Подарок для босса. С новым гадом!

Глава 6.

И–и–и…я убегаю из клуба, едва не потеряв голову. Богданов не думая идет за мной. На улице пурга. Ничего не видно даже на расстоянии вытянутой руки. Я щурюсь, пытаюсь сообразить куда бежать, но сильные мужские объятия рушат планы.

– Прогноз сбывается. Тебе не стоит в таком состоянии одной возвращаться в отель. Давай, я тебя провожу.

– Нет! – резко отвечаю я и отталкиваю Родиона.

Погода против нас, мой разум тоже против нас. Я хочу возненавидеть себя за глупые мысли. Они принесут мне боль. И не могу. Глядя на мужчину с глазами, которые погубили ни одну девушку, собираюсь сказать нагрубить и покончить с этим безумием.

Родион идет напролом. Притягивает к себе и целует. Неторопливо, со вкусом. Сладкий, мучительно долгий поцелуй превращается в бесконечный. Я обнимаю Родиона за шею и закрываю нас капюшоном его куртки. Мы в маленьком мирке посреди непроглядной метели. Даже сквозь несколько слоев одежды чувствую жар его рук, биение сердца. Мой взбесившийся пульс служит ответом на многие вопросы. В то время, пока наши губы впускают языки, и мы наслаждаемся моментом.

– Витаминка…– хрипит Родион мне в рот и топит в горячем взгляде.

– Мы сошли с ума…

Я приникаю к его губам и вновь затеваю игру. Он забирается мне под куртку, сжимает попку и карабкается выше. Ни холода, ни желания прекратить это всё. Только жажда большего. И прямо сейчас. Еще минута и я умру.

– Нам нужно уходить отсюда. – Шепчет босс, тесно прижимаясь ко мне всем телом.

– Да. Нужно. Но мы пойдем в разные стороны. Этот пункт сделки не был оговорен ранее.

– Ты то, что мне необходимо. Доза витамина. Не отпущу.

Его поцелуи пробивают мою броню. Я горю изнутри.

– Прогуляйся до бара, освежись. А мне надо покончить с приготовлениями к финальной вечеринке.

Упирается в меня лбом и кажется, я углубляюсь в снег по щиколотку.

– Твои слова как пули, Виолетта.

– Да, я меткий стрелок.

Богданов усмехается, нехотя отступает, и бирюзовые глаза сужаются. Не от ветра. Он здесь не причем.

– Еще увидимся.

Направляется по широкой, заметенной снегом дороге к домикам на холме.

– Конечно. – Говорю сама себе.

Меня сложно сбить с пути, однако ему удается. С трудом могу стоять и соображать. Вот так вселенная получает еще одну претендентку на звание «влюбленная идиотка».

Система оповещения передает сведения о циклоне. Скорость ветра достигнет тридцати метров в секунду. Я туже затягиваю шарф, спешу в клуб и заканчиваю беседу с менеджером и ди–джеем.

Обратно в корпус я иду дольше обычного. Всему виной непроглядная белая мгла. Когда добираюсь, то долго отогреваюсь в холле, болтая с администратором. Она рассказывает мне о Горгоне, о приключениях Эдика, который облевал весь унитаз прошлой ночью. Потом делится малюсеньким секретом насчет приезда родителей Богданова. Эта девушка в курсе всех новостей! При упоминаний Брянской, сразу же замолкает. Олька появляется будто бы кролик из шляпы. Мы синхронно оборачиваемся и всеми силами сдерживаем улыбки.

– Привет. Ты настолько сильно проголодалась или просто хочешь перепробовать все блюда местной кухни?

Она кривится. Плохая из нее актриса.

– Родион Сергеевич из–за тебя пострадал на склоне, проведаю его, накормлю.

– А, вон что, – я поджимаю верхнюю губу, – час назад я встретилась с ним в клубе, мы хорошо поговорили. Оказывается, он очень приятный собеседник. Договорились посмотреть кино.

– Не смеши, Виолка. Ты и Богданов?

Ее фырканье слишком искусственное. К тому же зрачки расширяются. И кожа вмиг осыпается алыми пятнами.

– Спроси у него. Мы, конечно, думали сходить в кинотеатр, но метет просто ужасно!

Администратор принимается перебирать бумажки в столе с наступлением Наполеона в юбке.

– Помнишь, о чем я тебя предупреждала?

– Да, прекрасно. – Улыбаюсь мило и невинно.

– Так вот, еще один такой трюк, и…

– Отберешь у меня работу? Пожалуйста, я за нее не держусь, а больше у меня ничего и нет. Только вряд ли тебе захочется выносить мусор и бегать в химчистку за костюмом от Армани для босса.

– Мерзавка, – Олька встряхивает контейнеры с едой, – я придумаю, что с тобой сделать позже.

– Желаю удачи.

С видом девушки после сеанса у косметолога, Брянская шагает к лестнице. Я выдыхаю. Мне не нравится быть стервой. Я не она. Но Богданов вынуждает. Точнее я влипаю по полной.

– В прошлом году она приезжала сюда с каким–то парнем, который вместе с вещами выставил ее на второй день.

– Правда?! – я выпучиваю глаза на администратора.

– Ага, не я одна запомнила этот эпичный вечер.

– Расскажешь? – я повисаю на стойке и слушаю увлекательный рассказ из жизни ведущей детской передачи.

***

К вечеру Mountain View тонет в снежном тумане. Телефоны не работают, связи с интернетом нет. Конкретная изоляция. Я листаю фотографии в смартфоне и откровенно признаться, скучаю по семье. На одном из фото Тиль забавно прикусывает язык, лежа на спине и у меня щемит в груди. Из–за постоянной работы, мы почти не проводим время вместе. Месяц назад сдала его родителям и приезжаю повидаться время от времени. Там ему лучше. Гораздо лучше.

Отложив телефон, встаю, закрываю окна плотными шторами и сдираю шкурку вокруг ногтя. В голове неразбериха. Отвлечься бы. Диалог с Горгоной отличное решение. Ведь я так и не рискнула с ней пересечься после того случая в ее номере.

Надеваю удлиненный свитер, теплые гольфы и, сунув ноги в тапочки, выхожу в коридор. Пусто. Из номера Эдика доносится музыка. Тяжелый рок. У оператора отдых проходит на ура. Я прохожу мимо и улыбаюсь, услышав его голос. Он подпевает. Возле двери Горгоны, меня бросает в холод. Я стучусь, и она тут же открывает.

– Минина? – в ее руке бутерброд, а она усердно жует.

– Здравствуйте. Я могу с вами поговорить?

Пропускает меня за порог.

– Если ты опять насчет кастинга, то сразу скажу, все накрылось медным тазом. Богданов дал понять, что новые лица каналу пока не нужны.