Подари мне покой

Глава 8

Жизнь в интернате

Алеся Мышкина уже полтора месяца училась в "Школе Юных Гениев."

Учёба давалась ей неплохо. Леся боялась пятничных тестов по всем предметам, как это было заведено здесь в летней школе, но оказалось, что теперь тесты писались только один раз в месяц, в последнюю пятницу, и только по пяти предметам: три обязательных (математика, русский, английский) и два предмета на выбор ученика (можно было выбрать даже физкультуру, музыку или рисование, чем многие с удовольствием пользовались). Ещё одно отличие от того, что было в летней школе, - это правило: суммарные результаты "месячного" теста являлись публичными только для первых десяти мест, которые студенты окрестили "золотая десятка." Войти в состав "десятки" на тестах считалось очень престижным, потому что первые десять мест получали денежное вознаграждение. Те, кто не вошёл в топ-10, получали свои результаты тестов на емайл.

Лесю такие перемены радовали. Еще больше её обрадовало то, что она, написав свой первый "месячный" тест в конце января, вошла в "золотую десятку," заняв девятую позицию. Что не удивило Алесю, так это стабильность первых топ-5: Деймонт, Черепанов, Сычёв, Лера, Ксюша.

- С самого начала учебного года они никому не позволяют вбиться в их пятёрку, - посетовала Слава Коршунова, занявшая шестое место. - Для меня уже становится принципиальным быть хотя бы пятой, а всё никак не пробьюсь.

Леся, в отличие от подруги, не мечтала о первой пятёрке. Её вполне устраивало девятое место. Мышкина бы даже сказала, что довольна своей учёбой и отметками, если бы не Сан Саныч, молодой, веселый, острый на язык учитель физкультуры, с которым у Алеси случился конфликт на ровном месте, настроивший учителя против Мышкиной.

Случилось всё на первом в третьей четверти уроке физкультуры. Алеся, собираясь в интернат, забыла взять спортивную форму. Летом физкультуры не было в сетке уроков, и Леся не подумала об этом. Она подошла к учителю, объяснила ситуацию, пообещала, что родители привезут спортивный костюм на выходных.

- Бывает. Не переживай, - успокоил ее тогда Сан Саныч. - Освобождаю тебя от занятий на эту неделю. Приходи после выходных в полном обмундировании.

Однако через неделю Алеся появилась на уроке снова без формы: родители не приехали, потому что заболела бабушка. Сан Саныч снова вошел в положение и разрешил не посещать уроки ещё неделю.

Когда же Леся наконец через неделю пришла на урок в спортивной форме и заняла своё место в строю одиннадцатиклассников, Сан Саныч, придирчиво оглядев её, возмутился:

- Мышкина, ты издеваешься надо мной? Что за обувь?

- Мама не нашла мои кроссовки, - пояснила Алеся, рассматривая белые летние конверсы-тапки без шнуровки на своих ногах.

- Ты читала вообще требования? - повысил голос учитель.

- Читала, - тихо ответила Леся.

- Там сказано "кроссовки"! - кипятился Сан Саныч.

- У моей обуви тоже резиновая подошва. Может можно в виде исключения в этом походить?

Лицо Сан Саныч начало покрываться красными пятнами.

- В виде исключения? Я тебе разрешил две недели не посещать мои уроки. Теперь, будь любезна, разбирайся с директором интерната. Ты в этом месяце будешь неаттестована по физкультуре. Я не могу нарушить технику безопасности и допустить тебя к уроку в таком виде. Покинь спортзал. Все остальные объяснения выслушает Владлена Аристарховна.

- Я схожу к директору, - вздохнула Алеся, сгорая от стыда, потому что неприятный разговор происходил перед всеми одноклассниками, - но это мало что изменит: родители уехали в Прагу, а потом улетят на отдых. Кроссовки нигде раньше марта не добуду.

- Выход вон там! - взревел обычно добродушный Сан Саныч.

Мышкина поспешила удалиться.

Она, конечно, посетила кабинет директора. Владлена Аристарховна связалась по емайлу с родителями Мышкиной, чтобы проверить правдивость её слов, потом уговорила Сан Саныча разрешить Алесе присутствовать на физкультуре в конверсах-тапках и аттестовать её за месяц, но отношения с физруком были испорчены. Он милостиво позволял Мышкиной сдавать некоторые нормативы и изредка играть в волейбол. Большую часть уроков физкультуры Леся проводила на скамейке у входа в спортзал. Это её не печалило, а, наоборот, радовало, потому что Сан Саныч никогда не упускал возможность подколоть Мышкину.

Из позитивного можно отметить то, что сочинение Мышкиной на английском языке заняло первое место в каком-то районном конкурсе и учитель английского языка, Инесса Павловна, пребывала от этого в неописуемом восторге.

В расследовании Алесиного сна подвижек не было. Слава и Леся объявили, что хотят изучать историю интерната, но доступа в архив не получили, хотя и намекали учителю истории на это.

Сны мучили Алесю не часто, но регулярно. Иногда это была неизвестная девушка с таблетками, а иногда Тоня Сапрыкина, умершая прошлым летом здесь, в школе-интернате. Тоня неизменно снилась такой, какой Леся её видела в последнюю встречу: печальной и обречённой. Сапрыкина во сне всегда сидела возле медицинского кабинета и просто молчала. Леся пугалась снов с Тоней Сапрыкиной больше, чем снов с незнакомкой.

Однако, какой бы не была ночь, утро Мышкина любила, потому что каждое утро она с удовольствием наблюдала за Деймонтом, Черепановым и Сычёвым, приходившими на стадион. Иногда, когда погода была сухой, с ними был Кирилл Константинович Кетыш, новый воспитатель с этажа мальчиков-сирот. Тогда они все бегали круги. Леся даже посчитала однажды: восемь кругов. Если же стадион был засыпан снегом, то ребята приходили без воспитателя и играли в снежки. За этим Алесе нравилось наблюдать больше всего. Мальчишки, хоть и взрослые, носились друг за другом, атаковали, притворялись ранеными. С высоты второго этажа такие битвы выглядели весьма комично и доставляли немало удовольствия Мышкиной. До тех пор, пока однажды утром, подойдя к окну, она не увидела внизу, напротив своего окна, огромного снеговика. Длинный нос-морковка, глаза из чего-то чёрного, ветки-руки. Даже тарелка на голове вместо шапки. Но самое примечательное было другое: на груди снеговика висел огромный лист картона, на котором гигантскими витиеватыми буквами было написано "С ДОБРЫМ УТРОМ, МЫШКИНА!" Даже с высоты второго этажа Алеся легко прочитала послание. Соорудивших снеговика и написавших послание на стадионе не было, но Леся не сомневалась, что это сделало "элитное" трио парней. Ей стало неловко. Мышкина поняла: её утренние наблюдения были обнаружены.