Подарки не возвращают

Глава 2. Пощёчины

Я совершенно не слышала, что говорили на совещании. Голоса, мягкие женские и густые мужские, сливались в неясный гул. К счастью, мне не задавали никаких вопросов, иначе я бы опозорилась. Северьян не сводил с меня глаз. Я пыталась прийти в себя, поднимала голову от листа бумаги, где от волнения рисовала диковинные цветы, и наталкивалась на его насмешливый взгляд. Его, кажется, забавляло мое смущение. Уверена, тоже не слушал. Отчим заметил, что мне неловко, прищурился и обратился к инопланетному гостю напрямую, позволяя мне перевести дыхание:

— Капитан Север, что скажете вы? Рабство — это унизительно и страшно, верно?

— Не уверен, — лениво ответил Северьян. — Я там был, мне понравилось. Не отказался бы повторить. Варрианки настолько обворожительны и прекрасны, что хозяйки из них получаются удивительно нежные.

Громко хмыкнул Джоханн Йориссон, пробормотал словно в сторону, но слышали все:

— Это как повезёт. Я на своей шкуре испытал все прелести жизни в подчинении женщины. Истерички и скандалистки, хочу заметить. Мне не понравилось.

— Как я понимаю, она вас ещё и насиловала? — с мнимым сочувствием покачал головой Бернард. Вид у него был самый сокрушённый, но в глазах плясали черти. Мы затаили дыхание, зная, что сейчас будет выстрел в самое сердце н’илунга. В конце концов, это наш козырь.

— Вероятно, сьенн Йоррисон был вынужден… подчиниться, — любезно подсказала домина. — Чип, как мы помним, на представителей вашей расы не действует. Сьенна Мильтон, несомненно, угрожала оружием… или опоила своего раба стимуляторами.

— Да с чего вы взяли, что я с ней спал? — рыкнул Йориссон. — Никто меня не насиловал!

— Стало быть, все было добровольно?

— Что «все»?

— Ну… мы все взрослые люди, верно? Совершеннолетние? — Бернард явно издевался над н’илунгом, и я прикоснулась пальцами к губам, скрывая неуместную улыбку. — У вас был секс с хозяйкой.

— Ну…

— Не отпирайтесь, мы все знаем, откуда берутся дети. К тому же мальчики и с тёмным цветом кожи.

Если бы домина прямо сейчас запрыгнула бы на стол и принялась раздеваться, сьенн Йориссон был бы поражён меньше. Он вытаращил глаза и зашлёпал губами как рыбка, выскочившая из аквариума.

— Дети? — прохрипел он.

— Мальчики, — повторил Бернард с очень довольным видом. — Темнокожие. Сыну сьенны Кирин уже три года. А вы не знали?

— Пожалуй, перерыв, — сжалилась над посеревшим Йориссоном домина. — Кофе? Чай? Элианна поможет разобраться вам с кофемашиной. Такая древность, конечно, вы привыкли к более продвинутой технике.

— Мне надо позвонить, — пискнула я, тут же вскакивая. — Сьенн Бернард покажет нашим гостям…

И я первой выбежала из кабинета, благо, что сидела недалеко от выхода.

Во-первых, я не хотела даже рядом стоять с Северьяном. Во-вторых — мне нужно было проржаться там, где меня никто не видит. В женском туалете, например. Ах, какое лицо было у н’илунга! Только Бернард умеет так изящно и красиво издеваться над людьми. У меня бы точно не получилось выдержать лицо. Ну а в-третьих, я и в самом деле должна была позвонить.

Набрала на наладоннике номер матери и сразу закричала нервно в трубку:

— Ты знала? Ты все знала, да? Не могла не видеть список делегации!

Тихий смешок и спокойное:

— Ну, он же обещал вернуться.

— Вы поэтому меня туда отправили?

— Варрианки встречают врага лицом к лицу.

— Он мне враг?

— Ну уж точно не друг.

— Мама, ты меня крупно подставила, понимаешь! — до меня начал доходить весь ужас ситуации, и я безнадёжно и тихо спросила: — Все знают о нас с ним, да?

— Да. Я сразу поняла, что Север неспроста стремится на планету. И сочла нужным рассказать домине, что он был твоим рабом и единственным мужчиной.

— Не единственным! — вскинулась я. — У меня были… ещё двое!

— Ты сама-то в это веришь?

— Мама, это не меняет того факта, что вы бросили меня как котёнка в речку! Нужно было предупредить!

— А ты бы согласилась?

— Нет, — вынуждена была признать я.

— Ты там не одна, с тобой Бер. Он не позволит никому тебя обидеть. И если тебя это утешит, Кирин Мильтон тоже не предупредили.

— Нет, не утешит. Бедняга Кирин!

— Бедные мы. Сколько она нам крови попортила… Вся в бабку. Вот помяни мое слово, далеко она пойдёт. Следующей доминой, я думаю, будет замужняя варрианка. А вот после неё — мать сына, не иначе.

— Думаешь, тётя Эжени вернётся на родину? — съязвила я вполне в духе Бернарда. — Я бы на ее месте сидела ровно на Земле. Там экономика лучше.

Мама снова тихонько усмехнулась и нажала отбой.

Я посмотрела на себя в зеркало. Разговор с родительницей успокоил меня. Она права. Я — оружие и часть команды. Я сильная и самодостаточная. Я варрианка, амазонка — так нас прозвали инопланетники. Никаких соплей, голову выше, Эллиана! Ты уже не вчерашняя школьница. Ты блестящая выпускница, лучшая из лучших. В свои неполные двадцать четыре добилась немыслимых высот, став младшим ассистентом домины. Это не только престижная должность, но ещё и неплохая зарплата, и залог отличной карьеры. А он — кто? Пилот? Торговец? Контрабандист поди. Даже не военный. Это он должен меня бояться, а не я его.

Подумаешь, мой первый и единственный раб! Подумаешь, бывший любовник! Подумаешь, обманщик и гад! Что нас не убивает, то делает сильнее, а я, как видите, вполне себе жива. И даже красивее, чем была в восемнадцать. Короткая стрижка мне шла. Лицо стало более изящным, пропала детская припухлость щёк. Военная академия научила держать осанку, я не только маршировала по плацу и бегала кроссы (через силу и со слезами), но ещё и занималась танцами и немного акробатикой. Смею надеяться, что сьенн, вернее, господин Север приятно удивлён моей красотой.

…

Умывшись ледяной водой, я немного поморгала, последний раз взглянула в зеркало, тут же забыв, что я там увидела, и решительно вышла на свою тропу войны. Раньше я не понимала, что каблуки — это оружие, а теперь знала точно. Равновесие, осанка и уверенность в себе — вот что дают красивые туфли.