Под знаком западной звезды

7

Именно в праздничные дни проще всего встретить соседей. Они приходят на человеческие праздники, чтобы посмотреть на веселье, увидеть людей, поговорить с ними или просто обогреться у теплого очага или костра. Мудрейшая не подняла глаз, когда кто-то подошел к костру и остановился рядом с ней, протянув к огню руки. Мало ли кому приспичит… И только голос, голос прекраснейшего из справедливых, заставил мудрейшую вздрогнуть и поднять глаза:

– Ты сегодня печальна. Почему? Ведь у вас праздник.

Мудрейшая пожала плечами. Какая разница. Он рядом, и это хоть на мгновение позволит ей оттаять.

– Ты не пришел тогда. – в ее голосе не было и следа эмоций. Только изложение факта.

– Когда? Ах, да… Я забыл. – он беспечно рассмеялся. Мудрейшая печально усмехнулась. Она все время забывает, что ее справедливый – не человек. Хотя кто только ей этого ни говорил! И тот, кто дает советы, в том числе… Было и такое. Похоже, в последнее время мудрейшая особенно привлекала внимание соседей.

Сегодня, в начале праздника, к мудрейшей подскочил один из молодых и шаловливых соседей, большую часть времени предпочитающий принимать облик лошади, и поинтересовался, почему это женщина здесь одна и не танцует. Она же не откажет в танце такому симпатичному кавалеру? Мудрейшая покачала головой и шепнула (против своей воли как будто):

– Я жду самого прекрасного справедливого на этой земле.

Уязвленный отказом сосед поинтересовался высокомерно: кто из соседей может быть прекраснее него? Мудрейшая поморщилась. Отвечать не хотелось, и уж точно ее справедливому не понравилось бы, что мудрейшая называет его самым… Наконец, женщина пошла на хитрость, чего раньше не позволила бы себе и с самым слабейшим из справедливых. Мудрейшая спросила – а что будет, если она укажет своему несостоявшемуся партнеру по танцам на самого красивого из справедливых? Тот так же высокомерно ответил: я вызову его, и в поединке мы решим, кто лучше!

Заметив в человеческом море тень Советника (который по каким-то личным причинам старался никогда не пропускать людские праздники), мудрейшая указала на него:

– Вот самый красивый из справедливых.

Справедливый, полный боевого задора и вожделения, а также желания помериться силами с кем угодно, взглянул туда, куда указала мудрейшая и сник. Не по зубам ему был, видно, этот орешек.

– Ты долго ждала меня? – поинтересовался справедливый, кажется, даже заботливо. Мудрейшая пожала плечами:

– Ночь. Я думала, что ты вспомнишь обо мне раньше, чем наступит рассвет. Думала, что это правда, то, что сказал Странник: даже сильнейшему из справедливых иногда может понадобиться общество мудрой женщины друидов.

– Не заставляй меня вспоминать, какие дела оказались важнее, чем встреча с тобой. Мои братья, кроме Странника, который действительно почему-то хорошо к тебе относятся, и кроме Советника, которому все равно, потому что ему никто не сможет послужить угрозой, были недовольны тем, что я позвал тебя в наш лес. Но я позвал, и от слова своего не откажусь.

Мудрейшая улыбнулась с деланной беспечностью. Кто бы подумал, что у справедливых в ходу те же глупые заблуждения, что и у людей? Ну, чем она, слабая женщина, хоть и наделенная силой, позаимствованной у богов, а также обладающая многими магическими навыками, может навредить справедливым? Особенно после того, как одна из их племени спасла мудрейшей жизнь и рассудок. И сына. Самое время сейчас рассказать ее справедливому о сыне. И что белоголовый оказался в самом деле очень почтительным сыном. Настоящим… Нет, бояться мудрейшую – значит, ничего о ней не знать. Поэтому Советник ее и не боится.

– Наверное, сестры меня тоже не одобрят. Как и братья, гостящие у нас время от времени, впрочем. Но я все равно приглашаю тебя к нам, в священную рощу Авалона…

Справедливый тихо рассмеялся, оценив иронию ответного приглашения. Мудрейшая не была единовластной главой Авалона, хотя ее слово учитывалось в первую очередь при приятии всех решений. Но одно дело – мудрый совет, ведущий к правильному решению, а другое – пригласить в священную рощу справедливого, пусть даже и самого прекрасного на этой земле.

– Почему ты пошла против мнения сестер, мудрейшая?

– Потому что я чувствую, что ты – друг. У меня было слишком мало друзей, чтобы я могла разбрасываться ими.

Здесь мудрейшая слегка слукавила. То, что она чувствовала, не было дружеской приязнью. Не зря же западная звезда незримо всходила на небосвод. Звезда безнадежной любви к бессмертному, к чужаку.

– У тебя было мало друзей? – удивился он. – Ты говоришь о моем народе?

– Нет, я не говорю о твоем народе. – мудрейшая брезгливо поджала губы, как всегда, когда собиралась говорить о чем-то неприятном. – Я говорю о людях. О тех людях, которые боятся меня и готовы сделать все, что я потребую, но порой плюются мне вслед. Это – расплата за мудрость, за силу проводника.

– Но это твой народ. Они такие же, как ты… - сказал сосед удивленно, а мудрейшая перебила его:

– Да. Но я для них – не человек, а ходячая воля богов. Мой народ выносит на мой суд все самое ужасное, что сумел сотворить, не стесняясь, желая только справедливого решения, и не думая, что друиды, со всем их могуществом и кристальной чистотой – тоже люди. Такая же, как все, часть народа. – В голосе мудрейшей звучала горечь. Но это была горечь не о своем народе. К глупости и непониманию, к жестокости и грязи привыкать было трудно. Мудрейшая так и не привыкла до конца. Она жалела себя, чуть рисуясь. О своем народе она говорила с горьким презрением высшего существа и справедливый не мог этого не почувствовать:

– Ты говоришь сейчас почти так мой темный брат, которого вы называете Советником. Вы, наконец, познакомились и нашли общий язык?

Мудрейшая горько рассмеялась:

– Да, мы познакомились. После того, как было совершено непоправимое. После того, как в руках Советника оказался меч… Советник пришел, чтобы похвастаться новым мечом. Он был по-своему счастлив, и ему хотелось поделиться своим счастьем с кем-то, кому нет нужды искать его мудрых советов…