Подарок от бывшего

11

Вам когда-нибудь не отвечали на поцелуй? Ваня вот не отвечает — застыл под моими губами, и даже его руки ослабили хватку на моей талии. Господи, какой позор!

Я неуклюже сползаю со своего бывшего парня. Мне хочется провалиться сквозь лёд или сгореть от стыда. Вместо этого у меня невероятно ловко получается заскользить на коньках в сторону выхода. Надеюсь, смогу быстренько затеряться в толпе, переобуться и добраться до метро. Дома наемся шоколада, позвоню Трофимовой и порыдаю. Отличный план!

— Куда это ты собралась?

Ваня как чёрт вырастает точно передо мной. Пальто нараспашку, волосы всклокочены, щёки алеют, глаза бешеные, теснит меня своим внушительным телом назад к бортику до тех пор, пока я не упираюсь в него спиной.

— Извини, не знаю, что на меня нашло. — Если честно, мой язык еле ворочается, во рту сухо как в пустыне, зато на глаза предательски набегает влага. Не хочу встречаться с ним взглядом.

Боже, как мне стыдно! Зачем я это сделала? Поддалась романтическому моменту? Идиотка!

Савельев резкими движениями избавляется от перчаток, обхватывает мое пылающее лицо ладонями, заставляя посмотреть на него.

— Просто балдею от тебя, я бы ещё месяца три решался на это…

Его поцелуй совсем не похож на мою несмелую попытку, что была до этого. Он вгрызается в мой рот с такой жадностью, что у меня вмиг подкашиваются ноги, приходится схватиться за Ваню, дабы не упасть. Мнëт мои губы, заставляет приоткрыть их, впустить его внутрь. Когда наши языки соприкасаются — мой  робкий, его настойчивый — мы оба стонем в унисон. Целуемся слишком бесстыдно для людного места.

Плевать.

Всё, официально заявляю: я сошла с ума. Столько лет восстанавливала себя после этого парня, но стоило ему просто оказаться рядом, как мой мир опять рухнул, и я опять лечу в бездну. Меня туда засасывает. Во всех смыслах этого слова!

— Настя?

Тяну его нижнюю губу зубами. Нашел время разговаривать, я слишком соскучилась по нашим поцелуям.

— Ммм?

— Моя квартира совсем недалеко…

Мне требуется полсекунды, чтобы прошептать свой ответ:

— Поехали.

Говорю же: совсем отключился мозг, вся кровь сконцентрировалась в другом месте и отдает дикой пульсацией!

Даже если это будет дикой ошибкой…

Когда ещё творить глупости? Момент для этого попался просто идеальный, даже сказочный. Снег огромными хлопьями, тысячи огней, перемигивающихся в затейливом танце, смех людей, музыка, иностранная речь. Мы на Красной площади — два человека из маленького городка, за плечами у которых сильные чувства друг к другу — встретились случайно и поддались моменту и искушению.

Переспать с бывшим? Кажется, я закрою сейчас свой гельштат.

Я готова нырнуть в эту связь с головой, не оглядываясь ни на что.

У меня ощущения, как будто я под кайфом или сплю.

Я же не сплю??? Вот будет облом.

Смутно помню дорогу до Ваниного дома. Мы переглядываемся, я смущенно улыбаюсь и кусаю губы, Ваня нахально ухмыляется, иногда сжимая мою руку.

Я в предвкушении, еще чуть-чуть и подпрыгивать начну. Внутри у меня всё сжимается от одного только понимания, куда мы едем и зачем.

Главное, не забывать дышать: вдох-выдох, вдох-выдох.

Вваливаемся в тёмную квартиру, продолжая целоваться. Начали мы ещё в лифте: что ещё нам было делать, пока кабина медленно ползла на двенадцатый этаж.

Ваня ногой захлопывает входную дверь, скидывает с себя пальто. Сразу даю волю рукам, забираясь к нему под свитер. У него горячая кожа, мои же конечности ледяные. Недовольно шипит мне в губы.

Куда-то швыряем мою шапку, где-то теряем мою куртку.

Двигаемся в темноте, натыкаясь на предметы, шарим руками по телам друг друга. Помутнение какое-то, невозможно оторваться.

Кругом темнота, слышны звуки поцелуев и наши прерывистые судорожные вздохи.

— Короткая экскурсия: справа кухня, прямо типа гостиная, слева туалет и ванная, — сбивчиво шепчет Ваня, пока я стягиваю с него свитер. Ммм, он идеальный, прям для меня. Провожу руками по голым плечам, веду ниже к груди и прессу.

— С чего начнем?

— Со спальни.

Толкает меня в дверной проем и заваливает на кровать, не разрывая поцелуя. Мне уже трудно дышать. Как будто почувствовав это, Ваня опускается к шее, целует, нежно всасывая кожу, затем прикусывает выступающие ключицы. Мне щекотно и невыносимо приятно. Я вся в мурашках. По телу прокатывается приятная дрожь.

— Раздень меня.

Просить дважды не приходится. На пол с шумом падают мои рыжие зимние ботинки, туда же улетает  мандариновый свитер. Ваня стаскивает с меня джинсы, помогаю ему, дрыгая ногами, и вот я уже перед ним в одном нижнем белье. Ничего особенного, между прочим,  я же не намеревалась ни с кем сегодня спать, когда собиралась на свидание с парнями из тиндера.

Взгляд Вани, которым он скользит по моему почти обнаженному телу, заставляет меня смутиться и свести колени. Черт, это же Ваня! Он был мои первым, он сотни раз видел меня голой. Почему же он смотрит так, как будто видит меня впервые?