Подари мне рассвет

Глава 4

Спустя месяц ограничения с меня сняли. Хотя мадам Энора постоянно с подозрением косилась в мою сторону, пытаясь уличить в том или ином неприемлемом поведении, придраться ей было не к чему. Я усердно училась, не пререкалась и не перечила, что обычно раньше частенько случалось. Наоборот была тиха и покладиста. В конце концов ей больше ничего не оставалось, как ослабить контроль. И разрешить моей жизни вернуться на круги своя.

Свобода. Сладкое слово вновь вернулось в мой обиход. Конечно, в полной мере таковой ее сложно назвать, ведь по уговору, заключенному между мной и наставницей, на нее мне отводилось всего несколько часов между полуднем и четырьмя часами. Но и этого было достаточно, если учесть, что в это время за мной больше никто не ходил по пятам. Разумеется, узнай она о моем «маленьком» секрете в виде постоянных вечерних посиделок в спальне с неким молодым человеком, ее бы как минимум стукнул инфаркт, а как максимум она пристукнула бы меня, прямо тем самым толстым трактатом по этикету. Но к счастью Эноре ни разу не удалось его там застать. Так же, как и охране, регулярно патрулирующей территорию замка.

В глубине души я понимала, что поступать так нельзя. Нельзя пускать постороннего парня в спальню. Нельзя находится с ним наедине, к тому же одетой всего лишь в шёлковый халат поверх ночнушки. Нельзя учить играть его в любимые карточные игры личной дядюшкиной стражи или нельзя рассказывать ему байки, подслушанные у служанок, а потом лежать с ним рядом на теплом ковре, едва не соприкасаясь плечами и тихо смеяться, как и нельзя слушать чарующие рассказы о далеких для меня сказочных драконьих пределах, мечтая однажды, и непременно с ним, там побывать. Тем не менее несмотря на все эти «нельзя», отчего-то слушая его тихий смех, ловя мягкую, добрую улыбку, отражающуюся в удивительных фиалковых глазах, «нельзя» растворялось, превращаясь в нечто нужное и правильное. В нечто без чего я уже не могла существовать.

Вот и сейчас несмотря на то, что знала, что он обязательно придет ко мне сегодня вечером, я все же пошла к водопаду. С обеда и до вечера Дарэн был там. Дракон называл это медитацией. Говорил, что сила растущего там древа помогает ему на время устанавливать баланс.

Приходя, я неизменно находила парня сидящим с закрытыми глазами у корней древнего исполина. В такие моменты мне нравилось любоваться его сосредоточенным лицом и как по не скрытой рубахой спине, оживая, тягуче тянется вязь непонятных для меня символов. Вокруг него вспыхивала темная магическая аура, ее всплеск порой вызывал дрожь, настолько она казалась опасной, иногда эта аура сменялась странными всполохами по его телу. Будто темная чешуя хаотично покрывала участки оголенной кожи. Наверное, многим сия картина показалась бы мало приятной, да что греха таить – ужасной и пугающей. Однако мне наоборот хотелось протянуть руку и дотронуться дабы почувствовать, какая она на ощупь, эта магическая чешуйка.

Взобравшись по тропе на склон, я сразу увидела Дарэна. Осторожно подкравшись села напротив него на корточки. В очередной раз наблюдая за его медитацией. Сегодня она давалась парню особенно нелегко. Обычно он выглядел напряженным, а иногда изможденным. Но на сей раз было иначе. Лицо неестественно бледное, крепко стиснутые, словно от боли зубы, капли пота, стекающие по лбу. Его тело пробивала дрожь, Концентрация магии была на порядок сильнее чем обычно. Казалось, она извивалась вокруг него плотными темно-фиолетовыми змеями, готовыми в любой момент выйти из-под контроля и накинуться. Чешуя же практически не проступала. Лишь вспыхивала редкими росчерками на коже.

Внезапно парень распахнул глаза. Темные, словно бездонные омуты, они были наполнены той же магической силой, что витала вокруг него. Он смотрел куда-то сквозь меня, словно не замечая. Испугавшись, я протянула руку дабы коснуться плеча Дарэна. Определенно глупый поступок. Одним молниеносным движением он перехватил мою ладонь и больно сжал пальцы. Извивающиеся темные змеи дернулись в мою сторону, останавливаясь в считанных миллиметрах от лица.

А я даже не могла ничего вымолвить от страха. Только еле дыша смотрела, как тьма беснуется, пытаясь протянуть ко мне свои щупальца. Но вот дракон моргнул. И бездна в его глазах сменилась знакомым фиалковым цветом.

- Вайолет! - удивленно произнес он. Голос парня казался хриплым и простуженным. А еще полным горечи сожаления. – Прости, я напугал тебя?

- Ни капли... – так же хрипло ответила ему. Пытаясь, за бравадой спрятать то насколько потрясло меня увиденное минутой ранее.

Тьма растворилась, исчезая без остатка. Но вот то ощущение неминуемой смерти еще пробирало до костей. Было холодно и единственным источником тепла являлась его рука, по-прежнему сжимающая мою ладонь. Но уже бережно и чутко.

- Я почувствовал твой запах. Но не успел вовремя остановить силу. Чем ближе день третьего становления, тем агрессивнее она себя ведет. Поэтому я столько раз просил тебя не приближаться ко мне, пока нахожусь в процессе медитации.

- Мой… запах? – его слова смутили, и я даже повела носом пытаясь уловить, о чем он говорит. Конечно, прогулка по лесу — это своего рода физическая нагрузка, но уж не до такой степени, чтобы отчаянно пропотеть. Да и духами особо не пользуюсь.

- Ты пахнешь весенними цветами и теплыми лучами солнца. Первыми… после долгой зимы…

Окончательно вспыхнув, отвернулась. Этот парень единственный, кто способен так быстро вогнать меня в краску.

- Ты говорил, что для дракона важно обернуться до третьего становления. Почему?

- Всего три ступени. Первая это когда зарождается магическое ядро. Обычно его формирование начинается с рождения и заканчивается к годам шести. Магия – основа дракона. После формируется «душа», вторая ипостась, которая поглощает источник и сливается с человеческой оболочкой. Дополняя и усиливая друг друга. Так рождается дракон. – Дарэн облокотился спиной на ствол древа и запрокинул голову, грустно глядя на фиалковые соцветия. – Мой источник до сих пор растет. Магическая сила настолько велика, что не дает моей второй ипостаси полностью сформироваться. Теневая магия очень чувствительна ко всему живому. И порой я не в силах с ней совладать. Однажды я чуть не убил собственную мать. Знаешь, на что это было похоже? Словно я вдруг оказался посреди бездны полной тьмы. Она обволакивает, сковывая холодом и сколько бы не стремился из нее выбраться, сколько бы не шел, вокруг нет ничего кроме беспросветного мрака.