Подарок мечты с побочным эффектом

4

На каникулах многие уезжают, а кое-кто из тех, кто остался, уже успели поужинать. Так что вижу в зале всего несколько человек: киваю знакомым преподавателям, отвечаю на приветствия студентов. Быстро дохожу до успевшего полностью опустеть стола ассистентов. Меня ждёт горячий ужин, заботливо накрытый согревающей крышкой.

— Спасибо большое, — по привычке говорю в пустоту.

Тарелка с ужином выглядит привлекательно, и желудок при виде еды громко урчит. Начинаю есть и быстро сдаюсь. Из-за растущего волнения кусок в горло не лезет.

С одной стороны, я всё ещё злюсь на вреднючего Шедоуза, с другой — всерьёз начинаю ужасаться тому, что наделала.

В моём зелье на порядок больше пыльцы эдельвейса, чем полагается по рецепту. Нарушение технологии варки может превратить эликсир в обычную воду, а может и портал в ад открыть. Точный эффект испорченного зелья не сможет предсказать даже профессиональный провидец.

Бесячего Шэдоуза рядом нет, и я наконец в состоянии здраво мыслить. А вместе с тем и ужасаться тому, в какую яму умудрилась попасть.

Неприятно признаваться в ошибках даже себе, но сегодня я совершила их дважды: и когда испортила зелье, и когда не призналась в провале. Сначала нарушила технологию, а потом и этику зельетворения.

У первой ошибки хотя бы есть оправдание — со спины подкравшийся Шэдоуз. Вторая намного серьёзней. Если о ней станет известно, именно за молчание о потенциальной опасности зелья меня непременно уволят. Причём с такой рекомендацией, что о достойном месте можно сразу забыть.

Пойти повиниться, пока не поздно?

Внутри всё восстаёт против идеи самой поставить подпись на приказе об увольнении.

Любой другой человек, например, лапочка Лакшер, моей ошибки даже бы не заметил. Он бы вошёл в моё положение. Да и вообще, сама ситуация — чистый абсурд. Нормальному заведующему кафедрой артефакторики и зельетворения и в голову бы не пришло заставлять артефактора варить зелья.

Но то нормальному заведующему, а Шэдоуз отнюдь не управляющий года. Да и как человек чёрствый, будто столетний сухарь. Докладные строчит, как артефакт-копирователь. Людей без всякой жалости увольняет. Он ни за что меня не простит. А о том, что причина моего проступка — его собственное поведение, можно даже не говорить. У него слепота на людей, он ничего, кроме зелий, не видит.

Как он там спрашивал? «Что я опять сделал не так?»

Всё, магистр Шэдоуз, вы всё сделали не так! Вы во всём ведёте себя, словно человекоподобный артефакт-зельекопирователь.

Если я хочу работать в Диздэне, остаётся только помалкивать и молиться богам, ангелам, демонам и покровителям, чтобы зелье оказалось безвредным.

А если кто-нибудь пострадает — не мерзкий Шэдоуз, а кто-то другой?

Как же сложно принять правильное решение!

В голове кружит злой ветер и ни одной светлой мысли. Хорошего выхода из моей ситуации нет. Кто б подсказал, что мне сейчас делать.

Точно! Хлопаю себя по лбу: доступная подсказка всё время со мной. И она надёжна на целых девяносто четыре процента.

Вытаскиваю из кармана маятник, зажимаю нить между указательным и большим пальцем правой руки. Поток моей магии попадает куда следует, и маленький, но такой полезный артефакт немедленно начинает накручивать круги против часовой стрелки. Это однозначное и чёткое «нет».

На душе сразу светлеет. Теперь можно и выдохнуть.

Маятник Бэррис — моя первая самостоятельная разработка, дипломный проект, после защиты которого я сразу же получила не базовый, не первый и не второй, а целый третий уровень артефакторики, а также предложение остаться в Диздэне и развиваться как артефактор. За год я сделала немало открытий, подняла уровень на единичку. И это, любой скажет, хороший прогресс.

Мой маятник ошибается крайне редко. И сейчас говорит, что бояться нечего, с вероятностью девяносто четыре процента моё зелье безвредное.

Теперь я имею право выкинуть Шэдоуза из головы. Поужинать, в конце-то концов, сделать день хоть немного счастливей.

Начинаю жевать, втягиваюсь в процесс, глядя перед собой невидящими глазами.

Диздэн — не единственная академия на свете. У меня, конечно, почти нет опыта: работаю лишь второй год. Но ведь можно попробовать поискать что-то другое. Не срываться в никуда как Лакшер, конечно, но что-нибудь присмотреть. Если Шэдоуз останется в академии после окончания учебного года, будет лучше перебраться в места с более приятным начальством. Да и климат можно сменить на более тёплый.

Я люблю родной Уэльс, но не отказалась бы пожить в Италии или Марокко.

Интересно, где устроился Лакшер? Надо будет ему написать, прощупать почву. Миссис Лаплас с ним дружит, у неё наверняка есть адресок. Подготовить место и тихо, спокойно, без скандалов уйти после завершения учебного года.

«Если Шэдоуз раньше тебя не уйдёт».

Мысль неприятная, но и такую вероятность можно учесть. Чуть-чуть подсуетиться, соломки везде подстелить и сделать правильный выбор. Маятник подключить — и мой, и более серьёзный, над которым работаю.

Решение принято, голод больше не терзает живот, и я сама себе улыбаюсь.

Оглядываюсь по сторонам: в обеденном зале, кроме меня, остаётся всего один человек. Зато какой. Целый ректор.

Сезар дра Каас смотрит в мою сторону, и я вежливо киваю в ответ на несвойственный драару интерес.