Подарок для мажора. Из сугроба на ручки

Глава 1

Я ненавижу зиму.

Нет, серьезно. Все эти восторги про снежинки, уют, какао с маршмеллоу — это для людей, которые смотрят на метель из окна, завернувшись в плед, а не для тех, кто стоит посреди парковки в минус пятнадцать и пытается разглядеть хоть что-то сквозь снежную кашу.

Переезд в Питер был моей идеей, моей гениальной идеей. Новый универ, новая жизнь, подальше от Саратова и всего, что там осталось. Звучало прекрасно в июле, когда я подавала документы. Тогда здесь были белые ночи и разводные мосты, туристы в шортах и уличные музыканты на каждом углу.

Сейчас январь, минус пятнадцать, ветер с Финского залива, от которого не спасают ни два свитера, ни пуховик. И метель такая, что я не вижу собственных ног.

Очки стали совсем бесполезны. Я сняла их минуту назад, потому что их все равно залепило снегом за секунду, и сунула в карман. Теперь мир превратился в размытое пятно: цветные кляксы вместо вывесок, темные силуэты вместо машин, все одинаковое и все в снегу.

«Черный BMW, парковка у торгового центра, в шесть. Не опаздывай!» — написала Лера.

Лера — моя соседка по комнате в общаге и единственный человек в этом городе, с которым я подружилась за полгода. Она местная, шумная, знает всех и вся, и сегодня куда-то тащит меня со своей компанией: в бар или на караоке, что-то такое. Я согласилась, потому что сидеть в комнате в субботу вечером было совсем тоскливо.

Сейчас шесть, вот парковка, где-то здесь черный BMW.

— Седан, — сказала Лера.

Машин тут стояло штук двадцать, все занесенные снегом, все одинаковые.

Без очков я различала только размытые контуры: темное пятно, темное пятно, еще одно темное пятно. Может, это тот седан. Или вон тот.

Я побрела вдоль ряда машин, щурясь до боли в глазах. С моим минус четыре я не увижу номер, пока не упрусь в него носом, а снег залепляет лицо, стоит только поднять голову.

Ветер толкнул меня в спину так, что я едва устояла. Холод забирался под куртку, в рукава, за воротник, пальцы уже не чувствовались. Перчатки остались дома, потому что я идиотка и думала: ну что там, добежать до машины всего две минуты.

Две минуты растянулись в десять.

Телефон завибрировал в кармане. Я попыталась достать его голыми замерзшими руками и разблокировать негнущимися пальцами.

Лера: «Ты где??? Мы ждем!»

Я попыталась набрать ответ, но пальцы не слушались, экран не реагировал на ледяные подушечки. Подышала на руки, попробовала снова, а телефон выскользнул и упал в снег.

Да чтоб тебя.

Я наклонилась за ним, и ветер немедленно этим воспользовался: швырнул пригоршню снега прямо в лицо, попав и в глаза, и в нос, и за шиворот. Я вслепую нашарила телефон, выпрямилась и постаралась проморгаться.

Где-то слева мигнули фары.

Я повернула голову, заметив темный вытянутый низкий силуэт, похожий на седан. Из трубы идет пар, двигатель работает, кто-то внутри ждет.

Ну наконец-то.

Я ломанулась к машине, поскальзываясь на каждом шагу. Снег набился в ботинки, а джинсы промокли до колен. Еще немного, и я тут замерзну насмерть, а весной меня найдут, когда все растает. Отличный план на субботний вечер.

Добежала, дернула дверь. Открыто. Слава всем богам.

Я буквально ввалилась на переднее сиденье и захлопнула дверь за собой, отрезая метель, ветер и холод.

Первым, что я почувствовала, было тепло. Божественное обволакивающее тепло. Печка работала на полную мощность, горячий воздух из дефлекторов грел лицо и руки, и я чуть не застонала от облегчения.

В салоне играла музыка, что-то басовитое и ненавязчивое. Пахло кожей и чем-то древесным и дорогим, на удивление уютный и приятный запах.

Я стянула шапку. Волосы наверняка в ужасном состоянии, но сейчас плевать. Отряхнула снег с плеч, вытащила очки из кармана, но надевать не стала, потому что они сразу запотеют. Сначала надо согреться.

— Привет! — выдохнула я в сторону водительского кресла. Без очков видела только силуэт: на нем была темная одежда, волосы светлые. Наверное, Андрей, Лерин парень. Я видела его мельком пару раз, толком не разглядела. — Господи, извини, что так долго! Там реально ничего не видно, я думала, сдохну, пока вас найду. А где все, еще не подошли?

Я растирала пальцы, пытаясь вернуть им чувствительность.

— Привет, — ответил низкий густой голос с насмешкой, растянутой на каждом слоге. Совершенно незнакомый голос.

Я замерла.

— Остальных нет, — продолжил он. — Только я. Но я рад компании.

Машина мягко тронулась с места.