Под знаком западной звезды

12

Мудрейшая изо всех сил пыталась казаться спокойной и безмятежной, вернувшись в общество сестер Авалона. Все, что произошло в эту ночь...… все это будет иметь приятное продолжение и непредсказуемые последствия. Однако и то и другое - личные –дела мудрейшей, не касающиеся даже самых близких из ее окружения.

Наверное, именно в этот день гости из Англси были даже кстати, если бы не довольно молодой и довольно нахальный брат, не умеющий себя вести, но стремящийся, при этом, выглядеть в наилучшем свете. Если верить ему, то все добрые окрестностей Англси собирались, и выстраивались в очередь чтобы попросить его совета и добиться его расположения. Мудрейшая относилась к рассказам молодого брата с некоторым сомнением. Ясно было одно (и это одно больше тревожило, чем успокаивало) этот братец неоднократно встречался с Советником.

Именно поэтому, должно быть, он не был удивлен, когда явились ученицы и доложили, что в священную рощу пожаловало несколько соседей и ведут неспешную беседу между собой, словно ждут чего-то. Мудрейшая пожала плечами. Никто не мог запретить соседям приходить в священную рощу, хотя раньше они сами избегали лесов, принадлежащих друидской общине. Значит, сейчас у справедливых была прямая необходимость быть здесь.

– Не обращайте внимания, а, лучше, считайте соседей нашими гостями.

Если им что-то понадобится от сестринской общины, добрые сообщат о своих просьбах. Юный же братец выказал желание пойти и взглянуть на соседей, мотивируя тем, что хочет встретить кого-нибудь из своих прежних знакомых - добрых. Мудрейшая позволила ему идти с девушками, ехидно хихикнув про себя. Если в разговоре с добрыми брат таков же, каков и в разговоре с сестрами, любому доброму будет мало радости встретить его вновь.

Братец вернулся обратно чуть ли не бегом, заявил мудрейшей, что один из справедливых, посетивших священную рощу - Советник. Помнится, мудрейшая высказывала интерес к его персоне и хотела на него взглянуть. Если мудрейшая пожелает, брат представит ее Советнику...

Мудрейшая, разумеется, пожелала. А как же иначе? Она действительно хотела взглянуть на Советника. Идти было не долго, около десяти минут. Силуэты под черными деревьями были едва различимы, и брат осторожно окликнул их:

– Советник! Я привел мудрейшую, она хотела познакомиться с тобой…

Одна из теней (а было этих теней две) шагнула вперед. Голос прошелестел насмешкой и легкой горечью:

– Кто здесь ищет Советника?

Мудрейшая проследила взглядом за тенью, приобретающей очертания и лицо, да так и застыла… Это был добрый. Тот добрый, что читал ей стихи и пел песни в ночь испытания. Но теперь он как будто повзрослел вместе с мудрейшей. Он выглядел зрелым и скорбным, но его фигура была гибкой и грациозной, а улыбка… Улыбка была полна света, такого, что впору зажмурить глаза с непривычки. Хорошо, что у мудрейшей привычка уже была. Привычка, которой должно было минуть вот уже десять лет.

Брат что-то залепетал о желании мудрейшей, а она смотрела в глаза справедливого и не знала, плакать ей или смеяться. Они были такие красивые, такие сияющие, эти глаза… Он повторил, кажется, уже более ласково:

– Ты хотела видеть Советника? Зачем? Тебе нужен мудрый совет?

Мудрейшая отрицательно покачала головой, не отводя взгляда от справедливого, и не понимая, что же, что…

– Нет. Мне было всего лишь любопытно. О нем много говорят.

– Любопытство – не самый тяжкий человеческий порок. Давай расскажем ей о Советнике, Странник. – последнюю часть фразы справедливый адресовал второй тени, скрытой за деревом и едва видной в свете луны. Тот медленно кивнул и подошел, чтобы присоединиться к разговору.

Брат перевел дыхание и уточнил:

– Он – Странник, а ты кто?

Справедливый назвал свое имя, и оно прозвучало для мудрейшей, словно падение капли на хрусталь, и звон маленького колокольчика, и переливы воды в ручье. Мудрейшая все не могла отвести глаз от лица справедливого, застигнутая врасплох этой совершенной, не тронутой временем красотой. Он был прекрасен. И он все-таки пришел к ней. Не забыл… Наверное, не забыл.

Из-за своего справедливого, того самого справедливого, мудрейшая в тот раз не уделила много внимания Страннику. Отметила его нетипичное для справедливых черно-белое одеяние и желчный тон, как будто справедливый специально вызывал мудрейшую на спор. В другое время, быть может, мудрейшая и поспорила бы с ним, но сейчас она смотрела на своего справедливого, говорила для своего справедливого. Самого прекрасного справедливого на этой земле.

Они говорили о многом. Говорили о людях и соседях. О ее мудрости, которая ничто перед знаниями справедливых. О разном подходе к жизни. Мудрейшей было очень сложно объяснить, что такое человечность. Почему-то это понятие полностью теряет смысл для нелюдей. Странник время от времени отпускал ядовитые реплики, но за всею показной, наносной агрессивностью мудрейшая видела его доброе сердце, огромное, открытое для всех достойных.

Именно Странник позвал мудрейшую в древний лес, и он принял ее там, как родную, как желанную гостью, когда она пришла туда. Именно Странник… Но тогда лишь малую часть внимания мудрейшая посвятила Страннику, провидцу, спасителю ее сердца и ее рассудка. Сегодняшняя ночь – особая. К мудрейшей вернулся самый прекрасный справедливый на этой земле.

Справедливые ушли незадолго до рассвета. Мудрейшая встретила восход западной звезды в слезах, понимая, что пропала, но что она могла сделать с собой? Это было невозможно – забыть его улыбку и голос, его грациозность и детскую наивность… Нет, мудрейшая не могла забыть его, хоть и понимала, что все… Дальше идти некуда. Тупик.