Подарок для босса. С новым гадом!

Глава 8.

– Ты уже одно желание исполнил. – Отвечаю я и выхожу за дверь. Сердце в пятки, душа ввысь.

Родион не торопится за мной. Оно и понятно. Эта ночь была лучшей на моей памяти, но для него, скорее всего, я лишь мимолетное развлечение.

– Виолетта! – меня окликает Эдик недалеко от стойки регистратуры. Оборачиваюсь. В его глазах тревога и вроде бы волнение. Не пойму.

– Что случилось, Эдь?

– Горгона уехала! Прикинь!

Тяжелый выдох и я улыбаюсь.

– В такую погоду?

– А то ее когда–то что–то останавливало! Если бы бульдозер не помог, она бы заставила нас зубами прочищать нам дорогу.

Снова улыбка с намеком на зависть. Я бы так хотела убежать подальше и никогда не встречаться с Богдановым. Увы и ах.

– Ладно, прорвемся, Максимов.

– Да как так–то! А вечеринка, а мы?!

Подхожу, кладу руки на плечи ошалелого парня.

– Медленно вдохни и также медленно выдохни. Всё в порядке.

– Может, еще уволиться решит? Это был бы…

Не договаривает, видя ответ на моем лице. Брови вздернуты, рот приоткрыт.

– Кра–а–ах! – протяжно стонет Эдик и вылетает на улицу.

Я смотрю на его резкие движения, на сгорбленную спину и, застегнув куртку под горло, выхожу следом. Эдик еще не остыл. Увольнение и отъезд Горгоны уж очень ранили его. Вдруг она не настолько плоха? Время покажет. Брянская вступит в должность сразу после праздников, и неизвестно где мы в итоге окажемся.

В полдень буран немного стихает. «Немного» ключевое слово. Порывы ветра то и дело сдувают снег с крыши, создавая горы на ровном месте. Чистая белая гладь уже порядком надоедает. Я мечтаю вернуться в город, свернуть в торговый центр и снять стресс парочкой новых платьев и сапожками с высокой голяшкой. Мозг интересный орган. Он выдает такие фокусы, от которых кровь в жилах стынет. И всегда внезапно. Вот и сейчас я стою посреди площади и вспоминаю сапоги Брянской. В них она получала удовольствие в компании Богданова. Противная зеленая желчь рвет меня на части. Перестань об этом думать, повторяю сто раз сама себе. А может и больше. Мы с Родионом не встречаемся, не связаны узами брака. Мне должно быть плевать с кем он расслабляется. Тем более, то произошло до меня.

Наивная чукотская девочка.

Глупая.

Завистливая.

Ревнивая.

Ревность пожирает с потрохами.

Продержаться бы один денек. Всего один. Сегодня вечеринка в клубе, а завтра Новый год. И свобода!

– Эй! – вспыхиваю я, когда ощущаю руки на своей талии. Меня тащат по сугробам за первый попавшийся домик и вколачивают в деревянную стену.– Родион?

Хлопаю ресницами, отяжелевшими от снежинок. Он целует. С жадностью сродни зверскому голоду.

– Замолчи, Ви. Ни звука.

Я таю, растекаюсь лужицей. Наши губы обжигают, языки путаются. Сердца сливаются в унисон и выбивают из–под контроля.

– Ты ненормальный, – на секунду отлипаю от него, – ты об этом знаешь?

– А кто сводит меня с ума? – подцепляет языком мою верхнюю губу, забирается под нее, и я млею.– У меня авитаминоз, мне срочно нужна моя кисло–сладкая девочка. С легкой горчинкой внутри.

– Родион…

– Моих родителей не будет. Рейс отменили. Куропаткина уехала. Мы можем быть теми, кем хотим.

– Как же остальные сотрудники? Олька, например.

– Ей не до нас. Я уверен, она уже строит королевские планы в роли нового главного редактора.

– И все равно…

Родион умудряется распалить меня одним только взглядом. Я забываю обо всем на свете и запрыгиваю ему на руки, обвиваю его крепкие бедра ногами.

– Гораздо лучше.

Нас не сносит ураганный ветер только благодаря внушительному укрытию. Ни холод, ни редкие отдыхающие, не вызывают в нас желание спрятаться. Мы целуемся, ласкаем друг друга и если бы не падение в сугроб, то переспали бы прямо на морозе.

– Идеальная поза, Витаминка.

Родион удерживает меня сверху, поместив ладони на моей попке. Я чувствую

мощную эрекцию. Закатываю глаза и наклоняюсь для короткого поцелуя. Правда, управиться быстренько не получается. Родион увлекает меня в горячую бездну.

– Тише, всё, притормози. – Шепчу ему, касаясь припухшими от поцелуев губами его щеки.

– Вернемся ко мне?

– О, нет! У меня полно работы. Я еще должна убедиться, что заказ из ресторана доставят вовремя.

– И почему я позволил тебе заниматься этой ерундой?

– Потому что давно глаз на меня положил. – Подмигиваю и сползаю на колени.

– Ты права.

Я заваливаюсь на бок от его признания.

– Не смотри так, Витаминка. – Встает, отряхивается от снега, пока я пялюсь на него снизу вверх, не в силах пошевелиться. – Я видел твое резюме с фотографией. И тебя, бегающей по зданию в обтягивающей юбке.

– Как? Когда? Я…

Идиотка. Двух слов связать не в состоянии.

– Триллион раз.

– Призрак офиса. – Бубню я, распутывая веревочки на куртке.

Родион подает мне руку. Я не раздумывая, берусь за нее и поднимаюсь. Мы опять ударяемся взглядами.

– Ты редкий экземпляр. Умная, красивая, сообразительная, энергичная, блещущая идеями. Глоток свежего воздуха в Прайд ТВ. Я решил проверить, справишься ли ты с нашим корпоративным отдыхом или как все прошлые помощницы помощников, слиняешь первым же рейсом.

– И как? – я приподнимаю подбородок, наполняю голос железом.

– Превосходно.

– Рада до чертиков.

Сухо улыбаюсь, засовываю руки в карманы и выбираюсь из снежного плена и жалких иллюзий.

– Ви?

– Увидимся на вечеринке, Родион Сергеевич!

Его злит официальное обращение. И я давлю на эту мозоль. Шаг за шагом вытрясаю из себя навязчивые мысли. Их много. Тонна. Ощущение заговора, подпольных интриг. Мое чутье никогда не обманывает. Родион ловко подстраивает нашу сделку, вписав в нее своих родителей. Потом эти бла–бла–бла насчет слияния телекомпаний, а теперь это? Чертов сталкер!

– Виолка!

Счастье является, откуда не ждали.