Подарок на совершеннолетие

10 глава. Стефани

                                                                            Стефани.

                                                                            10 глава.

Лечу домой, словно на крыльях, перепрыгиваю через две ступеньки и распахиваю входную дверь.

– Бастиан, ты дома?

Ответа нет, но у парня вечно забиты уши наушниками – возможно, он просто не слышит меня.

– Бастиан? – тот восседает в своем любимом кресле и быстро работает спицами. При виде этой уютной картины я даже замираю на секунду: спешу вобрать крупицы космического умиротворения, излучаемые высокой фигурой в голубой футболке.

Наконец он замечает меня и выдергивает наушники

– Ты вернулась. Как все прошло?

И тогда меня прорывает: срываюсь с места, начинаю ходить кругами, едва ли не подскакивая до потолка и на ходу восклицая:

– Он сделал это, Бастиан, ОН СДЕЛАЛ ЭТО, понимаешь, о чем я?! – всплескиваю руками для пущего эффекта. – До сих пор не могу в себя прийти. У меня даже сердце не на месте... оно стучит, как отбойный молоток.

Бастиана сложно вывести из себя, да и мои эмоциональные всплески он тоже лицезреет не впервые:

– Твое сердце уже давно не на месте, Стеф, – только и произносит он, поддевая спрыгнувшую петлю. – Так что Алекс там снова натворил? – И со вздохом добавляет: – Может, присядешь уже, у меня от тебя голова кружится.

– Старый ворчун, – укоряю я парня, а потом пытаюсь удержать себя на одном месте, но эмоции душат меня – я вот-вот разлечусь на части. И Бастиан, понимая это, кидает в меня диванной подушкой... Хватаю ее обеими руками, утыкаюсь лицом и ору что есть силы. Почти до хрипоты.

– Ну, стало легче? – любопытствует он, когда я отнимаю диванный «глушитель» от лица. – Теперь мы можем спокойно поговорить?

Утвердительно киваю и наконец присаживаюсь на краешек дивана.

– Алекс встал с кресла, – сообщаю Бастиану чуть охрипшим голосом. И так как его реакции – слегка приподнятых в недоумении бровей – явно недостаточно для подобной новости – добавляю: – Он не просто встал, понимаешь, он вскочил с этого кресла, вскочил с такой легкостью, словно всегда мог это делать... – И прокручивая в голове все произошедшее, малость сдуваюсь: – Правда, потом он упал... это была жуткая сцена, Бас. Тебе повезло, что ты этого не видел...

Парень откладывает вязание и протягивает мне руку.

– Эй, так я не понял, – произносит он в недоумении, – Алекс, действительно, поднялся с кресла... что уже само по себе невероятно, а ты, вместо того чтобы радоваться за него, сидишь с траурным выражением лица. Можешь объяснишься уже наконец.

Вместо объяснения вынимаю из кармана сотовый и протягиваю его Бастиану.

– Твой сотовый? – продолжает недоумевать он.

– Не мой, Алекса.

– Парень подарил тебе свой сотовый?

Стыдно в этом признаваться, но...

– Я взяла его без спросу.

– Зачем?!

Бастиан выглядит таким удивленным, что я и сама начинаю задаваться вопросом, зачем, в конце концов, сделала это... Действовала по наитию, так сказать, и в итоге признаюсь:

– Я не знаю. Он был при Алексе, когда тот ворвался в столовую, а потом, должно быть, выпал... во время той ужасной сцены, выпал и завалился под стол. Я случайно его увидела... Достала, но все были так шокированы произошедшим, что я... просто положила его в карман.

– Боже, Стеф, ты не должна была этого делать! – у парня такое осуждение во взгляде, что мне становится реально плохо – знаю, о чем он думает.

– Мне просто хотелось понять.., – с грустью произношу я.

Но тот продолжает качать головой. Хорошо толстокожим африканским слонам, им не понять нас, смертных!

– Ты мазохистка, знаешь об этом? – констатирует «слон» с невеселой полуулыбкой, и я пожимаю плечами: знаю. Потом выхватываю у него сотовый и начинаю нажимать на кнопки.

– Разве он не запаролен? – интересуется Бастиан.

И я демонстрирую ему разблокированный экран.

– Запаролен, – отвечаю не без самодовольства, – но мне повезло знать волшебное слово... Сим-салабим...caligo eurilochus... та-дам!

– Снова какая-то бабочка?

– Ага.

– Даже не стану спрашивать, откуда ты это узнала.

– И правильно сделаешь... – С этими словами я запускаю Вотсеп и после секундного колебания, выраженного в быстром взгляде на Бастиана (тот, кстати, продолжает выглядеть старым ворчуном), тапаю на имя Эстер. На аватаре она в красивом красном сарафане и широкополой шляпе, скрывающей пол-лица... Красивая, зараза, этого у нее не отнять.

Читать чужую переписку оказывается ох как не просто: словно мураши под кожей лазают... И я кривлюсь, как при разжевывании дольки лимона. Нет, целого лимона разом! Вместе со шкуркой.

– Довольна? – поддевает меня Бастиан. – Это, между прочим, называется вторжением в частную жизнь и карается законом... сроком до...

– Да замолчи ты уже! – в сердцах одергиваю парня. – Эта Эстер тоже вторглась в мою частную жизнь, вот ее пусть и наказывают. – Потом откидываюсь на спинку дивана и прикрываю глаза: – Он запал на нее с первой же встречи, – произношу с обидой в голосе, – я целый год за него билась, а он запал на эту... с первой же встречи. Разве это справедливо?