогревая мышцы во всём теле. Женя после бассейна в самом деле ощутила себя новым человеком. Так же, ей безумно нравилось наблюдать за Гришей в воде, и то, каков он в роли тренера. Специалист.

Довольные отправились к дому Жени, где Гриша пробыл час, а после вышел, направляясь к себе домой, где его, по сообщениям матери, потеряли.

- Привет, - Рита вышла из-за поворота, измученная за время выслеживания и предчувствия разговора тет-а-тет с Гришей.

- Привет, - Гриша удивился внезапному появлению Риты, которая никак не могла случайно оказаться в его районе. Вообще не по пути, зная где она живёт и какие обычно посещает места.

- Я видела вас. С каких пор тебе нравятся девушки на инвалидных колясках? – руки Риты дрожали, она боялась сказать что-то не то, от того голос звучал тихо.

- Ты думаешь, что это как-то запрограммировано, чтобы сказать об определённом часе и минуте? – Гриша шёл к остановке, Рита следовала рядом.

- Она была ещё тогда, когда мы встречались? – Гриша остановился, резко остановилась и Рита, блестящие тёмные волосы всколыхнулись, упав на плечи.

- Я встречался с тобой. Никого другого не было.

- Как мне тебе верить? Наплёл невесть что про свою проблему, якобы психология. А что если, ты спал с ней втихомолку, а мной прикрывался? – Рита не соображала, столько мыслей толкнулись вперёд, что она не успевала их анализировать. Обида и ревность подначивали ещё сильнее к необдуманному.

- Я не прикрывался тобой. С Женей я познакомился после. Да, ты и я были тогда в отношениях, но Женя была моим другом. И если бы не твой перерыв, я бы не прозрел.

- Ты спишь с ней? – в глазах Риты жгли слёзы об упущенном, Гриша больше не смотрел на неё как на желанную, она будто была для него посторонним человеком. Но его глаза блестят, на щеках красные пятна, будто после изнурительной тренировки. Рите не составляло труда узнать из-за чего губы такие красные, а на шее едва видимый кровоподтёк, уходивший к воротнику футболки.

- Рит, я слышал, что у тебя есть парень, попробуй заметить его, довериться ему. Ну не получится у нас с тобой ничего.

- Я хочу быть с тобой… - Рита покачала головой, отчего волнистые локоны красиво запрыгали. – Я совершила ошибку… - взгляд извинения и глубокого сожаления.

- Я люблю её! - обрубать так без полутонов.

Рита как оглушенная побледнела.

- Она же…

- Что, она?

- Она без ног… - Рита видела отсутствие части ног ниже колена.

- Да, она без ног. Что ещё хочешь добавить из подмеченного?

- Ты… извращенец?

- В твоём понимании видимо да.

- Я ничего не понимаю… - Рита приложила руку ко лбу, в самом деле путаясь от предоставленной информации.

- Рита, чего ты мечешься? Я не хочу от тебя отмахиваться, поясняя простые вещи. Нас нет. Прими это. И шагай в новую жизнь. Люби и наслаждайся жизнью.

Рита поджала губки, отведя взгляд на клумбу с цветущими бархатцами около стоматологической клиники.

- Хорошо… - кивнула девушка. – Раз так… Раз у тебя всё серьёзно с ней, ты прав… Обнимемся, напоследок? – выглядела она как ребёнок, которому не дали конфету, а плакать напрочь запретили.

Гриша приобнял Риту, девушка прижалась, и сама же резко отпрянула.

- Всего тебе самого хорошего, Гриш.

- И тебе, Рита, - на этом они разошлись по разным сторонам.

Через месяц Гриша узнает, что Рита уехала в Москву, переведясь в столичный универ, проживая вместе с тем самым Максимом.
Но в этот вечер, Гриша не переживал о Рите, предчувствуя, что её жизнь сложится как надо. Она никогда не славилась глупостью.

- Я дома, - Гриша заявился в дом, где его ждала мать, волнуясь почему сын не ночевал дома, даже несмотря на то, что он написал о том, что с ним полный порядок. Но ведь материнское сердце чувствовало где и с кем проводит ночь её дитя. Как не переживать?

- Наконец-то… - Анастасия встала как вкопанная и бледное лицо побледнело сильнее. – Что с тобой случилось? – руки потянулись к ссадинам около брови и губы.

- Ничего страшного, - и внезапно Грише вспомнился Паша и жгуче неприятная мысль буром въелась в мозг о том, что Паша мог прийти этим вечером к Жене. Тревожный звонок ни к месту.

- Это с ней связано?

- Что за шум? – в гостиную присоединился глава семейства.

- Посмотри на него!

Михаил посмотрел.

- Бывает. Живой же.

- Ты с ума сошёл? – Анастасия округлила красивые тёмно-голубые глаза. – Он дома не ночевал, избитый…

- По физиономии не скажешь что страдал от пыток. Ему нормально, значит всё обошлось. Обошлось?

- Обошлось, бать, - улыбнулся Гриша, чувствуя поддержку.

- Ты хоть знаешь где он ночевал? – наседала мать.

- Где ты ночевал? – спокойно спросил отец.

- У Жени.

Анастасия села в кресло, переводя учащенное дыхание. Она ведь так и не дошла до разговора с мужем о влюблённости сына.

- Какие тебе ещё ответы нужны? – улыбнулся мужчина, коснувшись игриво кончика носа жены, не догадываясь какие бури штормят в женской душе.

- Спроси у него про эту Женю.

Михаил снова перевел взгляд на сына, ожидая пояснений, чтобы их впечатлительная мать семейства наконец-то отвела душу.

- Женя – моя девушка.

- О. Ну не растерялся. Расстался, новую завёл. Знаем такое.

- Да скажи ты ему уже! – требовательно повысила голос Анастасия.

- Да какая тебя муха укусила? – мужа самого начало раздражать непонятное поведение жены. Странная она была последние дни, крепко странная.

Гриша стоял, смотря на мать добрым, но пустым взглядом. Чем-то она напоминала ему Риту, считавшая Гришу извращенцем. Пусть и отец знает, к чему таить? Не секрет.

- У Жени нет ног ниже колена.

- У него акротомофилия! – тут же встала с кресла Анастасия, подорвавшись к мужу. – Это значит, что его возбуждают люди, у которых нет конечностей.

Михаил с взволнованной жены перевёл немой взгляд на сына, всем видом подтверждавший то, о чём говорила его мать.

- Эта девушка инвалид… Сегодня ему Женя понравилась, а завтра… - Анастасия отвернулась, осознавая, что всем высказанным заводит себя в тупик. - Я не за него переживаю, понятно вам! А за неё!

- Что ты несёшь? – проговорил спокойно Михаил. – Зачем ты переживаешь за неё?

- Она думает, что я с Женей только ради секса. Тупо акротомофил.

- А ты уже спал с ней? – Анастасия резко обернулась, но ей не требовался ответ, взгляд Гриши не скрывал сей факт.

- Правда? – Михаил было доступно одно, каша заварилась серьёзная.

- Да, - подтвердил Гриша. – Я понимаю, что она на инвалидной коляске, и я понимаю, что нас ждёт с ней впереди, где я буду её главной опорой. И знаешь, - он обращался к матери, - меня это не пугает. Я не сбегу, потому что она не проблема, а любимая мною женщина! Почему ты не увидела во мне этого раньше, что я надежный мужчина. Вроде вы меня воспитывали, но сейчас не важно, за что переживаешь ты. Я свой выбор сделал. Ни ты, ни кто-либо не сможет на него повлиять!

- Не слишком ли быстрая у вас любовь свершилась? Ты с Ритой вот-вот только расстался! – Анастасия не отступала от своего.

- Никогда не видел, чтобы у любви были определенные временные рамки по возникновению и продолжению.

- В самом деле, ты говоришь ерунду, - муж высказал жене. – Наш Гришка не дурак. Хватит тебе его около своей юбки держать, когда он давно её отпустил.

- Бать… - взгляд Гриши загорелся надеждой от поддержки отца.

- Познакомь что ли! А то девчонку соблазнил, а я это узнаю в истерике.

- Познакомлю, - улыбнулся Гриша и не сдержавшись, обнял отца. – Спасибо, па!

- Ладно. Тебе бы поесть, и сейчас в гараж пойдём, твоя подмога нужна, - но всё это было лишь прикрытие в виде подмоги. Им стоило поговорить по-мужски.

- Без проблем, - Гриша улыбнулся, только хотел что-то сказать матери, но та скупо плакала, он сожалеюще повел головой и направился в комнату. Пусть успокоится, женщинам лучше проплакаться, так их мозг яснее работает.

Когда Гриша исчез из гостиной, Михаил обернулся на жену.

- Ты с ума сошла! – прошептал он едва слышно. – Даже не думай его вразумлять! Взял на себя ответственность – осилит!

- Ты хоть знаешь как это тяжело! А что если он не справится?

- Да откуда в тебе столько уверенности в провале? Ты хоть её знаешь, чтобы что-то говорить?

- Я её видела! Та ещё лиса!

- Вот когда поговорим с ней вместе, как полагается, за ужином, за семейным столом, вот тогда и выводы будем делать! Ты разве не видишь какой он счастливый?

Анастасия замолчала, перечить мужу пропащее дело. Он ведь сам пока не убедится в увиденном, ему без толку что объяснять.

- Будет ужин. Пусть будет ужин!
____

Женя продолжила работу с портретом мамы Гриши. Как бы ей не было неприятно вспоминать их диалог, всё же, Гриша хотел сделать маме подарок. К чему переходить на личные обиды? Да и разве девушка не понимала её, как маму? Понимала конечно. На этой ноте, Женя позвонила своим родителям, снова обрадовав хорошим настроением и частым смехом над папиными шутками. Обещали приехать на выходных, Женя в этот раз ждала их с особым рвением.

Рука с кисточкой замерла над правой бровью Анастасии, когда раздался звонок в квартире. Женя почувствовала сразу, что это не Гриша. Не ошиблась.

- Привет, - с синяком под глазом стоял Паша.

- Привет. Пришёл за добавкой?

- Некому добавлять, - Паша видел, как Гриша ушёл.

- Появится.

Паша присел на тумбу в прихожей.

- Он же пацан совсем, - хоть и по-дружески, но сыпал на рану соль. – Думаешь, нашла опору в нём?

- Мм, то есть, мне стоит обратить внимание на того, кто со мной был все эти годы верно и преданно?

- Все эти годы меня не было рядом с тобой, ты права, но не было и дня, что бы я не думал о тебе, - Паша смиренно смотрел на Женю, приткнувшись затылком к стенке вешалки. – Я всё время вспоминал, как сглупил и не уделял тебе должного внимания. Как пропустил сквозь пальцы собственное счастье вместе с тобой. Я ни о чём не думал, пока не появилась ты в моей жизни. Все эти шесть лет я мучился и жил только одним желанием – поставить тебя на ноги. Подарить то, что отнял. Я просто хочу всё исправить…

- Ты не виноват. В том, что у меня нет ног – ты не виноват! – Женя давно это осознала. Нельзя было во всём обвинять Пашу. Это несправедливо.

- Женя… - Паша присел около коляски, склонив голову к коленям. – Я не могу думать о других девушках, у меня была возможность создать семью, всё разрушил, потому что не любил её. А без любви никак… Ты ведь как ворвалась в мою жизнь, так всё там и взорвалось, устанавливая новый порядок. А люблю я тебя… - Паша сжал плед, дыша горячим дыханием в колени Жени.

- Если любишь, то оставь меня в покое. Это моя просьба.

Паша медленно поднял взгляд на неё.

- Ну что ты в нём нашла? Я тебе уже ни за что не сделаю больно, а какая в нём уверенность?

- Я люблю его…

Паша потупил взор, в сердце ткнули мелкими иглами.

- Пообещай, что если вдруг, что если что-то произойдёт с его стороны, если вы расстанетесь, ты дашь мне об этом знать?

- Зачем тебе это?

- Потому что я стал другим человеком.

- Так живи, раз познал истины. Ты не можешь ждать момента, когда я стану свободной. Отпусти меня и не надо страданий.

- Позволь хотя бы заказать тебе протезы?

- Не надо, Паш. Ступай с богом, - улыбнулась Женя, расставив все точки окончательно.

Паша выпрямился, сжав рукой пальчики Жени, как всегда немного запачканные масляным пигментом.

- Я хочу, чтобы ты знала, если тебе понадобится помощь, у тебя есть человек, который бросит всё и сделает всё ради тебя.

- Спасибо. Освободи себя и наслаждайся жизнью. Обрети своё счастье.

Паша ничего не ответив кивнул и приоткрыв дверь, вышел.